Чтение онлайн

И от этих слов, а вернее, чувств, которые согревали эти слова, проснулось сердце Анжелики, она захотела и для себя такой же страстной, такой же необычной любви!

Перенесённые испытания не прошли даром для Жулианы – потеря родителей, болезнь Матео, разлука с ним были ударами, которые, в конце концов, сокрушили её. Вернувшись в дом после того, как не нашла Матео, она тяжело заболела и пролежала в постели чуть ли, не полтора месяца. Ухаживала за ней в основном Мариана. Доктор определил нервную горячку. Франчеко одно время опасался, что потеряет и её тоже, и ходил мрачнее тучи, но молодость взяла своё, и Жулиана мало-помалу стала возвращаться к жизни. Она лежала в постели вялая, апатичная, безразличная ко всему, и её сиделкой, на удивление всего дома, стал Марко Антонио. Он всё искал, чем бы развлечь больную, предлагал ей книги, прогулки, занимался с ней музыкой.

– У неё должен появиться стимул к жизни, тогда можете считать, что опасность миновала, - сказал доктор.

Занятия языком пошли гораздо лучше после того, как Марко Антонио пришло в голову читать и разбирать с Жулианой стихи своего любимого поэта Кастру Алвеса. Поэзия открывает сердца. Они могли часами читать стихи, упиваясь красотой и слога, и звука.

– У тебя чудесное произношение, сестрёнка, - с восхищением похвалил Жулиану Марко Антонио.

– Правда? – Слабая улыбка тронула её губы. – А ты, Марко Антонио, мне брат?

– Конечно! – с горячностью подтвердил юноша. – Разве ты не приёмная дочь моего отца? А я его сын и, значит, твой брат.

– Ты мне поможешь? – Глаза Жулианы смотрели с такой надеждой, что у Марко Антонио защемило сердце.

– Я сделаю всё, что ты пожелаешь, - ответил он.

– Разыщи моего Матео.

Беззащитная, безыскусная Жулиана трогала Марко Антонио своей удивительной искренностью. Сейчас эта искренность больно ранила его, но он тут же вспомнил слова врача о стимуле и ответил:

– Хорошо! Только скажи мне фамилию, дай какие-то приметы, данные.

– Я ничего не знаю, но он очень красивый, и я люблю его, - простодушно сказала Жулиана.

– Маловато! – вздохнул Марко Антонио. – Что ж, придётся пускать по его следу гончих.

– Каких гончих? – испугалась Жулиана.

– Моих друзей, сестрёнка. Для того, чтобы сделать тебя счастливой, я прикажу прочесать все плантации, и мы непременно разыщем твоего Матео, - пообещал Марко Антонио.

– Если ты найдёшь его, я буду благодарить тебя всю жизнь, - произнесла Жулиана со слезами на глазах.

Марко Антонио пообещал Жулиане отыскать Матео, но не торопился это сделать – как-никак ожидание – это тоже стимул…

Надежда оживила Жулиану, она начала вставать, выходить, принялась даже за домашнюю работу, вот только у неё появилось отвращение к еде – стоило ей посмотреть на еду, как у неё поднималась тошнота. Она крепилась, никому не жаловалась. Заподозрив у себя опасную болезнь, Жулиана боялась признаться даже доктору. При нём она старалась быть весёлой и беззаботной, и он ей сказал:

– Ну, милая барышня, полагаю, что вы можете обходиться без меня, здоровье у вас пошло на лад, и очень скоро вы расцветёте как розанчик!

Жулиана улыбнулась. О своём недомогании она не хотела говорить никому, но всё чаще отказывалась спускаться в столовую.

Жанет на её отказы кисло улыбалась, но в душе была скорее довольна тем, что девчонка отсиживается в своей комнате, а не лезет к ним в семью, однако при этом она не могла не уколоть Франческо.

– Мне кажется, что твоя подопечная какая-то не совсем нормальная, - заявила она после очередного отказа Жулианы принять участие в ужине.

– Ты забываешь, что она в трауре, - уронил Франческо, не желая ввязываться в очередную баталию.

– И сколько же у вас в Италии носят траур? – язвительно поинтересовалась Жанет. – Пошёл уже третий месяц, как она поселилась у нас!

– Иной раз траур у нас носят всю жизнь, - многозначительно уронил Франческо.

«Но Жулиана не будет носить всю жизнь траур», - пообещал Марко Антонио.

Прошёл день-другой, и Марко Антонио явился к Жулиане с вестью.

– Я нашёл твоего Матео, - объявил он.

– Где он? Что с ним? – глаза Жулианы засияли, она подбежала к Марко Антонио, сияя такой счастливой улыбкой, что ему невольно стало не по себе.

– С ним всё в порядке, - быстро ответил Марко Антонио. – Дела у него даже лучше, чем ты можешь себе представить.

– Ну, рассказывай, рассказывай быстрей, - нетерпеливо торопила его Жулиана.

– Мой друг нашёл его, с ним поговорил… - Марко Антонио явно не торопился.

– Да не тяни же! Говори, что он рассказал? – Жулиана просто сгорала от нетерпения.

– Сказал, что любит тебя.

– И я, и я его тоже, - подхватила Жулиана.

Глаза её распахнулись ещё шире, рот приоткрылся, она готова была впивать всем своим существом весть о возлюбленном.

– Но… - тут Марко Антонио замялся, - он вынужден жениться на дочери хозяина плантации, там, где работает.

– Жениться? – Лицо Жулианы отразило такое недоумение, что Марко Антонио чуть не поперхнулся.

– Иначе его убьют, - торопливо прибавил он. – Так здесь принято, потому что, твой Матео переспал с этой девушкой.

– Переспал? – эхом повторила Жулиана всё с тем же недоумением, а Марко Антонио так же торопливо продолжал, спеша закончить неприятную миссию.

– Он очень обрадовался, что тебя все любят в нашем доме. Просил простить его, Жулиана, и по возможности забыть. В общем, ты сама понимаешь…

Слёзы ручьём потекли из глаз Жулианы, она пошатнулась, и Марко Антонио подхватил её.

– Вот до чего уже дошло! – саркастически заметила дона Жанет, обнаружив ненавистную итальянку в объятиях своего сына. – Интересно только узнать, почему это она к тому же ещё и плачет?

– Пусть поплачет, ей станет легче, мама! – отозвался сын, бережно прижимая к себе Жулиану. – Она только что рассталась с любовью всей своей жизни!

Узнав от сына подробности, Жанет пересказала их Мариане. Та не могла удержаться от горестного восклицания.

– С каких это пор ты жалеешь эту проходимку? – холодно поинтересовалась хозяйка.

– Да с тех пор, как поняла, что эта дурочка беременна, - в сердцах отозвалась Мариана.

– Да что ты! – изумлённо воскликнула Жанет. – И как это мне в голову не пришло! Да это же очевидно! Тошнота, отвращение к еде! И салфеток она ни разу не вывешивала! Я немедленно иду к Франческо! И пусть она отправляется к своему прохвосту, а женат он или нет, мне наплевать!