Завещание Малого Льва
Шрифт:
– Я с тобой, - говорила она с отчаянием, - я с тобой.
Потом заглянул Леций.
– Рони, как он?
– Он в коме, и я даже не знаю почему. Ожоги не смертельные, функции органов мы
восстановили… неужели такой болевой шок? О, Господи…
Она заплакала. И оба они повторяли уже знакомые горькие фразы.
– Своими глазами он видеть уже никогда не будет.
– Как?!…
– Вот так. Даже я не могу ничего сделать.
– Даже ты, Рони? Не может быть.
– Я же не Бог, Леций.
– Разве? Говорят, на нем живого места не было.
– Но глаза - это особый случай… Господи! Ну почему надо было сжечь самые красивые в
мире глаза?!
Сейчас Леций пойдет и стукнется головой о косяк. Пусть стучится, раз ему охота, он от
этого не ослепнет… Как только брат вышел, Конс собрался с силами и потянулся
забинтованной рукой к руке рыдающей от безнадежности Флоренсии.
14-07-06
– 476 –
* .
*
*
. . .
*
. . .
*
. *
* .
КРАСНОЕ И ЧЕРНОЕ
Оранжевые закаты Шеора нисколько не радовали. Эдгар никогда не любил эту планету,
отнявшую у него деда, а теперь и вовсе ненавидел. Вот уже трое суток он не мог найти
Сирену и не мог себе этого простить.
Лале хмуро сообщил ему, что интриганки во дворце не раз пытались ее отравить, вот
она и сбежала неизвестно куда.
– Чем же она им так насолила?
– спросил тогда Эдгар, хотя ответ знал и так - в сонме
придворных красавиц появилась еще одна, умопомрачительная.
– Завидуют, - ответил Лале так презрительно, что это внушило некоторые подозрения.
Дик их развеял. Он сказал, что царь к зернистой красавице равнодушен, бывал у нее в
подвале редко и никакой взаимности от нее тоже не видел.
– Ну, это и понятно, - не без удовлетворения заметил Эдгар, он-то теперь знал, в кого
Сирена влюблена, - и где она, по-твоему, может быть?
– Надо искать, дядя Эд.
И они искали. Если Сирена и передвигалась, то по ночам, а жить могла только в глухих
подвалах. Кто-то же ее прятал!
С самого начала Эдгару эта история не нравилась, что-то в ней было не так. А время
шло. Все сроки вышли, уже и Мегвут взорвался, тварь безбашенная, и Конс ослеп, и отец
вернулся, а своё задание он так и не выполнил.
Грэф вернулся злой и раздраженный. Переоделся в полосатую женскую робу, но ходил
по-мужски, широко шагая и поводя плечами.
– Этот придурок достал! Масштабы его наглости потрясают даже меня! Он что, всерьез
собирается меня переиграть?
– Нас всех, - поправил Эдгар.
Он уныло сидел в ажурном деревянном кресле с гладкими подлокотниками, смотрел на
огонь в камине и такой же полыхающий огонь заката за стрельчатыми окнами. Сейчас они
были далеко от Пьеллы, как будто провалились из напряженной реальности в сказочный сон.
– То, что он восстанет из пепла, я не сомневаюсь, - расхаживал по залу Грэф, - и то, что
переиграть его могу только я - тоже. Вы все слишком благородные. А нужна сволочь!
– Ты - не сволочь, - поправил Эдгар, - хотя стерва еще та… самая великая стерва во
вселенной.
– Не льсти мне, - фыркнул Грэф, - тут вон баба есть - империей лаклотов управляет! Вот
это да!
– Да ты бы тоже смогла.
– А что? И смогла бы!
Ратиарх как всегда тихо появился и присел на диван.
– А чего бы ты не смогла, дорогая?
– улыбнулся он снисходительно.
– Да внешность свою менять, как мне хочется! И пол. Я ж не Оборотень!
КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 5 – Красное и черное
И, не в силах признать свое поражение, мадам добавила:
– Вообще-то могу и это. Сами знаете. Но уж больно это хлопотно, не как у них.
Ратиарх вздохнул.
– Мне не хватало только, чтобы моя жена была еще и зернистой тварью. Хватит и того,
что Лале хочет на такой жениться.
– Лале?!
– Ну да. Эта девушка в подвале совсем лишила его рассудка.
– Постой, Ратиарх… - Эдгар даже привстал, - так он влюблен в нее?!
– А как иначе? Лично я красивей женщины не встречал.
– Ох, черт… Но откуда ты знаешь?!
– Да не слепой, вижу.
– А Дик об этом знает?
– Знает, конечно. Они оба ее любят да никак не поделят. Шутка ли - такая красавица!
– Кукла она, а не красавица, - буркнула мадам.
– Стало быть, они сами ее прячут, - понял Эдгар, - еще бы я ее тут нашел! Ну я из них
душу вытрясу!
– Успокойся, Эд, - осадил его Грэф, - ничего ты не вытрясешь. Они рыцари! Да еще и
влюбленные.
– Рыцари! А я, значит, злодей! Тут война назревает в межгалактических масштабах, а они
зернистую куклу спасают!
– Надо, чтобы они это поняли. Пригласи их вечером ко мне, я буду рассказывать, как
обстоят дела. Может, что-то и поймут?
Эдгар с трудом сдержал порыв прыгнуть во дворец и вцепиться надменному Лале в
холеную шею. Дика было как-то жальче, но и он заслужил подзатыльника.
Два брата стали очень разными. Непонятно в кого Лафред-Леций оказался такой
широколицый с густыми, хмуро сдвинутыми бровями, он вообще был коренаст и
широкоплеч. Дик же был хрупок и всеми силами стремился выглядеть незаметным. Он и при
встрече незаметно присел в уголок, поправил белый воротничок и скромно сложил ручки на
коленях. Лале расселся как король.
– Всю эту так называемую войну инициировал мой дед, - заявил он надменно, - потому
что ему захотелось власти. Еще большей власти. И ему не нужна эта война. Ему нужна
только угроза войны. И так будет всегда, потому что ему, видите ли, надо что-то доказать
своей сбежавшей жене. Ну и пусть доказывает, вместо того чтобы вернуть бабулю, раз он