Чтение онлайн

Покончив с ужином, он вышел на песок.

– Привет.

– Привет. – Она пожала плечами.

– Скажи, Полина, – заговорил Хромцов, когда она окончила разглядывать ракушку, – куда тебя обычно водят поужинать?

– Не так, – ответила она, покраснев. – Спрашивай не так. Я ни разу не была на свидании, не с чем сравнивать.

– Ни разу? – переспросил он, отвлекаясь на ее колени, и дальше на гладко-золотистые щиколотки.

– Я жду любовь, для остального у меня есть кино и книги, – прошептала Полина немного виновато, хорошо понимая, что ее посчитают Синим чулком.

Хромцов ничего не сказал.

Присел рядом, прихватил с песка, на котором стоял клевер, мелкие одуванчики – то красивое, что здесь было, и осыпал всем этим Полину. Все потому, что она казалась ему самой прелестной и очаровательной девушкой, которую он когда-либо встречал.

Полина отряхнулась, Полина рассмеялась, Полина вставила в волосы цветок – играй, играй дядя Дима! Нежданный гость, припозднившейся посетитель пляжа, таинственный Дмитрий Владимирович, кто дал тебе власть осыпать меня цветами и власть надо мной? Выпил ли ты болеутоляющее из пакета на ночь?

– Я бы сейчас много отдал за возможность выбраться с пляжа, – почти болезненно выдохнул Хромцов, пряча чувства. – Вкусно поужинать, побыть вместе, потанцевать, выбрать гостиницу к полночи, выбрать в ней лучший номер. И при желании остаться или не остаться в нем на ночь.

– Тесный шумный город? – переспросила девушка, когда вышла из воды и очистила от песка стройные ноги. И перехватив его взгляд со своих коленок, добавила: – Ну, уж нет, Дима. Сегодня я приверженка природы.

Покатый берег сонно тянулся вдоль реки. Он повел их недалекой кружной дорогой, избавив от необходимости гадать, где бы пройтись. Жирная чайка взлетела с вод, метнувшись в небо сразу за их спинами. А после кусты вдоль дороги раздвинулись, из них высунулась востроносая хитрая физиономия, тайком задыхавшаяся от своей старческой птичьей одышки. Заинтригованный взгляд повторил путь чайки и теперь медленно перемещался вправо… вдоль дорожки…прямо за узкими бедрами в спортивных штанах – штанах, показавшихся до боли знакомыми. Потом переместился на несколько сантиметров выше…взгляд старческих глаз встревожено приковал гранитный профиль, небритый, но весьма шикарный. С интересом старушка также отметила, что левая рука мужчины слаба или травмирована. Испустив долгий тревожный вздох, старушка припомнила телефонный разговор, который недавно подслушала и чуть не завопила с перепугу, наткнувшись на бинт, топорщившийся под кофтой и украшенный устрашающими бурыми пятнами. Матово-черные волосы небрежно взъерошенные; легкий ловкий наклон к идущей совсем рядом справа девушке. И тут, словно молния ударила в мозг, да с такой страшной силой, что у Варвары Петровны ноги подкосились от догадки.

У нее губы зачесались от злости. От злости на судьбу втянув голову в плечи, Варвара Петровна сидела в кустах, прикрывшись тяжелыми листьями. Он. Старушка, вхожая в высшие круги, сразу узнала эту живость, эту суровость, ставшую фирменным подчерком человека по фамилии Хромцов. Бессменного председателя совета директоров электрометаллургического комбината. Бизнесмена, чье имя с завидной регулярностью лидировало в рейтинге богатейших людей области. Воспоминания всегда под рукой – она вспомнила, как несколько лет назад впервые его увидела. Сила и твердость были вставлены в молодого человека, как кирпич в кладку фундамента. Светские сплетни и заголовки газет пестрой чередой промелькнувшие перед глазами, подвигли ее с уверенностью судить, что с годами насчет силы и твердости мало что изменилось. Только про его подружку в желтой газетке недавно писали, что она понятия не имеет что такое бюджет.

В ресторан зайдешь, лицом к лицу с таким столкнешься, улыбнешься ему, а потом, вернувшись домой, можешь отправляться ко сну считая себя успешным человеком. Главное забыть, что Дмитрий Владимирович так и не понял, с кем поздоровался. Много она перевидала таких. С трясущимися от страха и волнения руками старушка забралась глубже в кусты и замерла в нерешительности, пытаясь припомнить все слышанные слухи о Хромцове. Один из них гласил, что тот безотцовщина, с медалью окончил школу. Работал слесарем-сборщиком, смог защитить диплом инженера. Реальные невзгоды юности серьезно оградили его от мира блаженного, красивого, изнеженного, от холеных женщин. Но ненадолго, пока он не вырос. Сердце бешено билось, пока Варвара Петровна ярко себе представляла, какими путями ему достался завод. Впрочем, она не знала, никто не знал. Она натянула рукава ниже локтя – не прохлада с речки, скорее нервное.

