Чтение онлайн

В воспаленном от бессонницы сознании промелькнули знакомый разворот плеч и брошенный через одно такое плечо блестящий взгляд, идущий в комплекте с насмешливой улыбкой, замершей на чувственных губах. Словно созданных для влажных и пошлых поцелуев.

– Скройся, – неизвестно кому зло рыкнул раздосадованный Кайрен и прикрыл глаза. Обреченно ожидая, когда закончится очередная бессонная ночь

====== Боишься? ======

Еще до того, как мир стал таким, каким ты его знаешь,

Я встретил любимого, я ему принадлежал.

Мы путешествовали по солнечной реке.

Но он был одиночкой, всё было решено.

Единственным местом наших встреч стала ночь.

Когда светит солнце, он спит. Мы можем прятаться в тени.

Мы проводили время на склонах гор,

Но всё заканчивается, когда наступает утро.

И ты волк,

А я луна.

В бесконечном небе мы как одно целое.

Мы живы

В моих мечтах, волк и я.

Как много дней и ночей пройдет,

До того как ты увидишь каплю света, исходящего из моего сияния.

Ни один рассвет не сможет рассеять чары, опутавшие нас,

Пока земля не умрет вместе с солнцем.

И ты волк,

А я луна.

В бесконечном небе мы как одно целое.

Мы живы

В моих мечтах, волк и я...

Oh Land – “Wolf & I”

Утро было именно таким, каким Алан и ждал. Пасмурная погода за окном и не менее пасмурное настроение, царившее за столом во время завтрака. Единственные, кто вел себя так, словно ничего не произошло, были он и Валгири. Тот, как всегда, изучал за столом какие-то документы и тихо переговаривался с Маркусом. Диана лениво общипывала виноград и краем глаза следила за мрачными лицами сыновей, которых пытались подбодрить ни о чем не догадывающиеся Джулиан и Эрика. Алан мрачно усмехнулся этой картине и, цапнув из вазы румяное яблоко, встал из-за стола. Дела не собирались делаться сами.

Все это было утром, до того, как он ушел из Блодхарта на стройку лесных коттеджей. Старые каменные постройки реставрировали и достроили дома уже на имеющемся фундаменте. Все шло по плану. Стены и крыши построили еще в начале осени, а сейчас уже занимались внутренним строительством. Салливан планировал закончить третий коттедж до начала зимы. Только вот судьба, как всегда, шваркнула его своими безразмерными тыловыми полушариями.

Как так получилось, никто до конца не смог понять, но одна из стен коттеджа рухнула. Плохо обработанный фундамент осел, и в итоге пострадало четверо рабочих. Не смертельно, но нескольких тяжелых переломов не удалось избежать. Пострадавших срочно доставили в больницу Волчьего Двора. Алан сам поехал с ними, чтобы быть в курсе дел. Только вот принял их не Эбот. Блондину, честно говоря, было все равно в эту минуту, потому что только успели медики забрать пострадавших, как Алану позвонили и сообщили о втором обвале. Чертыхаясь и матерясь на довыебывавшегося прораба, пообещав оторвать тому не только руки, но и ноги, он помчался обратно. Но на этот раз пострадал только один человек – прораб, которого Алан гонял по всей площадке железной арматурой. На шестом круге у мужика сдохла дыхалка, и он все-таки получил пару раз от взбешенно орущего и матерящегося дизайнера. Испуганным рабочим только и осталось, что смотреть на растрепанного и злого американца.

Покончив с экзекуцией, Алан собственноручно пинками отволок того в больницу. После чего подписал чек и уволил к чертовой матери. Бросив презрительный и злой взгляд на бледного и мямлящего объяснения мужчину, он вышел из палаты и отправился к своим ребятам. Тех, кому досталось не так сильно, собирались выписать уже сегодня, а вот двух тяжелых пришлось оставить на несколько дней. Собственно, о них он и отправился поговорить с Эботом.

Медсестричка кокетливо улыбнулась ему и смущенно показала кабинет местного «Бога». Которого на месте не оказалось. Что, впрочем, не удивило Алана. Эбот частенько оставлял открытым кабинет и исчезал черт знает куда. Пожав плечами, блондин повернулся, чтобы выйти из комнаты, когда услышал странный скрежет и какой-то приглушенный шум...

«Урок был усвоен», – подумал Кайрен и хмыкнул, наблюдая из-под ресниц за мрачным взглядом Уолтера.

Старший наследник Валгири молчаливо закинул сумку с одеждой в багажник своего Ягуара и подошел к стоящему рядом с машиной Джулиану. Тот стоял, скрестив на груди руки, и с тревогой смотрел на своего парня. Русоволосый помощник дизайнера никогда еще не видел Уоли таким. Он и так знал, что причиной тому стала статья о теракте в газете. И внутренне он понимал, что для Уолтера это был не просто теракт. Но даже если бы он спросил, мужчина бы не ответил. Вместо того он бы просто сгреб его в охапку и, уткнувшись лицом в шею, промолчал. Так было и утром после завтрака, когда он попытался поговорить с ним. И дело здесь было не только в сегодняшнем утре. Было что-то намного глубже, что заставляло Уолтера мрачнеть с каждым днем. Он все время порывался что-то сказать, но всякий раз передумывал. А когда тему поднимал Джулиан, то тот только переводил все в шутку и начинал похабничать. Однако за все это время он больше не улыбнулся ему своими темными глазами.

