Затишье перед Бурей
Шрифт:
– Ты со своими-то нелюдями не разобрался!
– Ты тоже нелюдь, - спокойно отвечал король.
– И тоже мой нелюдь. Хочешь, чтобы я и с тобой разобрался?
Губы Фокстрота чуть дрогнули.
– Как Анаэль?
– спросил Ричард, переводя тему разговора.
– Говорит, что все чудесно. Говорит, что любит Ромула?
– А разве этого может не быть?
– свел брови Ричард. Между ними легли морщинки.
– Может, - ответил старый друг.
– Главное, что она больше не сбегает с твоим воспитанником.
– Он мой племянник, - поправил Ричард.
– Да-да, но не важно, - махнул рукой король.
– Он делал из моей девочки какую-то бунтарку. Она постоянно сбегала, недоговаривала, пропускала занятия.
– Но ты и Ромулу не рад, да?
– заметил Ричард по его тону.
– Не прими на свой счет, но он невежественный болван.
– Не приму.
– Я слышал, ты ищешь жену Ромулу. Может?..
– Нет. Даже не предлагай.
– Почему?
– Я люблю тебя, Ликорис, - сказал Ричард, подавшись вперед.
– Но я никогда не смешаю свою кровь с эльфской.
Ликорис улыбнулся и кивнул.
Они помолчали. Ричард заговорил первым.
– Мы ударим повстанцев через неделю. Силы Риверклера уже в пути, я рассчитываю и на твою поддержку. Эта битва будет решающей, и в этот раз полыхать будет их город, а не мой.
– Уверен, что получится?
– Да, - неожиданно резко повысил голос король.
– Мы нападем неожиданно, они даже не узнают об этом. А если и узнают, нас все равно будет больше.
– Я предоставлю тебе солдат, кто поведет войска?
– Мои командиры.
– И среди них Гарон, да?
– Тебя это беспокоит?
– сощурился мужчина. Он сделал затяжку, медленную, растягивая наслаждене.
– В прошлый раз твой город чуть не разбили, когда он командовал, - быстро проговорил Ликорис.
– В твоей фразе есть один недочет. Хочешь знать какой?
– эльф пожал плечами.
– «Чуть не разбили».
– Но...
В дверь постучали, и Ричард позволил войти. На порозе стоял Йозеф, советник короля. Он вновь держал свои руки в больших карманах, как будто что-то пряча там. Но все, что он принес Ричарду - все на словах.
Он сделал пару шагов с позволения короля, остановился недалеко от стола. Ликорис даже не повернулся. Советник поклонился еще раз и с удивлением в глазах проговорил.
– Приехали тапалы из Риверклера, - ответил он, будто бы не веря своим словам. Он замялся, вздохнул.
– Простите Ваше Величество, просто впервые вижу тапалов...
Ричард жестом прервал его, сделал затяжку и положил трубку на стол. Ликорис, не скрывая растерянности, глядел на короля.
– Тапалы?
– спросил он.
– Неужели решил со всеми нелюдями пойти на контакт? Или зверолюды не считаются?..
Ричард сделал вид, что не слышал его колкого, но неумелого слова.
– Ликорис, - обратился Рич. Выдержал паузу, вглядываясь в глаза приятеля. Не зная, что ищет там.
– Увидимся за ужином.
Он хотел сказать «После битвы за Клиффорд ты соберешь свои вещи и покинешь королевство», но в последний миг понял одну простую истину: «Держи друзей близко, а врагов еще ближе». У короля не было друзей, поэтому он должен был максимально приближать к себе врагов. Всех. Без исключения. Чтобы в нужный момент нанести удар или суметь миновать опасность.
Эльфский король ушел, Ричард и Йозеф остались вдвоем. Ричард позволил тому сесть, но он откланялся.
– Нам некогда сидеть. Тапалы требуют Вас спуститься, - в глазах короля вспыхнул гнев.
– У них пленный.
Они спустились по коридорам. Во многих местах все еще были трещины - шрамы после битвы. Ричард не мог и представить, какая бы ярость захватила его, будь он в тот момент в городе. Но король знал, что повстанцы дождались его уезда. И знал, что шпион под его боком. Осталось узнать, кто это. Сложная задача, учитывая все эти учтивые маски, вросшие в лица окружающих намертво.
Зверолюды стояли недалеко от ступеней замка. Ричард спустился медленно, оглядывая их всех, считая, сколько прибыло. Среди них тот, с кем он говорил. Его отличали два разодранных уха. Остальные все были схожи: мохнатые выдерги в черно-красных костюмах, со звериным оскалом, но с разумом в глазах.
– Как и просили, - сказал ассасин, как только король спустился. Без поклона, без приветствий. Он похлопал по закрытой повозке, там кто-то зашевелился.
– Бойкая пташка, говорливая. Пришлось пару раз ударить, чтоб заткнулась. Это ничего?
У него был ужасный акцент, сквозь который не все слова удавалось понять.
– Ничего. Быстро вы, однако, добрались.
– Наши гуары, вот эти ящерицы-перероски, по-вашему, куда быстрее ваших собак, а тем более лошадей. И выносливее.
Ричард безразлично покивал.
Зверолюд махнул рукой, и другой стал открывать непослушный замок, попутно ругаясь на родном языке. Между собой тапалы переговаривались о чем-то, злорадно смеясь, а голос их был похож на рычание.
Дверь открылась, и оттуда выпала связанная девушка. «Я где-то уже видел это лицо» - подумал Ричард. Тапалы пинками помогли ей подняться. А пленница не прекращала кидать на них злые взгляды. Король подошел ближе, схватил ее лицо сильной рукой и посмотрел на нее.
– Ты ужасно похожа на своего безумного отца, - произнес он. Пленница была похожа на ярла Крифта. Ее звали Фрея. И она должна была стать женой его наследника.
Она поджала губы, и Ричард посчитал, что от злости. Но нет, Фрея собирала слюни, чтобы плюнуть королю в лицо. Он проигнорировал.
– За мной приедут, - процедила она.
– Мне то и надо, девочка, - с притворной мягкостью сказал мужчина.
– А пока ты расскажешь нам все о своем возлюбленном.
– Ни слова не скажу!
– крикнула она.
«Посмотрим» - подумал Ричард, оттолкнул ее и отошел.
Ричард был один в своем кабинете, пока его покой не нарушил стук в дверь. Он позволил войти и увидел сына, стоящего на пороге. Ромул сильно возмужал за время его отсутствия, или так казалось только из-за кошмарного шрама на его лице. Северяне всегда гордились шрамами, постоянно выставляли их напоказ. Но по взгляду Ромула нельзя было сказать, что тот счастлив.
– С чем ты пришел, сын мой?
– повернулся король к своему сыну.