Чтение онлайн

Сама по себе истина безусловно важна для защиты прав и интересов, поскольку без выяснения юридических фактов, с которыми связано их наличие, это попросту невозможно, однако ее установление – это опять же средство обеспечения защиты, а не цель.

Соответственно, не само по себе разрешение спора, водворение спокойствия в правоотношениях, установление истины являются магистральными целями судебного разбирательства, а защита прав и интересов. В свою очередь, она достигается путем устранения спора и установления истины, в том числе благодаря тому, что решение суда носит окончательный характер, а также благодаря иным свойствам его законной силы. Защита способствует водворению спокойствия в правоотношениях, а также имеет многие другие полезные эффекты для общества, отдельных социальных групп, государства и, конечно же, отдельных лиц. Заметим, что некоторые дополнительные полезные эффекты возникают, как правило, во всяком случае реальной защиты прав и интересов, другие же могут возникать в отдельных случаях. Таково, например, развитие права судами.

Мы уверены, что то обстоятельство, что реальной защиты прав и интересов в каждом случае судебного разбирательства может и не произойти, не свидетельствует о том, что она не является основной целью судопроизводства. Речь идет о том, что в первую очередь на том основании, была она достигнута или нет, вышестоящие суды будут решать вопрос о судьбе обжалуемого судебного акта, и в случае если защита прав и интересов нижестоящим судом не была осуществлена, хотя для этого имелись все основания и возможности, осуществят ее сами или же решат вопрос о необходимости нового рассмотрения дела. Сказанное, конечно же, не исключает ситуаций, когда оснований для отмены судебных решений нет, поскольку защита не произошла, например, в силу инертности тяжущихся или реальной невозможности подтвердить обстоятельство из-за отсутствия доказательств, которые не могут быть восстановлены.

Соответственно, считаем, что в целом ст. 2 ГПК РФ абсолютно правильно определяет в качестве магистральной цели судопроизводства защиту прав и интересов различных субъектов права [269] , дефектным в данном случае является лишь отсутствие в названной статье указания на общественные интересы в числе тех объектов, которые могут быть защищены судом. Ведь во многих случаях такие интересы становятся самостоятельными объектами судебной защиты, а не заключаются лишь в полезных эффектах, оказываемых обществу правильным решением суда по любому делу [270] . Добавление общественных интересов в число непосредственно указанных объектов защиты необходимо также и для ясного понимания, что они не поглощаются интересами другого рода, в том числе интересами публичных образований, что очень важно для их эффективной защиты [271] .

Надо, впрочем, обратить внимание, что представление о том, что следует считать судебной защитой и ее объектом, не статично. История показывает, что нередко суды выступали лишь проводником воли иных властей и не защищали отдельных лиц, их группы, общество от их произвола. Законодательство умаляло или, наоборот, гипертрофировало интересы одних лиц и групп относительно интересов других лиц, групп, государства в целом.

Кардинальные изменения произошли в связи с развитием прав человека и идеи правового государства, благодаря чему суд стал рассматриваться как абсолютно особенный орган, который кроме защиты прав и интересов, предусмотренных позитивным правом, мог в отдельных случаях поступать contra legam, основывая свои решения на правах человека и базовых правовых принципах. Наконец, защита также достигается в процессе поиска баланса интересов. Такой подход применим даже в рамках жесткого позитивизма, однако в тех случаях, когда норма позитивного права это дозволяет. Еще в большей мере защита путем поиска баланса интересов возможна при признании за судом роли субъекта, который может защищать и от государства, опираясь на основополагающие правовые начала, при необходимости давать защиту тому, что позитивным правом не предусмотрено, или в ситуации, когда позитивное право очевидно в противовес таким принципам и правам человека умаляет интересы лиц или их групп. Безусловно, в разных государствах зачастую неодинаково в большей или меньшей степени учитываются те или иные интересы, однако во многих случаях тот или иной тип отношений, алгоритмы вступления в них, развития и выхода, а также защиты предопределяются интересами особого рода. Так, например, как уже было замечено, любой из типов правовых отношений в той или иной мере может служить удовлетворению тех или иных частных, общественных и государственных интересов, однако реализация и удовлетворение таких интересов в таких отношениях происходит не одинаково. Например, в гражданских, т. е. имущественных и связанных с ними личных неимущественных отношениях, главным образом напрямую реализуются и получают удовлетворение интересы отдельных частных лиц. Однако за счет реализации таких частных интересов возникает множество дополнительных полезных эффектов – экономическое развитие государства, увеличение благосостояния граждан, возможность удовлетворения различного рода общественных потребностей в имущественных и даже неимущественных благах. Адекватным тем интересам, которые реализуются в соответствующем типе отношений, должно быть и их регулирование, поскольку отход от признания примата частных интересов ведет к тому, что они не получают оптимального удовлетворения, а в результате возникает стагнация и во всех других положительных эффектах. Учитываться это должно и при защите соответствующих интересов судом, поскольку в наибольшей степени достижение соответствующей цели процесса происходит лишь тогда, когда порядок защиты учитывает характер защищаемого интереса.