Вот и на этот раз. Уолтер сгреб его в свои объятия и, оторвав от земли, крепко поцеловал. Джулиан обнял его в ответ и раскрыл рот, позволяя наглому языку пробраться глубже. Вылизать и, пощекотав небо, посасывать с такой пошлостью, что на щеках появился румянец. И вместе с тем пытаться передать свою уверенность в ответ. Тяжело задышать и на прощание, лизнув опухшие губы, прижаться лбом ко лбу.

– Возвращайся поскорее, – хрипло произнес Джулиан, не отрывая глаз от темного, горячего взгляда.

– Не успеешь даже соскучиться, как вернусь, – заурчал Уоли и чмокнул в губы.

– Дурак ты, Валгири, – буркнул Джулиан, – я уже скучаю.

– Парни, я все понимаю, – вмешался недовольный голос закатившего глаза Эдварда, – но может, уже поедем, а? Быстрее уедем, быстрее вернемся.

– Кто бы говорил, – ехидно ответил недовольный Уолтер, – ты бы сперва Эри опустил.

На это Эдди было нечего ответить. Сам он все еще держал в объятиях свою невесту и честно пытался не растечься лужицей от ее горячих поцелуев и сюсюканий. А в стороне от них стояли родители и качали головами. Точнее отец качал, а мать умилялась и бормотала что-то о том, что у нее две такие классные будущие невестки. После этого Маркус прикрыл рукой глаза и пробормотал о том, что живет в одном доме с теми еще кадрами. Не было только Алана, но тот и не знал, что мальчики должны будут уехать в Штаты на несколько дней. Статус все-таки обязывал наследников заниматься делами семьи. Только вот Салливана с его пониманием и поразительным внутренним чутьем все равно не хватало сейчас Эдди и Уоли. Его муштра и очередной умный совет были бы кстати. Но блондин был далеко и весь в делах, а судя по ощущениям и благому мату, который они слышали даже отсюда, «дела» эти сейчас очень жалели о том, что вообще появились на свет.

Отпустив своих любимых, парни в последний раз подняли взгляд на стоящего у окна дядю и, склонив головы, сели в машину. Они уехали на несколько дней и совсем не по делам бизнеса. «Дело семьи» было намного важнее...

После них в Лондон уехали и Маркус с Дианой. Причем, это было решение самих весьма взбешенных родителей. Кайрен только хмыкнул и мечтательно подумал о том, что Волчий Совет будет рыдать после встречи с вампиршей. Сами виноваты. Никто не просил их требовать ответ за нападение на Дверлов и заострение отношений с человеческим правительством. Только не после того, как какой-то безродный крысеныш посмел покуситься на жизнь наследников Валгири. Все знали, чем это обернется, так что ничей скулеж сейчас не играл никакой роли.

Сам же Кайрен отправился к самому гениальному генетику во всем мире (надо заметить, что слова очень даже заслуженные), доктору Николасу Эботу, и к его новому «гостью». Тот, как и ожидалось, увлеченно пытал Амикуса, сопровождая каждое свое действие тихими и подробными объяснениями того, что ждет его дальше. Но даже воя от боли и почти теряя сознание, вампир продолжал молчать. Когда же он почувствовал присутствие альфы, то начал шипеть на него и пытаться вырваться. Однако бесполезно, потому что крепкие оковы из зачарованного серебра не давали ему даже двинуться с места. Прочно зафиксировав на хирургическом столе. Старый вампир корчился и плевался таким ядом, что даже Эбот присвистнул такому внушительному словарному запасу и той волне чистой ненависти, которую обрушил на Кайрена Амикус. А Кайрен продолжал молча стоять, прислонившись к косяку железной двери и затягиваясь сигаретой, жадно впитывать каждую каплю боли, что исходила от потерявшего за одну ночь весь свой клан вампира. Ослабевшего телом и сломленного духом.

– Очаровательное зрелище, – хмыкнул оборотень и, словно слизав с губ осевший на них запах древней крови, хищной походкой подошел к столу, – ну и какие же у нас успехи, Николас?

– Боюсь, мой лорд, что наш гость отказывается сотрудничать с нами, – с печальным взглядом вздохнул Эбот и вытер окровавленные руки о грязный передник.

– Ты пожалеешь! – процедил тяжело дышащий вампир и дернулся в своих оковах, – тварь! Пожалеешь! Милорд найдет способ убить тебя! Ты сдохнешь в муках, Валгири! Скуля, как щенок!