Чтение онлайн

— Эвелин, простите меня за… — начал было Фарраль, но я отрицательно покачала головой.

— Вы же мне жизнь спасали, если так подумать. Что-то я сомневаюсь, что это существо ограничилось бы мелкими подачками с моей стороны, — я, задумчиво пожевав щеку изнутри, рассматривала остатки пепла на полу комнаты, который развезла подолом, перетаскивая кресло. — Как мне научиться понимать, что что-то этакое рядом со мной или уже действует на меня? Я даже не знаю, в какой момент эта тварь ко мне подселилась! — чувствуя гнев и бессилие, я стукнула сжатым кулаком по подлокотнику. Слова о том, что тварь может убить не только меня, но и кого-то еще, крепко засели в моей голове. Этакая бомба замедленного действия — на кого бы это существо перепрыгнуло следующим? На Миру? Марию? Или сразу на короля?

Чародей, еще дрожащими руками, достал из недр своего безразмерного балахона кисет и трубку и, забив ее, поджег табак от искры с пальца. Несколько глубоких затяжек, и мягкий, чуть терпкий, с легкой горчинкой аромат повис в чародейской башне, извиваясь струйкой дыма и уползая под потолок, чтобы втянуться в щель между ним и дверью, ведущей на лестницу ко второму этажу башни.

— Я не знаю, Ваше Высочество. Ваши силы для меня непостижимы, как и способ их действия. Я могу сделать для вас небольшой артефакт, но он не будет всегда точно показывать, действительно ли рядом с вами создание из Грани, или вы просто чувствуете ее запах.

— Это лучше, чем ничего, я буду очень благодарна. — Фарраль кивнул в ответ на мои слова, и мы снова замолчали. Я следила взглядом за струйкой дыма, что, извиваясь, утягивалась сквозняком. Если бы не периодическое шипение трубки, то я бы подумала, что чародей и вовсе заснул, но нет, он снова открыл глаза, чуть сменил положение тела, поперебирал пальцами на чаше трубки и вытащил ее изо рта.

— Вам может помочь Орден. У меня информации о Коррине не много, да и та, что есть, по-хорошему должна принадлежать им. Орден хранит свои тайны от мира, но не должен хранить их от защитницы веры.

— Это мне нужно обратиться к Верховному жрецу? — я скривилась от одной мысли о том, что мне придется просить что-то у этого ушлого человека, но чародей отрицательно покачал головой.

— В Фиральской комтурии вы вполне можете рассчитывать на доступ к библиотеке и имеющимся у них знаниям, если, конечно, сможете до нее добраться, — старец выразительно поднял брови, я хмыкнула. Видимо, ковровой дорожки до крепости воинствующих монахов мне не постелят, что, собственно, и ожидать было глупо. — Единственное, чем я могу вам помочь, принцесса, это написать письмо моему старому другу, брату Ирвину. Он сейчас где-то в гуще бед, раздирающих герцогство, но если на его имя придет письмо — ему сообщат. Может быть, он захочет помочь, и тогда ваша дорога до Алой крепости станет намного проще.

Чародей окончательно перешел на уважительное обращение к моей персоне, и я поняла, что настало время уходить. Встав, я кинула взгляд в небольшое зеркало, что висело на стене, удостоверившись, что мой вид не вызовет ненужных вопросов, и, пожелав Фарралю поскорее набраться сил, покинула башню.

Бредя по коридорам к своим покоям, я даже не сразу сообразила, что за мной на почтительном расстоянии снова крадется Альвин. А когда заметила и обернулась, тот вытянулся по стойке смирно и молча изучал взглядом подол моего платья.

— Ты теперь везде будешь за мной ходить?

— Таков приказ Его Величества, — тут же ответил мой новоявленный телохранитель. Значит, приказ короля, а что у нас тут выше короля?

— Я — защитница веры Светозарной и приказываю тебе перестать сопровождать меня, — я пристально посмотрела на все также изучающего взглядом подол моего платья мужчину, но он сразу же отрицательно покачал головой.

— Приказ моего короля выше для меня всякого иного, Ваше Высочество, — в его голосе не читалось даже намека на сомнения, что лишь подкрепляло симпатию к нему.

— И правильно, Альвин. Служить двум господам — дело неблагодарное и неблагородное, — я отвернулась и снова пошла по коридору, слыша, как мой спутник, чуть помедлив, двинулся следом.