Неподалеку мелодичный смех Полины оборвался внезапным порывом ветра, и Хромцов с усмешкой смотрел, как она беспомощно хохоча, опустилась на ствол поваленной березы перед ним.

– Я… я не верю тебе. Это чудовищное вранье! – задыхаясь, пробормотала девушка, вытирая со щек выступившие от смеха слезы. – Фитнесс-тренер, покерный шулер, наемный убийца – ты не похож на человека, который работает на заводе.

– Возможно, – согласился Хромцов, не стараясь анализировать ее прелестный смех и искорку восторга, которую он в нем вызвал. – Тем не менее, я работаю на заводе.

У него и орден есть. За развитие черной металлургии в России. Отметила старушка из кустов, скрючившаяся от страха быть им пойманной.

– Ты наверное считаешь меня совсем безмозглой, если думаешь что я поверю в подобную чушь! – проговорила девушка, безуспешно пытаясь обрести серьезность. – Не могу я себе представить тебя в пыхтящем цеху в рабочей каске, глядящим как металл…как металл…

– Разливается на конвейерных машинах или в плоские изложницы, – улыбнувшись, пришел он Полине на выручку, в шутку прикидывая их совместный викенд в Австрии.

– Еще скажи, что прибегаешь на завод по зорьке, чтобы не пропустить как металл…как металл…

– После остывания дробиться. Сортируется и отгружается потребителям. – Хромцов улыбнулся еще шире и пояснил: – Все верно. Вот только я уже не в тех сапогах, чтобы бегать.

Полина ожидала, что он назовет свою должность или объяснит в чем заключается его работа. Но поскольку Дима молчал, она предположила, что он намеренно избегает финансовых тем. Это не показалось ей странным. Несмотря на беспечную атмосферу вечера, девушка безошибочно ощущала мины на некоторых отрезках территории – человека пытались убить. И скорее всего из-за денег. И поскольку Полина итак его побаивалась, она не хотела совать нос не в свое дело, но не могла с легкостью переключиться на другую тему и поэтому все же спросила:

– Это правда, что обрезки разных железяк долго кипятят в огромном ковше как курицу в супе? А потом получается что-то наподобие куриных кубиков только из стали?

С трясущимися от безмолвного нежданного хохота плечами, Хромцов замотал головой, насмешливо моля о пощаде.

– Куриные кубики? – повторил он. – Это лучшее, что я за сегодня слышал. До сих пор я мечтал о сталеваре, который в двух предложениях сможет объяснить мне принцип работы завода. А это смогла сделать блондинка с потрясающими длинными ногами и…

– И с потрясающими длинными волосами, и с потрясающими длинными ресницами, и с потрясающим длинным… – Полина так разъярилась от понимания, что в его мире она иностранка, даже инопланетянина, что и на самом деле уже было поднесла палец к языку, прежде чем сообразила, что собирается сделать нечто развязное.

– Я слушаю, – поддразнивая, подтолкнул Хромцов. – С потрясающим длинным…

– Носом! – в негодовании бросила она. – Извини, вот тебе мой, я сую его во все твои дела!

Не в силах более сдерживаться ни секунды, Хромцов наклонился и ткнулся своим носом ей в шею.

– Я нашел решение, – шепнул он, целуя выступ ее ключицы. – Как только выздоровею, свожу тебя туда на экскурсию. Считай, что билеты уже заказаны.

«Вот она победа! Это победа!» – шепнуло ее сердце. Придя к подобному выводу, Полина взглянула на Диму, вздернула подбородок и непреднамеренно быстрым кивком согласилась.

Он любил вид кипящей стали. Часто приходил посмотреть как металл прошедший чудовищную плавку, в жидком виде распределялся на потоки и сталевары присматривают за каждым «ручейком». А особенно он любил наблюдать за тем, как бесконечные металлические слитки плавно вытекают из кристаллизатора и разрезаются газовой кислородной горелкой на мерные длинны. Также Хромцов допускал, что далеко не всех людей и особенно далеко не всех женщин лишило сна главное богатство их края – многочисленные месторождения высококачественных железных руд. Завод как завод, по производству ферросплавов, до которых никому нет дела, подумал он. Смирившись с необходимостью, прежде чем затащить Полину в гараж, назвать свое место работы, возраст и несколько языков, которыми владел.