Чтение онлайн

Мысль о том, что придётся выйти перед ним вот так — босой, почти голой, с распущенными мокрыми волосами — обжигала сильнее, чем горячая вода, но разве я не хотела, чтобы он увидел? Пусть даже не скажет ни слова, а просто посмотрит.

Приоткрыла дверь. Свет в комнате был приглушённым, а лампа у кровати отбрасывала мягкое золотое сияние.

Алексей сидел на краю кровати, спиной ко мне. Его рубашка была расстёгнута, ткань чуть натянулась на плечах. Влажные пряди на его затылке блестели. Он услышал, как скрипнула дверь, и обернулся.

Я застыла. Полотенце плотно обхватывало тело, но чувствовалось это — как будто совсем ничего не скрывает.

— Я... — выдохнула, чувствуя, как пересохло в горле. — Забыла платье.

Он смотрел на меня, не мигая. Его взгляд скользнул по ногам, по полотенцу, по влажным волосам. Лицо было всё таким же спокойным, но воздух между нами стал плотнее, тяжелее.

Он встал и медленно сделал шаг вперёд.

Остановился близко — достаточно, чтобы я ощутила, как от него идёт тепло или это горела я?

— Чемодан у кровати, — тихо сказал он. — Бери, что нужно. Я не смотрю.

Но он смотрел. Я это чувствовала даже тогда, когда он отвернулся к окну.

Прошла к кровати, присела на корточки. Слишком быстро, слишком неловко. Пальцы дрожали, когда я вытащила бельё и тёмно-красное платье. Оно вдруг показалось вызывающим. Лёгким, почти прозрачным.

Сняла полотенце, быстро вытерлась и натянула бельё, потом платье. Материал лёг по телу, подчёркивая каждый изгиб. Глубокий вырез, открытые плечи. Каждый шов словно ласкал кожу.

Он всё ещё стоял у окна. Не шевелился и не приближался.

И это — молчаливое, сдержанное напряжение — было в сто раз ощутимее, чем если бы он подошёл и коснулся.

Поправила лямку и сделала глубокий вдох.

— Я готова, — произнесла, голос чуть охрип.

Он обернулся. В его взгляде не было ни улыбки, ни одобрения, а что-то ещё. Что-то тёплое и опасное, медленное, как ток под кожей. От этого взгляда мне одновременно хотелось отступить — и шагнуть вперёд.

И я поняла: он тоже это чувствует. Так же не знает, что с этим делать, но, как и я, не отводит взгляда.

Мы стояли в тишине, словно между нами натянулась невидимая нить, тонкая и вибрирующая. Он не сделал ни шага, и я не сделала, но всё было сказано без слов.

Через пару минут он откашлялся, будто вернул себя в привычную роль, и бросил коротко:

— Нам пора.

Я кивнула, не доверяя голосу. Схватила клатч, который приготовила заранее, выпрямила спину.

На ужине нас уже ждали. Алексей держал меня под руку, и это касание, хоть и лёгкое, обжигало кожу сильнее, чем огонь. Он провёл меня к столу, отодвинул стул и, не отпуская, наклонился ближе.

— Просто улыбайся, — шепнул, — и делай вид, что хочешь быть рядом.

— А если не нужно притворяться? — прошептала я в ответ, не подумав.

Он не ответил. Только взглядом задержался на моих губах чуть дольше, чем позволяла приличие.

Я уселась, стараясь дышать ровно. По правую руку от меня сидела хозяйка дома, напротив — мужчина лет сорока с кольцом на мизинце и взглядом, прилипшим к моим плечам.

— Вы настоящая загадка, Алиса, — сказал он, откинувшись в кресле. — Молодая, красивая и рядом с таким ледяным королём.

— Лёд хорошо сочетается с пламенем, — ответил Алексей прежде, чем я успела и глазом моргнуть.

— Вы ревнуете? — усмехнулась хозяйка, подливая вина.

— Просто ставлю на место, — произнёс он и положил руку мне на колено под столом.

Я вздрогнула. Не потому что он прикоснулся — потому что сделал это так естественно, как будто имел на это право. И, может быть, имел.

— И как давно вы вместе? — продолжила хозяйка. — Только честно.

— Полгода, — сказал он.

Повернулась к нему — вопросительно, удивлённо. Он только чуть приподнял бровь, и я поняла: не перебивай. Просто играй.

— Удивительно, как вам удаётся сохранять такую химию, — сказал мужчина напротив и снова задержал взгляд на моей груди.

Я уже хотела резко ответить, поставить этого мужчину на место, но Алексей опередил меня.

Он развернулся ко мне и в одно плавное движение обнял, притянув вплотную. Его рука легла мне на талию, так уверенно, как будто я действительно принадлежала ему.

Он наклонился ближе — слишком близко — и поцеловал меня в щёку.

Это был не лёгкий, формальный поцелуй. Его губы коснулись моей кожи чуть ниже скулы, почти у самых губ, задержались там на долю секунды дольше, чем нужно. Я почувствовала его дыхание и жар. Всё внутри сжалось.

— Всё дело в том, как смотришь на женщину, — произнёс он, всё ещё не отпуская. Его голос прозвучал почти у самого уха, низко и твёрдо. — И насколько хочешь, чтобы она была только твоей.

Он отстранился, но глаза не отвёл. Смотрел прямо в мои пристально.

Не могла пошевелиться. Мои руки сами легли ему на плечи — рефлекторно, будто и не было другой реакции. Пальцы слегка сжались в ткани рубашки. Я была растерянна, удивлена и дико смущена.

Щека горела. Сердце билось где-то в горле. Воздух в комнате словно сгустился. Остальные переглянулись, но никто не осмелился нарушить тишину первым.

Я сидела, почти не дыша. Щека горела, губы дрожали. А сердце? Оно просто стучало в бешеном ритме.

Мужчина напротив отвёл взгляд. Хозяйка многозначительно улыбнулась. Алексей отпустил меня и налил мне воды, не говоря ни слова. Я не могла понять — это просто игра или что-то в нём настоящее?

Позже, когда мы поднимались наверх, я была на грани. Голова кружилась, дыхание сбивалось. В комнате я сняла туфли, села на край кровати. Алексей снял часы, положил их на тумбочку.

— Ты хорошо справилась, — сказал он.

— Спасибо. Только не уверена, что выдержу ещё один такой вечер.

Он остановился у окна, глядя в темноту.

— Просто не забывай, зачем мы здесь. Это всего лишь сделка. Всё остальное — фон.

Но почему тогда мне кажется, что фон — это я?

От лица Алексея:

Я думал, что справлюсь. Весь этот фарс — ужин, её рука в моей, тепло бедра под ладонью, поцелуй, которым я якобы хотел поставить на место зарвавшегося партнёра. Всё это должно было быть просто ролевой игрой. Техническим заданием. Я умею носить маску. Слишком хорошо. Настолько, что забываешь, где заканчивается кожа и начинается костюм.