Закрыв за собой дверь в мои покои, я обнаружила, что Мария в прямом смысле слова спала над букварем, сидя за столом, а две куколки и небольшой, но в какой-то мере искусно вырезанный, деревянный конь лежали на ее кровати. Крадучись, я подошла к ним, не решаясь брать в руки. Я надеялась, что в моей паранойе был виноват паразит из-за Грани, и что сходство на самом деле ничтожно, но надежды мои не оправдались. Даже наоборот, в тот момент, глядя на этих тщательно сделанных куколок, я лишь укрепилась в своем мнении. Взяв обеих в руки, я подошла к спящей девочке и, положив их перед ней, уже было собиралась коснуться ее плеча, разбудив, но замерла, бросив короткий взгляд на ее лицо. Губы Марии шевелились, словно бы она что-то шептала!

Затаив дыхание, я склонилась ниже, прислушиваясь, но не уловила ни звука. Тогда я попыталась прочитать по губам хоть что-то, что произносила девочка, но и тут мои умения дали сбой — я попросту не знала, как со стороны выглядит артикуляция на местном языке. Вот и еще одна проблема переноса между телами выявилась. Выпрямившись, я с досадой стукнула себя кулаком по бедру. Надо будет перед отъездом поговорить с Фарралем, пусть понаблюдает за Марией — может быть, в беззвучно произносимых ею словах кроется тайна ее жизни?

Все же, я не стала будить девочку и, собственноручно распустив шнуровку на платье (для чего мне потребовалось выполнить по меньшей мере два акробатических этюда, еще и сохраняя тишину), сложила его на кровать и принялась переодеваться в уже прочно поселившиеся в моем гардеробе штаны и рубаху, сшитые на этот раз специально для меня и оттого особенно приятные к телу.

На самом деле, вопрос белья взволновал меня еще в первый день, когда Мира вытряхивала меня, свежеиспеченную «попаданку», из ванны и собиралась облачать в платье. Просто к тому моменту мой мозг был настолько занят попытками растянуть вдоль извилин всё свалившееся на меня счастье, что я просто приняла как факт — трусы, похожие на мужские семейники, шитые из плотного белого льна, тут были, а вот на верхнюю часть тела женщинам особого белья не завезли. Как и жестких корсетов, спасибо всем божествам за это. Был и еще один вопрос, прояснить который мне бы стоило большого труда, и который был связан с моим полом напрямую. Я уже подумывала, что, может быть, стоит обсудить эту тему со Светозарной (все же женщина, хоть и божество), но все решил случай: утренний напиток, принесенный Мирой, оказался на диво горьким, но фраза «Ваше Высочество, ну что вы, как дитя. Сейчас горчит, зато никаких этих проблем не будет...» поставила все на место. Горчащую дрянь я выпила залпом, как горькую, но полезную микстуру, и, да, проблем до сих пор не наблюдалось.

Эх, вот что ж ты, магия, такая капризная зараза и обошла наш мир стороной?

Нижняя рубаха из нежного шелка, шерстяные штаны, мягкие и теплые, как живот дремлющего кота, связанные заботливыми руками Миры носки, сверху — суконное изумрудное платье с рукавами и обрезанной спереди аж до колен широкой юбкой, чтобы было удобно ездить верхом. Теплая сюркотта поверх, которую я подпоясала перевязью с клинком, и подбитый роскошным белым мехом тяжелый шерстяной плащ на плечи. Я сама водрузила корону себе на голову, поправила складки капюшона на плечах, взяла перчатки (все же на улице до сих пор шел пар изо рта, а по ощущениям температура держалась на уверенных -5 по Цельсию) и, помедлив, аккуратно коснулась плеча спящей девочки.

Мария проснулась почти мгновенно, но как сонный котенок: глаза открыла едва ли наполовину, беззвучно зевая и смешно дергая кончиком носа.

— Мари, хочешь поехать со мной в город? — я, не выдержав умилительности картины, расплылась в улыбке, но стоило мне только сказать слово «поехать», как сон с девочки словно сдуло. Она вскочила, сверкая счастливыми глазами, часто закивала и тут же начала собираться, как маленький ураган пронесясь по комнате. Готова спорить, что спичка в моих пальцах все еще горела бы, когда упакованная в теплое платье, шаль, с беретом на голове Мария предстала передо мной, впившись в меня взглядом.