Чтение онлайн

На экранах тут же начали происходить изменения.

— Что ты сделал?! — Марков бросился к пульту, но Сергей загородил его собой, дыша шумно, зверино.

— Какая разница? Да и тебе не понять, я не киношный злодей, который раскрывает все планы. — прошептал Лаврентий, его голос дрожал от… восторга.

Сигналы начали лезть в разнос. Капсула завибрировала. Алекс внутри задергался, ощущалось и выглядело это так, как будто его засасывало внутрь.

— ТЫ СУМАСШЕДШИЙ! — Марков схватил провод и попытался выдернуть его, но Сергей ударом отбросил назад.

В этот момент кто-то из сотрудников всё-таки выстрелил. Пуля вошла Сергею в плечо, и отпружинила обратно. Он совсем не отреагировал. Только посмотрел, и у стрелявшего в глазах появилось что-то. Боль? Ужас? Или… внушение?

Он сам упал на колени и застонал, закрывая лицо.

Капсула вспыхнула ярче. Алекс внутри бился, снова дергаясь, как если бы его душу вынимали.

— Сергей! Очнись, мать твою! Это я, Марков! — рявкнул Артём, пытаясь докричаться сквозь звериный хрип одержимого.

Но тот даже не вздрогнул. Его глаза остались пустыми, стеклянными. Животный рёв, который вырвался из его глотки, был уже не человеческим.

Лаврентий Павлович лишь отступил на шаг, глядя на происходящее с неестественным восторгом. Он держал в руках какое-то устройство, которое майор ни разу ещё не видел. Капсула снова начала искрить, стекло мигало, как сердце под разрядами.

— Что ты сделал?! — Марков пытался хоть как-то достучаться до своего коллеги… бывшего коллеги. — Ты понимаешь, что ты сейчас похоронил не эксперимент, а весь проект?! Ты угробишь его!

— По сравнению с величием науки, и торжеством… это всё ничто! — Лаврентий Павлович улыбнулся с неестественным спокойствием. — Мы загнали силу в границы. Я смогу творить!

— Ты псих… — прошипел Марков.

В этот момент Сергей, или то что от него осталось, развернулся, и одним движением раскидал подбегающее подкрепление. За ним последовал ученый, даже не оборачиваясь. На прощание он только бросил.

— Артём, был рад с тобой поработать.

Их шаги эхом растворились в шуме сирен и вспышках света. Марков хотел метнуться за ними, но сейчас это было не самым важным.

Он ударил кулаком по стеклу, в каком-то нечеловеческом приступе гнева.

В лаборатории начался хаос.

— Блок “А” перегревается! — кричал кто-то из выживших инженеров. — Уровень кислорода падает, мы теряем объект и устройство!

— У нас отказ энергии по всему периметру! Вспомогательные генераторы не подключаются!

Сирены выли, свет моргал, в воздухе стоял запах плавящегося пластика и перегретого металла. Один из сотрудников, молодой парень, просто сел на пол и закрыл голову руками. У девушки, стоящей за пультом, дрожали руки, она пыталась что-то сделать, вводила команды, но интерфейс сыпался ошибками.

Марков резко выдохнул.

— Всем срочно! Переходим на аварийный протокол! Блокировка питания капсулы, попытка ручного отвода энергии через вспомогательные узлы “Север”. Живо!

— Сделаем! — воскликнула девушка.

Его голос прорезал панику, внося в происходящее хоть какие-то ориентиры. Все замерли на секунду, а потом начали действовать. Кто-то поднялся, кто-то схватил кабель, кто-то бросился к терминалу. Даже те, кто был на грани паники, делали несмелые попытки следовать протоколам.

Марков отступил на шаг, глядя на капсулу. Алекс внутри всё ещё был неподвижен, но пульсация вокруг стекла говорила: все работает. Что-то внутри происходит.

Он чувствовал, как зреет отчаяние. Всё выскальзывало из фокуса и из рук. Его люди были напуганы. Лаврентий Павлович предал их. Сергей… стал… хрен знает кем он стал. А Алекс, возможно, уже и не жилец.

Марков сжал кулаки до боли, пытаясь погасить гнев и тревогу.

— Прости меня, парень… — прошептал он себе под нос. — Я должен был раньше всё понять.

***

Майор медленно открыл глаза. Горло у него целиком пересохло, а в висках гудело. Он чувствовал, как холодный пот медленно стекает по спине, оставляя липкие полосы под одеждой. Воспоминания о том дне возвращались не всегда по его воле. Чаще они приходили внезапно, резкими вспышками, пережёвывая разум, и током прожигая плоть изнутри. Каждый раз – заново.

Он провёл рукой по лицу, сжимая пальцы на висках, словно мог физически выдавить из головы те образы, что очередной раз всплыли. Ничего не помогало.

— Что же ты натворил, Лаврентий Павлович… — процедил Марков сквозь зубы и резко ударил кулаком по столу.

Гулкий звук прошёлся по комнате как выстрел. По краю стола подскочили несколько тёмных, чёрных граненых камней. Один из них покатился ближе к нему, напоминая собой, что всё произошедшее началось именно тогда.

Он помнил голос ученого. Помнил ту самодовольную, бесстрашную улыбку. Тот взгляд человека, который был влюблён не в знания, а в сам процесс разрушения границ. Он знал, что они переходят черту. И не остановился.

Тогда это звучало всё как бред фанатика. Сейчас… сейчас это был приговор. Для них всех. И, судя по всему, для мира тоже.

Марков выдохнул через нос, тяжело, с глухим рычанием. Он понятия не имел, что произошло с Александром в той капсуле.

Он видел, как Сергей вошёл в помещение… и уже не был человеком. С ним и до того были проблемы, но после… А Лаврентий Павлович просто стоял рядом. И запустил какой-то протокол, как если бы ждал... Он знал, что именно вызовет коллапс, а ещё он знал что будет дальше.

— Знал... или ждал приказа? — Марков скривился.

Он больше не был уверен, что ученый действовал в одиночку. Вся эта ситуация, все уровни допусков, всё покрытое пеленой секретности – слишком стройная система, чтобы быть результатом паранойи одного человека. Он явно был частью чего-то большего.

Марков бросил взгляд на карту, разложенную на соседнем столе. На ней были пометки. Разведанные разведчиками области, ближайшие “гнезда” монстров. Как их называли сами разведчики. Соседние убежища, с которыми они взаимодействовали… А чуть восточнее, зеленый круг, внутри которого и была их лаборатория.