Запретное притяжение Альфы
Шрифт:
— Быстрее, Мишель! — раздался шепот. Мой фамильяр, мой ворон, который всегда был рядом, подал свой голос, наполненный волнением.
Я слабо улыбнулась, ощущая прилив сил от его поддержки. Убедившись, что никто меня не видит, побежала.
Не оглядываясь, не задумываясь, просто вперед, в чащу леса.
Листья шуршали под ногами, ветви хлестали по лицу, но я не чувствую ничего, кроме бешеного желания подальше, лишь бы подальше отсюда. Сердце рвалось из груди.
А там будь что будет. Но сюда я больше не вернусь.
Пролог 2
Мишель
Стало не по себе от осознания того, сколько уже прошло времени, сколько пройдено миль.
Глубоко внутри, под слоем животного страха и всепоглощающей усталости, тлела упрямая искра: все будет хорошо. Я знаю это, знаю каждой клеточкой своего измученного тела. Я смогу, я справлюсь.
Ведь я сильная, всегда была такой, даже когда мир вокруг пытался сломить меня. И ничто не остановит меня, пока бьется сердце, пока пульсирует в висках кровь. Только бы не хватились, только бы не нашли.
Ноги уже не принадлежали мне, они гудели. Легкие горели, а сердце отбивало сумасшедший ритм, угрожая вырваться из груди.
В конце концов, я упала под ближайшим, раскидистым деревом. Жадный глоток воды из фляги обжег пересохшее горло.
Опустившись на прохладную землю, прислонившись к шершавой коре, я попыталась вдохнуть хоть немного свежего воздуха. Боль в ногах была невыносимой, но это было так неважно по сравнению с необходимостью бежать, с этой постоянной угрозой за спиной.
Зажмурилась, качая головой из стороны в сторону. Не простят, ни за что не простят. Я предаю свой клан сбегая, но не могу больше терпеть того, что там творится. Что творит мой отец. Хоть и понимаю, что это он делает на благо ведьм. Чтобы защитить от волков, сжала ладони, думая о них. Их стало больше, намного больше, и с каждым днём их клан растёт.
— Мишель! — загаркал Квирл. Мое сердце пропустило удар.
— Погоня, я замерла, качая головой из стороны в сторону. Слышу приглушенные голоса, которые с каждой секундой нарастают все сильнее и сильнее.
— Черт! — выдохнула я сквозь стиснутые зубы, вскакивая так резко, что голова закружилась.
Все тело протестовало, мышцы судорогой свело, но адреналин мгновенно заглушил боль.
Погоня. Неужели хватились? Так быстро? Холодная волна паники окатила с головы до ног. Без раздумий я рванула вперед, не разбирая дороги, только бы подальше, только бы оторваться от этих назойливых звуков, которые приближались с пугающей скоростью.
Ветви хлестают по лицу, корни пытались зацепить, но я неслась, как одержимая, вперед.
Вскоре послышался пугающий звук — громкий, зловещий лай собак. Душа буквально ушла в пятки, каждый звук пронзал насквозь.
В последний, отчаянный момент, когда сил почти не осталось, я зажмурилась, призывая свою силу.
Горячая волна хлынула изнутри, разливаясь по венам, покалывая кончики пальцев. Воздух вокруг сгустился, заряженный невидимой энергией. И тут же по моему велению, небеса разверзлись. Тяжелый, холодный дождь обрушился стеной, мгновенно окутав лес плотной завесой. Капли разбивались о листья, о землю, создавая оглушительный шум, заглушая лай собак, смывая следы, скрывая меня. Это мне на руку, ох, как же на руку! Возможно, у меня еще есть шанс.
Лес сгущался вокруг меня. Холодный, пронизывающий до костей дождь превратил одежду во влажную, липкую тряпку, и я вся продрогла, дрожа мелкой дрожью, которая никак не могла уняться.
Выбежав на едва различимую, грязную дорогу, внезапно раздалось резкое ржание коней и чей-то громкий, властный крик, заставивший меня замереть на месте. Инстинкт самосохранения заставил тело слушаться, но ноги уже не держали.
Я упала прямо в липкую, холодную грязь, споткнувшись о невидимый корень, прямо перед мордой громадного коня. Удар был сильным, выбивающим дух. Руки утонули в вязкой, отвратительной жиже, а сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди, отбивая бешеную дробь.
Сил практически не осталось, каждая мышца ныла, каждая клеточка тела кричала об усталости, но я знала – нужно вставать. Нельзя оставаться здесь, такой уязвимой, такой открытой. Зажмурилась, отталкиваясь от земли, чувствуя, как грязь прилипает к ладоням. Еле-еле приподнялась, ощущая такую слабость. Голова кружилась, а тело отказывалось слушаться.
— Кто такая?! — разнесся над головой сильный, низкий, властный голос. От него по всему моему телу побежали мурашки.
Я сглотнула, чувствуя, как все внутри сжалось от страха и необъяснимого предчувствия. В тот же момент моя собственная сила, странно дернулась внутри, словно отреагировав на этот голос, потянулась к нему, пытаясь понять, что происходит. Я совершенно не понимала, что творится, пока не вскинула голову, наконец, глядя вверх. И тут же наткнулась на два желтых, полыхающих глаза.
Только их я видела сквозь пелену дождя и сгущающуюся тьму. И замерла. Абсолютно замерла. Мое сердце пропустило удар, а потом заколотилось с новой, безумной силой, но уже не от бега, а от чего-то иного. Эти глаза, они поглощали меня. Они заставляли смотреть, гипнотизировали, не позволяя отвести взгляд. Это был не просто цвет, это было сияние, первобытная мощь, заключенная в узких зрачках.
Сглотнула, ощущая, как продрогла еще сильнее, как холод проникает в каждую косточку, но уже не от дождя, а от этого взгляда. Наездник возвышался надо мной, окутанный плащом, сливаясь с темнотой. Рассмотреть его лицо не получилось, но глаза они были единственным, что имело значение, единственным, что притягивало, не отпуская.
И тут эти глаза вспыхнули ярче, словно внутри них разгорелось пламя. Из его груди вырвался дикий, сильный, могущественный рык, от которого содрогнулся не только воздух, но и сама земля под ногами. Это был не человеческий крик, не рычание собаки. Это был первобытный, звериный рев, полный ярости и силы, который пронзил меня до самого нутра.
Завораживает, эти глаза поглощают, заставляя не отводить свой взгляд. Слышу только свое сердцебиение. Глаза мужчины вспыхнули еще ярче, в груди же стало разгораться пламя.
Вновь прозвучал лай собак. Я дернулась, словно очнувшись от наваждения, отпрянула назад, когда наездник на коне двинулся вперед. Последний раз метнув взгляд на эти горящие желтые глаза, которые до сих пор держали меня, я развернулась и рванула дальше вперед, не чувствуя ног, не видя дороги.
За спиной, раздался протяжный, леденящий душу рык, от которого все мое тело задрожало. Он был мощнее и зловещее, чем первый. В голове вспыхнула одна мысль, огненными буквами: Волки! Волки! Волки! Он волк. Это не человек.