Чтение онлайн

Форкс потрясающе изменялся: сначала исчезли торговцы - я, наконец, вырвался из засасывающих, как зыбучие пески, торговых рядов. Некоторое время я блуждал по заброшенному разваливающемуся городу, пока не успокоился и не сосредоточился на том, что стоило представить. Изо всех слабых, необученных человеческих сил я воображал металлического Муа, взывая к нему сквозь толщу неизведанных миров, надеясь, что делаю все правильно и он мне поможет.

В конце концов, я обессилел и замёрз: в тонком пальто и осенних ботинках на босу ногу не сильно-то разгуляешься, а я провёл на улице уже слишком много часов. Морозный воздух обжигал уставшие лёгкие, пальцы рук приобрели сначала красный, потом синюшный оттенок, а мозг отказывался работать в таком стрессе. Найдя тихий, тёмный и пустынный закуток в улице-тупике, я пролез через покрытые инеем кусты цветущих роз и скрючился возле высокой кирпичной стены дома без окон. Было темно - уже наступила следующая ночь, а всё, что упало в мой желудок за последние сутки, это крошечный рогалик и несколько горстей растаявшего во рту снега. Я замерзал…

Мое тело постепенно немело: в оглушающей тишине я лишь изредка слышал мягкий жужжащий звук, проявляющийся с одинаковыми интервалами и выдергивающий меня из смертельного сна. В какой-то момент я успел открыть глаза и заметить, как небо пересекает поблескивающая в лунном свете металлическая точка. Пролетев над головой вдоль верхнего края стены, имеющей башни и зубчики, точка скрылась за поворотом.

Напрягши последние силы, я оторвался от стены и побрёл вперёд на холодных, потерявших чувствительность ногах. Я так долго мечтал о смерти… Возможно ли, что она заберёт меня здесь, в неизвестном мне чужом мире, дав прикоснуться к ускользнувшей надежде одними только кончиками замёрзших пальцев?..

Я избегал манящих искривлений, мне больше не хотелось перемещаться - не важно, чудо это неведомого волшебства или какие-то необычные технологии другого мира. А может, я сплю в своем кресле, и всё, что пережил и вижу - обычный предсмертный бред спившегося от горя человека. Может, сейчас я умираю в своём доме от холода и боли. А может, я просто окончательно сошёл с ума и вижу то, его нет…

Стена казалась бесконечной – ни окон, ни дверей. Ноги увязали в снегу по колено, но тот уже не таял, а застывал ледяной коркой на джинсах и остывших ногах. Я увидел впереди высоченные ворота и понял, что жилище напоминает старый средневековый замок. Стремясь найти Муа, как мог я оказаться в прошлом ещё глубже, чем до этого? О чём я только думал?!

Мне было уже плевать: опять я цеплялся за свою никчёмную жизнь, стремился в возможное тепло, готовый ради этого на что угодно.

Жужжание, появившееся вдалеке, изменило звучание, явно нагоняя меня. Ворота внезапно открылись, а металлическая точка спустилась вниз и зависла передо мной. Я изумлённо - если в моем состоянии ещё осталось место таким эмоциям - смотрел на металлическое чудище, напоминающее… хмм, снеговика с пропеллером на голове? Бусины-глаза вращались в разные стороны, как у диковинной разбалансированной игрушки.

– Добро пожаловать домой, лорд Мейсен. Мы вас ждали, - поклонился снеговик учтиво, опустив короткие антенны, расположенные на квадратной голове.

– Что?..
– поперхнулся я, не веря своим ушам.

– Дворецкий Джихоб приветствует вас, лорд Мейсен, за мной следуйте. Мы ждали вас неделей раньше, но вы не появились. Леди Изебелла плачет дни и ночи напролёт с тех пор. Надеюсь, с вами всё в порядке?

– Теперь - да, - промямлил я, услышав сладчайшее имя Изебелла и понимая, что на этом силы меня покидают. Слишком слабым и потерянным я был, чтобы дойти до конца. Стресс и холод оказались сильнее: колени подогнулись, и последнее, что я увидел, это стремительно приближающийся белый снег…

***

Меня окружало благословенное умиротворяющее тепло. Сквозь вязкую вату отступающего беспамятства и тяжёлые веки я видел блики огня и слышал знакомые механические голоса, рассуждающие о моем предназначении и поворотах судьбы.

– Говорил же тебе - он подходит нам идеально. Сам ведь добрался, как только духу хватило, а ведь я всего лишь настроил ему маяк, который он и включить-то позабыл…

– Незаконное дело ты затеял, Муа. Разберут тебя на запчасти, как пить дать, и меня заодно за пособничество контрабандисту.

– Не трусь, Каспиан, никто ж ещё не заявился с обвинением, значит, проскользнул он незамеченным. Помотало его изрядно, след потеряли. Представь, как хозяйка обрадуется, когда вернётся!

– Изебелла заслужила шанс, что ни говорить, - вздохнул Каспиан.
– Только он ли её заслуживает? Тело тщедушно, не протянет и месяца, а леди Свен до тысячи поди проживет…

– Подлечим, - оптимистично усмехнулся Муа.
– Заменим негодные детали и будет как новенький. Зато, если все получится, свободу нам дадут, разве не хорошо?

Вдалеке послышался крик, грохот ржавых петель и чьи-то приближающиеся рыдания, топот ног и знакомое уже жужжание. Я открыл глаза, когда дверь распахнулась, и потрясённо уставился на вбежавшую взволнованную девушку.

– Ангел!..
– выдохнул я дрожащим голосом. Она была в белом, точно снежная королева, с вышитыми снежинками на рукавичках, капоре и длинном красивом пальто, отороченном голубоватым мехом, достойном настоящей королевы. Только волосы по-прежнему оставались тёмно-шоколадными. И если б не типичные, самые обычные очки на её носу, я бы точно решил, что попал в сказку.

– Эдвард! – вскрикнула она и, захлебываясь слезами, бросилась в мои объятия.

Я задыхался, прижимая хрупкое тело к себе и, не стесняясь, плакал, покрывая поцелуями горячие щеки, губы, маленький носик, который так любил. Шапка слетела, и я с жадностью пропускал через пальцы шёлковые пряди волос, вдыхал невероятный родной запах, по которому страшно соскучился. Я не мог поверить, что это не сон. Если это рай, я останусь здесь с удовольствием, невзирая на цену.

– Где ты был?!
– стукнула Белла по моему плечу кулачком. Отняла лицо, сердито глядя красными опухшими глазами.
– Я думала, ты умер!

– Я… - каким бы слабаком я ни был, солгать не повернулся язык. Я беспомощно посмотрел на Муа, на морде которого явственно застыло испуганно-виноватое выражение. Опустив голову, кот прижал золотые усы к смущённой морде и дёрнул кончиком хвоста.

– Что ты наделал, Муа?!
– ахнула Белла, медленно отстраняясь и переведя на меня напряжённый взгляд, ищущий, что во мне может быть неправильно.
– Что ты наделал?..

– Хотел как лучше, моя госпожа. Вы всё время плакали. Помочь старался…

Белла поднялась, разглядывая меня с высоты своего небольшого роста таким холодным и колючим взглядом, что мне стало очень не по себе.

– Так ты - не он, - с болью выдавила она, а я молчал. Что бы я ответил? Я тоже понимал, что я здесь чужой, и эта Белла - вовсе не моя Белла, а совершенно чужая Изебелла. И всё-таки не мог оторвать от неё глаз.

– Почему ты мне не сказал?
– обвинила Изебелла кота, тоже не отводя от меня взора, только из него исчезли любые чувства, кроме ледяного расчета.