Чтение онлайн

Марко Антонио тоже видел, что Жозуэ мало похож на кучера. И даже как-то сказал отцу:

– Этот тип явно себе на уме! Для кучера он слишком хорошо воспитан и образован. И гардероб у него отнюдь не для конюшни! Я не удивлюсь, если вскоре выяснится, что мадам Жанет Мальяно попала в сети проходимца!

Франческо не предал серьёзного значения пессимистическим прогнозам сына. Он полагал, что самое худшее с Жанет уже случилось.

– Твоя мать снюхалась с кучером! У которого ни кола ни двора! Теперь он будет проматывать её деньги, только и всего.

– Ты считаешь, этого мало?
– возмутился Марко Антонио.

– Я считаю, что ниже падать уже некуда. Но это её деньги, и она вправе распоряжаться ими как угодно. Захотелось ей купить молодого любовника – пожалуйста! Было бы гораздо хуже, если бы мы своевременно не выделили ей часть имущества и этот альфонс заодно разбазарил бы и твой капитал.

– Но я вовсе не хочу, чтобы моя мать разорилась из-за кого-то поддонка! Я убью его! – лютовал Марко Антонио.

Франческо же, хоть и был возмущён выходкой Жанет, смотрел на ситуацию более трезво и спокойно.

– Мы не должны вмешиваться в её жизнь, сынок. Пусть она делает свои глупости, а нам надо тихонечко наблюдать за этим со стороны. И - не спешить с выплатой тех денег, что я остался должен ей при нашей сделке. Какими бы трудными ни были нынешние времена, а в моём банке сбережения мадам Жанет всё равно подвержены меньшему риску, чем в руках ушлого кучера. Я не дам ей разориться, не волнуйся!

После разговора с отцом Марко Антонио немного успокоился, но оставаться под одной крышей с матерью и наглым кучером он сейчас не мог и, не дожидаясь, пока они оттуда съедут, сам перебрался в гостиницу.

– Ты потерпи, сынок, скоро всё утрясётся, - всячески поддерживал его Франческо.
– Как только наш прежний дом освободиться, мы сразу же туда переедем. Надеюсь, против Паолы ты ничего не имеешь? Она не будет тебя раздражать?

– Лишь бы я её не раздражал, - мрачно произнёс Марко Антонио, чувствуя себя одиноким, неприкаянным и по большому счёту никому не нужным. Теперь у всех, кого он любил, была своя жизнь - у отца, у матери, у Жулианы, и лишь его будущее по-прежнему не имело чётких очертаний, оставаясь затянутым плотной пеленой тумана.

Франческо догадывался, какие переживания терзают душу его сына, и молил Бога, чтобы Жанет поскорее освободила особняк. Он надеялся, что, вернувшись домой, в привычную обстановку, Марко Антонио почувствует себя увереннее и спокойнее.

К счастью, Жанет не задержалась надолго в своём старом доме, где всё так или иначе напоминало ей о прошлом. Наступил день, когда Луиза привезла Франческо радостную весть:

– Сеньора велела передать вам, что вы можете возвращаться домой хоть сегодня! Она оттуда съехала, вместе с новым мужем. И нас взяла - меня и Антонью.

Франческо пожелал им всем удачи на новом месте и подумал, что теперь ему придётся обзавестись горничной, кухаркой, няней, так как дону Инес он с собой не берёт из-за её желчного, сварливого мужа.

Едва за Луизой успела закрыться дверь, как в кабинет Франческо пожаловал его бывший кучер - Дамиао. Эта встреча была радостной для обоих - ведь они не виделись с той поры, как Франческо отпустил Дамиао на вольные хлеба, подарив ему за многолетний добросовестный труд экипаж и лошадей.

Всё это время Дамиао и Тизиу жили в Сантосе вместе с Наной и её семьёй. Дамиао промышлял частным извозом, Антенор работал в торговом доме, Тизиу и Жозе Алсеу ходили в школу, а Нана вела домашнее хозяйство и нянчила свою красавицу дочь, унаследовавшую цвет кожи от Антенора. Счастливый отец души не чаял в девочке, но и к Жозе Алсеу относился как к родному сыну. Жозе Алсеу тоже со временем стал признавать Антенора и даже привязался к нему. Однажды Дамиао подслушал, как его племянник объяснял своему школьному приятелю, что цветом кожи он пошёл в мать, а его сестрёнка – в отца.