Далее заметим: то обстоятельство, что закон должен в первую очередь, конечно же, обеспечивать максимально возможное достижение первой цели судопроизводства, абсолютно не означает, что остальные его цели не важны. Эти цели достигаются как следствие правильного рассмотрения дела и защиты прав и интересов, на чем, собственно, сконцентрирована судебная деятельность, а вот процессуальный закон должен способствовать достижению соответствующих дополнительных целей, поскольку в них содержится важный общественно полезный эффект. Многие положения ординарного судебного порядка, с одной стороны, обеспечивают правильность судебного порядка, а с другой – достижение дополнительных целей. Например, гласность судебного разбирательства обеспечивает возможность общественного контроля при осуществлении правосудия и одновременно формирует понимание у представителей общественности, как именно происходит рассмотрение дела, на чем основывается суд при вынесении своих решений, а следовательно, формирует уважительное отношение к судебной власти, веру в нее и в право.

2.2.3. Как было сказано ранее, среди целей судопроизводства, которые выделяются в действующем процессуальном законодательстве, предусмотрено также содействие мирному урегулированию спора. В действительности окончание судебного процесса имеет значительный полезный эффект для отдельных лиц, общества и государства, поскольку, в частности, способствует сохранению добрых и зачастую партнерских отношений и правовых связей и т. д. Однако нет уверенности, что в выделении такой цели судопроизводства была насущная необходимость, ибо это может привести к превратному представлению, что суд во что бы то ни стало должен примирить стороны, хотя ясно, что обращение в суд изначально происходит не с целью помириться с обидчиком, а для получения защиты, примирение же – лишь один из возможных вариантов развития событий при наличии на то воли тяжущихся, а следовательно, само по себе примирение и примирительные процедуры не должны рассматриваться как непреодолимый барьер в получении судебной защиты лицом, которое не желает примириться. Однако если примирение действительно достигается, что приводит к окончанию судебного процесса путем заключения мирового соглашения, это, разумеется, соответствует цели защиты прав и интересов [272] . Елена Ивановна Носырева пишет: «Поддерживая включение задачи содействия мирному урегулированию споров в перечень основных задач судопроизводства, важно отметить, что она не вступает в противоречие с целью гражданского судопроизводства, которая заключается в защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, а, наоборот, тесно с ней взаимодействует… В современных условиях есть все основания рассматривать в качестве способов защиты прав и примирительные процедуры» [273] . Соглашусь с указанным автором в том, что само по себе стремление к возможному примирению сторон не противоречит первой цели судопроизводства. Более того, именно окончание дела миром является наиболее предпочтительным вариантом окончания многих общественно значимых дел, поскольку устраняет социальное напряжение полностью [274] . Однако происходит это лишь в том случае, если примирительные процедуры не подменяют собой сам порядок рассмотрения и разрешения спора судом или не создают препятствия для доступа к нему.

Заметим также, что именно о судебной защите можно говорить в контексте примирения, если сторонами было заключено, а судом утверждено мировое соглашение, поскольку, утверждая его, суд осуществляет защитную функцию как минимум даже потому, что выявляет реальную волю сторон на прекращение спора, а также то, что соглашение не носит противоправный характер и не нарушает права и интересы других лиц. Кроме того, в ряде случаев обеспечивает реализацию тех прав и интересов, которые в соответствующем соглашении определены.

2.3.1. Различные типы общественных отношений не могут регулироваться одинаковым образом.

Все дело в том, что через включаемые в сферу права общественные отношения реализуются не одинаковые по своему характеру интересы, при этом для того, чтобы их реализация была действительной, а не мнимой, соответствующие отношения не должны регулироваться абсолютно одинаково. Так, любопытно, что, несмотря на существенные различия обществ древнего мира и даже в те времена, когда между ними отсутствовали (или практически отсутствовали) контакты, во многих из них имущественные отношения между гражданами регулировались на основании определенной, порой значительной, свободы, тогда как, например, деятельность судов была чрезвычайно детализирована. Кроме того, во многих странах именно судопроизводству придавалось наивысшее по сравнению с любыми другими правовыми областями значение.

Вместе с обществом, конечно же, эволюционировал и подход к правосудию. Тем не менее можно с уверенностью утверждать, что, во всяком случае, в настоящее время в связи с деятельностью судов и через нее реализуются различного рода интересы. Например, интересы общества, а подчас вместе с ним и государства, – в упорядочении существующих общественных отношений, формировании определенности в праве, развитии права, защите его членов от тех, кто поступает общественно вредно (или опасно), предупреждении правонарушений.

Государство, разумеется, имеет интерес в том, что посредством судов через применение преимущественно созданного им права укрепляется его авторитет. Общественные и государственные интересы могут также выступать и самостоятельным – непосредственным – объектом защиты в судах. Наконец, очевидна значительная потребность отдельных граждан в судах и их деятельности, поскольку посредством судопроизводства осуществляется защита их прав и интересов, дается окончательный ответ по существу спора, исключается возможность его возобновления и тем самым формируется уверенность в реальности права и возможности положиться на него как в настоящем, так и в будущем. Все указанное в совокупности реально только при условии, что судебная деятельность обеспечивает наивысшее качество защиты. Ценность суда также и в том, что только он способен наиболее эффективно разрешить спор, исходя из интересов сторон установить действительно существующие факты и обеспечить защиту права, а в отдельных случаях беспристрастно определить баланс интересов сторон и дать защиту даже в той ситуации, когда норма позитивного права молчит или сама по себе противоречит основополагающим правовым принципам. Только суд обладает тем инструментарием, который дает возможность разбираться в самых сложных правовых вопросах и предельно минимизировать и эффективно исправлять как ошибки, допущенные любыми внесудебными органами, так и судом первой инстанции – в том случае, если его решение было обжаловано. Сообразно указанным интересам должны быть урегулированы те общественные отношения, через которые они реализуются, т. е. отношения в судопроизводстве.

В российской науке при характеристике порядка рассмотрения дел судами говорят о процессуальной форме [275] . Н.А. Чечина под процессуальной формой понимала санкционированные или установленные законом правила, регламентирующие порядок осуществления правосудия, порядок деятельности каждого участвующего в процессе лица [276] . Тем не менее, как в свое время заметил А.Ф. Клейнман, правила, регламентирующие порядок осуществления правосудия, это не процессуальная форма, а не что иное, как процессуальное законодательство [277] . В отдельных случаях процессуальной формой называют само гражданское судопроизводство [278] . Авторы, отождествляющие процессуальную форму с порядком рассмотрения дел судами или с самим гражданским судопроизводством, зачастую утверждают, что при принятии КАС РФ и появлении административного судопроизводства произошло обособление самостоятельной процессуальной формы, главным образом за счет «отреза процессуального регламента» от гражданской процессуальной формы [279] или дифференциации процессуальной формы на гражданский и арбитражный процесс и административное судопроизводство [280] .