Чтение онлайн

Само место не пахло кровью или смертью. Здесь было тихо, спокойно, и Фрисс оставил тревогу и шагнул в прохладный полумрак.

Свет сочился сквозь дыры в стенах, озаряя слой пыли и грязи, покрывающий каждый предмет. Речник нашёл потрескавшиеся цериты-светильники и тщательно вытер их. Они замерцали — тускло и неуверенно. У дальней стены на возвышении стояла статуя из обожжённой глины, покрытой тонким стеклом. Огненно-рыжий глиняный кот смотрел на пришельца тёмными глазами — не то гранёными стекляшками, не то церитами. Статуя почти не запылилась, что немного ободрило Речника. Тут ещё могла остаться Сила…

— Здравствуй, Аойген. Ты ещё здесь? Подожди, я попробую навести порядок.

Он соорудил метёлку из пучка травы и погнал пыль к выходу, невзирая на её попытки взлететь к потолку. Сквозь клубы пыли было плохо видно, и тем не менее — с каждым взмахом метлы светильники горели ярче, а статуя Аойгена блестела отчётливее.

Фрисс долго воевал с пылью и сором, пока не привёл развалины в почти жилой вид. Уже можно было разглядеть руны на полу и переплетения узоров из перламутра и мозаики на стенах. Глаза Аойгена оказались церитами красивейшего изумрудного цвета, и статуя всё больше напоминала живое существо, только притаившееся до срока.

— Другое дело! — Речник усмехнулся. — Нехорошо, что всё в таком запустении. Я буду приходить сюда и навещать тебя.

Он положил рыбину на небольшой алтарь.

— В другой раз я поищу ещё что-нибудь. Пока не в моей власти восстановить твой храм. Но я тебя не оставлю.

Фриссу показалось, что Аойген услышал его. Во всяком случае, свет как-то странно отразился в его глазах. Но Речник не был жрецом и не мог наверняка истолковать этот знак. Он пошёл к выходу — и услышал голоса.

— Говорят тебе, глаза этой кошки — огромные изумруды! Я уверен, что жрецы не успели всё вывезти. Никто не рылся здесь после них. Мы разбогатеем!

— Ну ты и скажешь. Хорошо, если там осталось несколько аметистов и перламутровые пластины. Хотя десять кун — тоже деньги…

— Ты прихватил, чем отковыривать камни?

— Я ничего не забываю. Поэтому мне полагается большая доля.

— Эй! Это была моя идея. Большая доля достанется мне.

— Большая доля пинков и затрещин?

Фрисс нахмурился. Этого ещё не хватало! Речник Алекс и Речник Оласт. Что они тут забыли? Придётся ему задержаться…

— А цериты?

— Алекс, от них в лучшем случае осталась крошка!

— Там что-то мерцает.

— Солнце отражается в перламутре. Пошли!

Фрисс вышел к обелискам, сдвигая перевязь так, чтобы меч можно было достать в одно движение. Двое пришельцев при его появлении попятились, но Алекс тут же усмехнулся.

— Фриссгейн! И ты времени не теряешь?

— Вот тебе и изумруды, Алекс, — хмыкнул Оласт и посмотрел в сторону корабля.

— Шли бы вы отсюда, — тихо посоветовал Фрисс.

— Погоди, — Алекс тоже опустил руку на рукоять меча. — А поделиться с братьями-Речниками? Столько ценного для тебя одного — жирно будет!

— Отстаньте от мертвецов и от развалин. Нет здесь никаких драгоценностей, тем более — для вас, — сказал Фрисс, занимая узкий проход между обелисками. Ему не хотелось пускать Речников в храм, независимо от того, есть там ценности или нет.

Алекс и Оласт переглянулись.

— Если ты не заметил, нас двое, — сказал первый из них, и через миг Фриссу пришлось отражать его удар. Оласт тоже обнажил оружие, но не мог добраться до Фриссгейна — слишком узким был проход!

— Жить надоело? — прохрипел Алекс — и вынужден был уступить место Оласту, поскольку Фрисс крепко зацепил его по рёбрам. Кожаная броня выдержала, но Речник отскочил и сложился вдвое.

Оласт был осторожен и, кажется, колебался — пробиваться в храм, или оно того не стоит? Фрисс отбил несколько его ударов, пропустил один, скользнувший вдоль бока и оцарапавший броню, и удачным выпадом задел руку Оласта.

— Фриссгейн, убирайся, и мы тебя не тронем! — Алекс начал понимать, что творится неладное. Речник покачал головой.

— Вы уже дважды преступники. Если уйдёте сейчас — так и быть, Астанен узнает только о попытке мародёрства.

— Ах ты погань… — Алекс попытался достать Речника из-за обелиска, но Фрисс шагнул назад, прижал его клинок к камню и выдернул из его руки. Меч зазвенел по обломкам стены. Фрисс ещё успел отбить удар Оласта. Алекс выругался, потирая запястье.

— И на что ты надеешься, что… Бездна!!!

Его крик был полон неподдельного ужаса. Оласт скрестил мечи и шагнул назад, сдавленно вскрикнув. Он смотрел куда-то за спину Фрисса. Речник не стал оглядываться, а сделал шаг вперёд, вытесняя Оласта из прохода меж обелисками. Тот снова попятился — и вдруг побежал прочь. Алекс уже обогнал его и добрался до своего корабля — но тут налетевший ветер сорвал хиндиксу с привязи и поволок по берегу.

— Ко-о-от! Кот с мечами!!! — долетел до Фрисса вопль Речника-мародёра. Фрисс медленно обернулся, уже чувствуя волны Силы, исходящие от храма и заливающие берег.

За спиной не было никого. Только в глубине тёмного здания тревожно вспыхивал красновато-рыжий огонь. Он погас, медленно сошёл на нет, и вместе с ним сгинули потоки Силы. Только невидимая аура вокруг развалин ещё чувствовалась — и кровь в жилах Речника побежала быстрее, когда он вошёл под тёмные своды.

— Аойген, Воин-Кот? Ты помог мне? — недоверчиво спросил Фрисс у полумрака. Ответа не последовало. Речник поклонился и покинул храм окончательно. Он с трудом поднялся на корабль — ноги подкашивались. А это значило, что бог случайностей прошёл совсем рядом с ним…

Служитель Ир ни о чём не спросил его, видимо, заметил какую-то странность в его лице. Но зато Нильгек, по неизвестной причине оказавшийся здесь, остановился и стал его разглядывать, как будто у Фрисса вырос хвост или вторая пара рук. Но у Речника не было сил на разговоры. Он вернулся в башню и лёг. Его знобило.

К ужину он всё же дошёл до столовой и ел с такой жадностью, что все Речники оборачивались.

— Алекс был тут, трясся как осиновый лист, — сказал менн, задумчиво рассматривая Фрисса. Речник не стал поддерживать разговор, только спросил:

— Почему Нильгек расхаживает у Изумрудной Лестницы?

Менн шевельнул хвостом. Он был слегка разочарован.

— Речник Форк возвращается сегодня. Нильгек встречает дракона, — осторожно ответил он.

Фрисс вышел к причалу. Можно подождать Форка. Всё равно пока нечего делать.

Нильгек отсюда и не уходил. Он сидел на камне и смотрел в небо. Когда Фрисс присел на соседнюю экху, он перевёл взгляд на Речника, а потом подсел к нему.

— Зря ты их не убил, — сказал он и ощерился, как дикий зверь.