– Жаль, - вздохнул одноклассник Жозе Алсеу, тоже чернокожий мальчик. – Лучше бы ты уродился похожим на отца. Белому человеку намного легче прожить в нашей стране!

Жозе Алсеу, как выяснилось, смотрел на эту проблему иначе:

– Цвет кожи - не самое главное. Надо просто быть порядочным человеком, много работать и учиться. Тогда и успех придёт. Слава Богу, рабство в Бразилии отменено, так что многое зависит теперь от нас самих!

Слушая племянника, Дамиао думал, что этот мальчик и впрямь способен далеко пойти. Он был умён, честолюбив, энергичен - как его отец Гумерсинду, а кроме того, читал всякие мудрёные книги и мечтал стать учёным. Иногда, увлечённый какой-нибудь интересной книгой, он с таким восторгом рассказывал о ней Тизиу, что у того тоже возникало желание прочесть её. Такое общение с братом не прошло бесследно для Тизиу: этот непоседа вскоре выбился в отличники и даже заявил, что в будущем намерен выучиться на юриста или коммерсанта.

Дамиао не стал разочаровывать сына рассказами о том, сколько денег надо заплатить за обучение в колледже и тем более - в университете. Зачем лишать парня мечты и уже сейчас выбивать почву у него из-под ног? Пусть пока учится, а там, глядишь, ему и повезёт – может, сдаст экзамены на какую-то льготную стипендию. Дамиао приходилось слышать о подобных чудесах.

Антенор рассуждал примерно так же, поощряя пристрастие Жозе Алсеу к учёбе. А Нана тайком вздыхала, отчётливо понимая, откуда взялись эти честолюбивые замашки, у её сына.

– Когда-нибудь он поймёт, как жестоко устроена жизнь, и ему будет горько, оттого что он родился с такими задатками в бедняцкой семье, - сказала она как-то Антенору.
– Но пусть лучше мой мальчик будет страдать от несправедливости, чем узнает правду о своём происхождении!

– Он никогда ничего не узнает, - уверенно произнёс Антенор.
– А я буду работать не жалея сил, чтобы у Жозе Алсеу всё-таки была возможность учиться дальше!

Такие планы Антенор строил до начала кризиса. А потом жизнь день ото дня стала меняться к худшему, операции в торговом доме Сантоса почти прекратились, и Антенор остался без работы. В таком же положении оказался и Дамиао, поскольку в Сантос теперь не приезжали клиенты, для заключения сделок и возить в экипаже стало некого. Дамиао даже подумывал, не пора ли продавать лошадей, которых надо было кормить независимо от того, есть седоки или их нет.

Но Тизиу посоветовал отцу съездить к Франческо.

– Сеньор такой добрый и умный, он что-нибудь придумает! Может, опять возьмёт тебя кучером, а может, предложит какую-то другую работу. Да и я попрошусь к нему курьером в банк! Как ты думаешь, ему нужен курьер?

И вот они оба предстали перед Франческо, а тот, выслушав их просьбу, лишь развёл руками:

– Мне пришлось уволить половину банковских служащих. Денег в обороте нет, многие фабриканты, которым я давал кредиты, уже обанкротились, а те, что ещё держатся, не переводят на мой счёт никаких отчислений. У меня остался только неприкосновенный запас - для того, чтобы не прогореть окончательно и с Божьей помощью пережить этот страшный кризис.

– Значит, мы зря вас побеспокоили, - упавшим голосом произнёс Дамиао, но тут в разговор вступил Марко Антонио:

– Папа, если мы решили переехать в старый дом, то, может, нам стоит нанять Дамиао, чтобы он опять служил у нас кучером?

– Да! Конечно, сынок!
– образовался этой идее Франческо.
– Тем более что мадам Жанет не будет теперь к нему придираться!

– Ну, что я тебе говорил! – шепнул отцу Тизиу.

Франческо, взглянув на озорную физиономию мальчишки, улыбнулся: