Чтение онлайн

В этот день я сделал с него этюд и, заметив на крыше дома маленькую бим-антенну, подумал: «А и здесь видно есть наши! Однако интересно, что здесь делают. Может быть, держат связь с Австралией?»

Дом казался мне все же подозрительным, а потому, когда произошло это событие, мы вместе с связистом стали поспешно взбираться в гору по темной горной тропинке. Осмотрев дом, мы убедились, что так оно и было. Великолепная аппаратура радиотелеграфа, не хуже моей, валялась растоптанная сапогами или чем-то другим. Хозяина дома нигде не было. Судя по тому, что в доме имелись стулья, столы, кровати, было очевидно, что здесь жили европейцы. Вернувшись на полицейский пост, я стал расспрашивать о доме, и получил ответ: — Это дача одного из служащих Иокогамской граммофонной компании. А насчет того, что там жили европейцы, — нам неизвестно.

Газетные заметки сообщали, кроме того, что корабль противника, вышедший из Манилы, был, по-видимому, подводной лодкой и что поезд, замеченный Ягинума, упал в море со скал между Небугава и Манадзуру. Газета заключала: «Недальновидность властей, проложивших такую важную линию, как главная линия Токаидо, по месту, открытому для артиллерийского обстрела с моря, повсюду вызывает горячие порицания»,

Газета, однако, умалчивала о том, что этот поезд вез вновь сформированный штаб Манильской экспедиционной армии и находившийся в его распоряжении вспомогательный отряд и что командующий армией генерал Маки Эйю и свыше 700 человек офицеров и солдат бессмысленно погибли в водах Сагаминода.

— Что такое? Что это там повязано на левой руке командира? — сказал тихо один из матросов, сидевших у командирского мостика миноносца Куруми. Они курили, провожая взглядами лейтенанта Маки, поднявшегося на мостик.

— Это? Это, знаешь…, - ответил другой, — это траур!

— Да ну тебя, не валяй дурака, — сердито бросил первый и толкнул его локтем. — Вижу, что траур, да кто умер-то?

— У него-то? — дурашливым тоном спросил матрос, получивший толчок локтем. — Да ты что? Не слыхал, что ли? Отец у него убит.

— Отец?… Ты это про генерала Маки? Того, из армии?

— Ну, да. Про того, что недавно назначен был командующим Манильской армией. Ведь он убит огнем с американской подводной лодки.

— Ну, если брешешь, — берегись! Я тебе покажу, — пригрозил матрос, снова собираясь толкнуть его локтем.

— А где же потопили этот транспорт?

— Да не транспорт! Его убили, когда он ехал в поезде.

— Дурак ты! В каком же это флоте имеются такие подводные лодки, что пускают торпеды в поезда?

— Вот и видно, что у тебя самого винтиков не хватает! А разве на подводных лодках нет орудий? Разве не может она появиться в Сагаминода, да расстрелять поезд, идущий по Токаидской линии? Подумай хорошенько.

— Поди ж ты! Вот ведь как! — сказал матрос, широко открыв глаза.

— Должно быть он попал по д ту бомбардировку, тогда вечером…. Поезд генерала, говоришь?

— Да нет! Он попал не случайно! Все с самого начала было так подстроено, чтобы убить генерала. Они были прекрасно осведомлены шпионами с суши и знали, должно быть, все до точки, во сколько часов и минут поезд будет проходить то или иное место и так далее… Под Усуном наш командир убил одного американского адмирала. Так вот, они и хотели нам отомстить….

— В газетах не станут писать о том, что может уронить наш дух, — объяснил собеседник. — Мы узнали об этом от взводного. Верно, Кавано-сан?

Матрос Кавано, молча слушавший этот разговор, кивнул головой.

Некоторое время длилось молчание. Потом опять заговорил первый матрос:

— А ведь опасно здесь на море?

— А чего опасного?

— А можем она здесь где-нибудь прячется, подводная лодка-то?

— Может и прячется. Вот потому-то наш отряд и конвоирует транспорт.

Справа за кормой, на расстоянии 400 метров друг от друга шли в кильватер транспорты. Справа и слева от них шли по два 800-тонных миноносца, охраняя транспорты. Весь транспортный отряд шел мимо острова Осима с востока на юг.

В то же самое время на командирском мостике, несколькими ступеньками выше того места, где сидели матросы, врач, смотревший в сторону транспорта и ковырявший в зубах зубочисткой, обратился к старшему офицеру, лейтенанту.

— Ну, лейтенант, что мы на этот раз везем?

— Да, так, обычный груз, — безразлично ответил лейтенант. — Цемент, щебень, орудия и строительный материал для орудийных лафетов.

— Чего это они, армейские, так укрепляют этот остров?

— Если бы вы являлись начальником американского флота, то в первую очередь обратили бы свой взор на остров Огасавара, — пояснил лейтенант. — Ведь Огасавара, служа базой для наших воздушных сил и подводных лодок, является самым близким от солнца Японии и легко уязвимым местом.

— Не понимаю я, — сказал старший врач, на лице которого пробежало подозрение. — Почему же Огасавара, которая имеет такое огромное значение, не была надлежащим образом укреплена? Мы можем попасть в такое положение, что запрем конюшню, когда лошадь уже украдут.

— Но ведь к нашему большому сожалению в Вашингтонском соглашении имеются пункты, которые ограничивают средства нашей обороны. Там установлено, что до 31.12 текущего года мы не должны возводить новых крепостей в этом районе.

— Как глупы были наши армейские! — с упреком сказал врач. — К этому времени отдел управления крепостями должен был бесцеремонно развернуть строительство фортов и крепостей, иначе не успеет остыть железобетон, как появится противник.

— Так обстоит дело. Раз заключили соглашение, ничего не поделаешь!

— А по-моему, будь то договор или что другое, но раз он противоречит интересам государства, то нужно его аннулировать.

— Это нелегко. Но нужно вырезать нарыв, пока он еще не назрел, — сказал, смеясь, вахтенный офицер. — Там, в Америке люди, видимо, поступают так, как вы говорите. Нарушая соглашение, они строят новые крепости на Филипинских островах и Гуаме. Они превратили их в неприступные крепости, так что теперь Япония никак не может к ним подобраться.

— Но послушайте, — сказал собеседник, чувствуя себя побежденным и желая переменить тему разговора, — разве Филипинские острова абсолютно неприступны?

— Нет, в этом я также сомневаюсь. Я считаю, что если императорская армия проявит необходимую изобретательность, то не пройдет и месяца после начала войны, как над крепостями Манилы и Корехидор взовьется знамя восходящего солнца.

— Военный транспорт для перевозки сухопутных войск подвергается опасности нападения со стороны самолетов и подводных лодок и это, пожалуй, слабое место военно-морского ведомства.

— Не резонно, не резонно, — возразил офицер.

— Я считаю, что Американский флот появится раньше, чем мы захватим Маниллу.