Чтение онлайн

13* Дэвид Портер - офицер военно-морского флота США, во время войны с Англией 1812-1814гг. командовал фрегатом "Эссекс" на Тихом океане; в 1813г. предпринял рейд на Маркизские острова, где неудачно пытался основать поселение. Был автором нескольких книг, в том числе "Журнала плавания по Тихому океану". Исследование текста показывает, что Мелвилл, вопреки своему утверждению, знал работу Портера и почти дословно воспроизвел некоторые описания.

14* Джон Робертс в 1818-21гг. проходил обучение в Кронштадских штурманских классах. Там он женился на Дарье Николаевне Песковой с которой и вернулся на Нукухива в 1822г. Она стала первой белой женщиной появившейся на Макизских о-вах. Историю с флагом упоминает в своих записках также адмирал Пти-Туар. Но он уточнял, что "флаг, бдительно охраняемый мадам Робертс, принадлежал Руско-американской торговой компании".

15* Вождь, в котором воплотилось божество, именовался на Маркизах "атуа". Скорее всего Г.Мелвилл описывает вождя Мархейо. Остров Нукухиву населяло 5 племен, делившихся на две группы: западную (племена теии) и восточную (племена таипи), которые враждовали друг с другом. Главной причиной межплеменных войн были человеческие жертвы богам, т.к. это могли быть только люди другого племени. Каннибализм на Маркизских островах имел религиозно-магический характер, выражавшийся в поедании различных частей тела убитых врагов, военнопленных, умерших сородичей для того, чтобы сила и другие свойства убитого перешли к поедающему.

16* Упомянутый Каракои(Семен Каракаокоии) - крещёный гаваец. Учился в школе в Гонолулу и продолжил образование в училище Новороссийска. Был направлен приказчиком на Нукухиву для присмотра за Робертсом (в архиве сохранились его отчёты). Владел английским и французским языками, именно он сообщил правителю о дальнейших планах адмирала дю Пти-Туар.

Другой обязанностью Каракаокоии была вербовка иностранных китобоев. Т.к. на компанейских китобойцах не хватало высокопрофессиональных моряков, большая часть судов простаивала почти пол года. Те же из них, где значительная часть экипажа собиралась из бостонцев и британцев, или евреев, отслуживших уже один семилетний срок, на зиму уходили в южные моря охотиться на кашалота. Это значительно повышало рентабельность судна. Поэтому, за каждого моряка, которого Каракаокоии сумел уговорить дезертировать, он получал 50 руб. премии. Кроме того у него была договорённость во всех долинах острова. С теми, кто сумел похитить моряка, которого Каракаокоии потом спасал, он делился своей премией. Именно так случилось с капитаном "Катерины". Одновременно с Г.Мелвилл с "Акушнет" бежал ещё один матрос, Ричард Тобиас Грин, получивший известность как герой книги "Тайпи". Он прослужил на судах Компании 2 года.

Насколько опаснее была охота на кашалота видно из заметки в "Русском инвалиде". "В августе 1840 года в 700 милях к югу от Вальпараисо с компанейского китобойца "Сарепта" шкипера Йоргенса заметили кашалота. Охота закончилась удачно: два вельбота буксировали тушу кита. Они находились в трех милях от "Сарепты", когда появился еще один кашалот - большой серый самец. Он выпрыгнул из воды, с оглушительным шумом упал на брюхо и начал атаку на вельботы. Первый он ударом головы разбил в щепы. Старшина второго Кушелев успел поставить свое суденышко за тушу убитого кашалота, затем, перерезав гарпунный линь, подобрал плававших людей, и гребцы изо всех сил налегли на весла. Вельбот благополучно вернулся на "Сарепту", которая медленно кружила вокруг убитого кита. Однако серый кашалот не отходил от добычи наших китобоев, и, решив не испытывать судьбу, они ушли на юг. Очевидно это был тот же кит, который месяцем ранее, милях в 500 севернее, разбил два вельбота с английского китобойного брига "Десмонд". Два моряка с "Десмонда" в следствии этого умерли от ран."

Этолин, отправляясь на Гаваи, Российские острова, Таити и собираясь посетить Сянган (Гонконг) был спокоен за вверенные ему колонии. Они были оставлены на троих надёжных и хорошо известных Адольфу Карловичу людей.

Старшим среди них числился главный помощник правителя. Опытный морской офицер, звёзд с небе не хватавший, но надёжныи и исполнительный капитан 3-го ранга Михаил Дмитриевич Тебеньков, который уже 10 лет прослужил в колониях.

Вторым был главный бухгалтер правителя колоний Симон Вульф. Официально ведая только финансовыми делами он, начиная с правления барона Врангель, занимал в Рус-Ам особое положение, имея вес наравне с помощником правителя.

