Чтение онлайн

А вот Анжелика и вовсе отказалась стелить себе брачную постель и была готова разорвать помолвку, так напугала её кровавая простыня сестры. Услышав от дочери такое чуть ли не в канун свадьбы, Гумерсинду схватился за голову:

– Только этого позора мне ещё не хватало! Разорвать помолвку! Да ты в уме ли, дочка?!
– закричал он. – За что мне такое наказание? Ну-ка, вразуми её, Мария.

– Я всегда считала, что Анжелике будет куда лучше в монастыре, - проговорила та, поджимая губы.

На самом деле она просто не знала, как взяться за щекотливую тему.

Леонора оглядела всё семейство, попавшее в небывалое затруднение, и отправилась в комнату Анжелики.

Она заговорила с ней по-дружески, с юмором, и Анжелика охотно пошла на разговор.

Что уж говорила девушке Леонора, неведомо, только Анжелика, выйдя вместе с ней из комнаты, сказала:

– Я поняла тебя: главный путь к сердцу мужчины – желудок.

– И постель, постель.
– добавила Леонора.

Услышав это наставление кухарки, Мария сказала 

– По-моему, Леонора всё-таки немного развратная.

А Гумерсинду ответил:

– И, слава Богу, если она сумела избавить нас от позора!

Минуты надежды сменялись у Жулианы часами безна¬дёжности. Стоило ей остаться в доме наедине с доной Жа¬нет, как силы оставляли её, а жить больше не хотелось. Она чувствовала в будущей свекрови ту непримиримую враждебность, которую не преодолеть никаким терпением и смирением.

– Если она меня так ненавидит, как же она будет ненавидеть моего ребёнка? – пугалась Жулиана. – Что же мне делать? Куда деваться?

Она не могла объяснить Марко Антонио, что у его матери есть тысячи способов слелать её жизнь в доме невыносимой - упрекать, напоминать о прошлом, обвинять в том, что она портит жизнь её сыну, да и мало ли ещё в чём? А внешне всё выглядело необыкновенно благопристойно – Жанет расхаживала по дому прямая как палка, сверлила каждого своими пронзительными чёрными глазами, не повышая голоса, объясняла Жулиане, что та невоспитанная, необразованная, бесхозяйственная и годится разве что в помощницы кухарки.

Слушая вечером Марко Антонио, Жулиана снова преисполнялась надеждами, верила, что преодолеет свою несчастную любовь, которая камнем лежала у неё на сердце, что их обоих ещё ждут светлые дни. Но с Жанет она проводила куда больше времени, и отчаяние проникало в её душу всё глубже и глубже. 

– Куда мне деваться? Куда? – повторяла она.

Марко Антонио прекрасно знал свою матушку, понимал, что Жулиане с ней приходится несладко, и старался почаще брать жену с собой. Приезжая с ней в банк, Марко Антонио просматривал бумаги, потом в городе они вместе обедали, и Жулиана снова возвращалась под крылышко госпожи Жанет.

На этот раз в банке они снова застали сеньора Алтину. С необычайно довольным видом он рассказывал, какую пышную свадьбу закатит своему сыночку. Как ему нравится будущая невестка, робкая будто зайчонок, но сметливая и очень умненькая.

– Денег я на свадьбу не пожалею, не то что Гумерсинду, когда выдавал замуж свою старшую. Свадьба была скромнее скромного. Правда, и выдавал он её за итальянца из бараков.

При этих словах Жулиана насторожилась и стала слушать очень внимательно.

– Итальянец – парень из себя хоть куда! Видный, красивый, но бедняк бедняком, вот Гумерсинду и не пожелал на него тратиться.

– А как зовут зятя сеньора Гумерсинду? – поинтересовалась Жулиана.

– Матео, - с готовностью отозвался Алтину. – Матео Батистелли.

Сердце у Жулианы заколотилось быстро-быстро, она постаралась его унять глубоким вздохом и насильственно улыбнулась. Она не сомневалась, что это её Матео. Наконец-то она его нашла!

Марко Антонио сразу понял состояние Жулианы и постарался дать ему объяснение:

– Мы потеряли брата моей жены. У нас были сведения, что он уехал в Аргентину, его тоже зовут Матео.

– Ваша жена тоже Батистеллн?
– осведомился Алтину.
– Тогда добро пожаловать на фазенду «Эсперанса»! Вы познако¬митесь с множеством новых родственников! Найдете не только брата, но и новую сестру! Она настоящая красавица. А уж ва¬шего брата любит, просто глаз не сводит.

– Девичья фамилия моей жены Эсплендоре.
– сухо заметил Марко Антонио.
– Мы спешим, позвольте откланяться.

Он взял жену под руку и увёл её, опасаясь, что дальней¬шие подробности только ухудшат самочувствие Жулианы.

А в груди Жулианы бушевала буря. Она была обманута, но когда? Да и тот ли это Матео? Что же? Значит, он, в са¬мом деле, женился? Или сбежал от женитьбы в Аргентину?

Она вопросительно смотрела на Марко Антонио.

– Ты очень хочешь с ним познакомиться? – спросил он грустно.

– Да!
– со страстью ответила Жулиана. – Поедем в «Эсперансу». Немедленно!

– Немедленно я не могу, - сказал Марко Антонио.
– Подожди несколько дней. Сын сеньора Алтину – мой друг юности. Мы уже получили приглашение на свадьбу. Там ты увидишь и этого Матео.

– Но, я вовсе не хочу видеть его на свадьбе! – горячо возразила Жулиана. – Я хочу убедиться, тот это человек или нет, и если тот, то поговорить!

– И всё-таки потерпи несколько дней, я постараюсь что-то разузнать, - пообещал Марко Антонио.

– Ты уже разузнавал!
– с сердцем упрекнула его Жулиана.

– И что же? Мои сведения оказались неверны’ Я говорил тебе, что какой-то Матео женился на дочери хозяина фазенды, другой уехал в Аргентину. Какой из них твой, я не знаю. Иди ты думаешь, на свете один-единственный Матео?

Жулиана вынуждена была признать справедливость слов Марко Антонио, а он счёл, что сама судьба, распорядив¬шись, таким образом, приняла его сторону, сняла с него груз вины за допущенную ложь и сделала её правдой.

– Поезжай домой, а вечером мы всё с тобой решим, - сказал он, помогая Жулиане подняться в экипаж.

Жулиана помахала ему на прощание и тут же стала уго¬варивать кучера Дамиао отвезти её на фазенду «Эсперанса».

– Эх, барышня!
– вздохнул Дамиао.
– Дурное это было место для нас, негров! Помню, как пороли меня там за про¬винность, а мой маленький сынок, глотая слёзы, считал вслед за надсмотрщиком удары. А потом разлучили меня с сыночком, и теперь я не знаю, где он. Пострадала и моя сестра, красавица Нана, ценой своего бесчестья выкупила она наших родителей, и сама ушла с фазенды с ребёнком в животе. Гиблое это место! Даже будь у меня лишнее время, я бы вас туда не повёз.