Чтение онлайн

фактор». Вы не эгоисты. Вы самоотверженны до абсурда. У вас это называется благородство.

Это сложно понять, но этим тоже можно воспользоваться. Я ни секунды не сомневаюсь, что

ты будешь спасать своих подданных всеми средствами. Разве нет?

– Чего ты хочешь?
– наконец выговорил Конс.

– Тебя!
– ухмыльнулся Оборотень, - я жду тебя на яхте, Конс Индендра. Прямо сейчас.

Некогда церемониться! Мне надо уничтожить Лаорма, и сделаешь это ты.

– Я?

– А кто же! Ты же теперь правитель планеты? Вот и очисть ее от всякой нечисти.

– Это ты так о своем прародителе?
– уточнил Конс презрительно, ему почему-то

казалось, что Мегвут блефует: или контейнеры пусты, или кнопку он не нажмет, не улетев на

безопасное расстояние, ему тоже мало приятного находиться в эпицентре.

– Это для меня он прародитель, - сказал Мегвут, - а для вас - нечисть зернистая. Что вы с

ним так нянчитесь, я не пойму? Благородные! Вы даже не представляете, кто он и на что

способен. Он вас дурачит. Обласкал вас, поди? Другом прикинулся или родной мамочкой…

это он может! Дурак, как только ты получишь реальную власть в галактике, тебя не станет. На

твоем месте будет Оборотень. Так обычно это делается. Думаешь, не было реального Эрнста

Мегвута? Или красавца Орландо? И где они теперь? Папочка не церемонится с единицами и

нам не велит. Ты со мной тоже был не слишком вежлив, поэтому я не собираюсь тебя

уговаривать. Ты просто будешь делать, то что я тебе велю. Выбора у тебя нет.

Над головой Мегвута ярко светило солнце. Это восточнее, понял Конс, и явно южнее,

похоже, как раз в Белоскальном заливе, где в теплой бухточке спит себе спокойно огромная

туша Матери-Медузы. И еще он понял, что день явно не задался: ни с женщинами, ни с

планетой. Ничего по сути не удалось.

– Как я могу уничтожить неуничтожимое?
– спросил он мрачно.
– Если тебя нельзя

взорвать, тварь паршивая, то его и подавно.

– Взрыва не нужно, - небрежно ответил Мегвут, - всё проще. Нужно оранжевое солнце. Я

думал, как использовать ваше праздничное оборудование в заливе… но это слишком

хлопотно. Да и зачем, когда есть живое солнце, мобильное? Я жду тебя, Конс Индендра,

продемонстрируй мне свои хваленые способности. Только не забудь, что палец мой на

кнопке. Так что будь разумен, как и положено главе Коалиции. Давай. Полчаса такого

излучения - и от папаши Лаорма останутся одни ошметки.

– А от тебя?

– А я буду любоваться зрелищем.

Мегвут улыбнулся ядовито и натянул на голову зеленый капюшон, который закрыл всё

его лицо, а очки спрятали его наглые глаза. Теперь он был похож на зеленую ящерицу,

вставшую на задние лапы или на тритона. Конс в который раз пересчитывал контейнеры у

него за спиной, как будто их было два десятка. А их было всего пять. Хорошо, что пять.

Только бы не шесть…

– У меня есть время?
– спросил он коротко.

– Ни минуты, - набычился тритон, - а то начнешь кому-нибудь звонить, предупреждать. Я

считаю до десяти. Если не успеешь - прощай цивилизация!

– 470 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 4 – Праздник Возрождения

Может, и блефовал, но очень уверенно. Лаорм предупреждал, что от него нужно ждать

безрассудного риска. Кажется, это и происходило, тем более, что и у него выхода другого не

было и пути назад не было. Нхои, который пустился в «самостоятельное плавание» и ради

свободы сократил свою жизнь по крайней мере на два порядка, был рисков по определению.

– Только считай медленно, - вздохнул Конс, - я ночь не спал.

На счет раз он выключил компьютер, на счет два встал. На счет три он уже был в спальне

у Рони и еще пять секунд на нее, спящую, смотрел. Она так и лежала, завернувшись в

кружевную шаль, спиной к дверям, лицом к расшторенному окну. За окном сосны клали

лапы на перила балкона. Когда-то так любила спать Риция. И Фло тоже любила сосны, они

напоминали ей родную Лесовию.

«Как всё глупо», - подумал он, понимая, что может и не вернуться, - «теперь есть она, но

не будет меня. Не судьба, видно…» Она как будто услышала его мысли и глубоко, измученно

вздохнула.

На счет десять он стоял на палубе, как был, в черном праздничном костюме аппирского

покроя, облегающего, с золотым оплечьем и поясом, но лучше бы в термостате, а еще лучше

– в скафандре. Зеленый тритон ему зааплодировал, не выпуская пульт из руки.

– Браво! Вот это точность! Мне уже нравятся твои способности!

– Ты не обо всех знаешь.

– Я много о вас знаю. Я болтал с вашими слугами, а это лучший источник информации.

– Слуги тоже знают не всё.

– Что мне надо, я усвоил. У тебя есть оранжевый спектр. Он холодный, ты им не

пользуешься, предпочитаешь «зеленую звезду» и «белое солнце». Я правильно запомнил? Но

«оранжевый закат» у тебя тоже есть. Однако как красиво вы выражаетесь! «Красный костер»!

«Оранжевый закат»! «Желтая луна»!

– Еще есть «фиолетовая молния», - сказал Конс, - энергия межзвездных прыжков.

– Увы, у меня ее нет!
– усмехнулся Мегвут, - придется лететь на Шеор за Сиреной на

корабле. Кстати, - он подергал себя за резиновый ворот, - хорошие у вас выпускают

светозащитные ткани на Пьелле. У нас просто симбиоз! Я принимаю любую форму, а эта

шкура - форму моего тела. Неплохо, да?

– Что толку, - сказал Конс, - если Сирены на Шеоре уже нет. На оранжевые закаты ты

там, конечно, сможешь полюбоваться.

– Она там, - покачал головой Мегвут, - это я уже выяснил.

– Вчера. А сегодня Эдгар ее вернул.

– Ты врешь. Мне не надо врать. Если б она была тут, я бы почувствовал.

Конс и сам не понимал, почему так мешкает Эдгар, даже с учетом того, что ему надо