Третий - Александр Гаврилович Ротчев, превосходно проявил себя на должности правителя Росского отдела и Этолин перевёл толкового служащего на ключевой пост правителя Орегонской конторы, придав ему полномочия чиновника по особым поручениям. Это было необходимо в связи со сложной политической обстановкой в том регионе.

Был ещё и четвёртый - Егор Леонтьевич Черных. О нём редко упоминают в популярных книгах. Он никогда не занимал высоких постов и раньше всех ушёл из жизни. Но пословица "Нас кормят черная голова, белая хватка и желтые руки" относится к Черных, наравне с еврейскими управляющими и китайскими рабочими. В основном благодаря его деятельности ещё при его жизни Русская Америка не только себя обеспечивала, но и стала житницей Восточной Сибири, между делом снабжая огромный китобойный флот. А спустя десятилетие, невероятный фортель, житницей Калифорнии.*(1)

Уроженец Камчатки, Черных получил специальное образование в школе Московского общества сельского хозяйства и, возвратившись на Камчатку, успешно применял там свои знания. По инициативе Врангеля он был приглашен на службу в РАК и направлен в Росс. Ему вверялось все, что в Росс "относится к улучшению и распространению сельского хозяйства". Егор Леонтьевич был назначен помощником Костромитинова, с функциями его заместителя. Врангель рассчитывал, что Черных заменит на посту правителя Росса Костромитинова, чей контрактный срок минул в сентябре 1832г. и который просил Врангеля об увольнении, не имея желания продолжать службу в колониях.

Черных, прибыв в Росс в январе 1835 г., уже в следующем году удостоился благодарности главного правителя. У Костромитинова сложились хорошие отношения со своим помощником: их объединяло стремление к максимальному раскрытию и развитию хозяйственного потенциала колонии. Но очень скоро, в связи с развитием сельского хозяйства в Виламетской долине Черных был переведён в Ново-Архангельск.

Управляющие ранч: Дилон, Зонненберг, Лапковский сперва встретили нового начальника в штыки, но уже через несколько месяцев поняли, какая редкая удача им выпала. Ведь будучи опытными организаторами сельского производства, в самом сельском хозяйстве они мало что смыслили. И если в Белорусии и Украине низовую агрономическую работу выполняли сами крестьяне, то здесь, в Америке, это приходилось делать самим и китайские работники тут были не помощники. Свою деятельность Черных начал с устройства деревянной молотильной машины по образу чугунной (которые были присланы впоследствии). Для машины были изготовлены железные шипы и подшипники, в то время как "кулаки в колесах и цевки в шестернях, увлекательные цилиндры - сделаны из твердого лаврового дерева"; таким образом, по использованным материалам машина Черных была почти чисто "российским" изделием. Она хорошо себя показала на уборочной 1836г., хотя в ее работе и были некоторые дефекты.

Уже в декабре того-же года в Ново-Архангельске был организован своеобразный "сельхоз ликбез", куда будущие пшеничные, картофельные и молочные бароны приходили с сыновьями, лучше их владевшими русским языком.

Черных добился от Ротчева согласия на закупку в калифорнии партии мулов для замены лошадей при тяжелых работах, особенно при машинном обмолоте хлеба. А для улучшения качества посевов в 1837г. были отправлены на семена специально закупленные 800 пудов желтой и 400 пудов белой чилийской пшеницы. К этому времени были завезены также 300 пудов успешно выращенного в Росс гималайского ячменя, который "родится сам-40 и даже там, где худо родилась пшеница, давая при том хорошие сухари". Черных начал эксперементировать с этим злаком ещё на Камчатке. Но главной культурой введённой Егором Леонтьевичем стал все-таки тапинамбур, получивший в колониях незамысловатое имя еврейская репа.

Урожайный, устойчивый ко всем болезням и подавлявший все сорняки, многолетний и не требующий практически никакого ухода овощ имел только один недостаток - плохо хранился. Через пару месяцев после уборки весь урожай портился. Но, после постройки в Ново-Архангельске большой винокурни, это было уже неважно. Впрочем хитрые евреи вскоре научились высушивать нежные плоды, да так, что даже в трюмах китобойцев они сохранялись по 3 и более месяцев.*(2)

Опять же, тапинамбур оставлял огромное количество прекрасной ботвы. Управляющие обратили на неё внимание, как только Черных показал способы заготовки силоса, который, при подкормке коров, чуть не в двое увеличивал надои. Тут же Вульф добился у правителя разрешения организовать при компанейских ранчах частные молочные фермы. Уже к началу 40-х упровляющие стали первыми по настоящиму независимыми дельцами, зарабатывая на поставках Компании масла по 10 - 15 тыс.руб.