Чтение онлайн

– Тоже мне, диво дивное, кто ездил в поездах, постоянно чай пили из похожих. Нахрен он тебе сдался? Сейчас ты приобрёл подстаканник, завтра поезд себе захочешь.

В разговор вмешался Артём, отвечая Кузьмичу:

– Скулишь, как стагый побитый пёс. Кгасивый подстаканник, че пгистал к человеку. Хотя, по твоему лицу видно, что тебе сейчас весь белый свет немил. Дай я угадаю с одного газа, единственное, что может тебя сейчас погадовать и исцелить твои стгадания души, это холодное пиво?

– Я могу точно сказать одно, моя многострадальная душа сейчас не нуждается в твоем тявканье, псина ты картавая.

Я прерываю перебранку, вмешиваясь:

– Я кушать хочу, а не слушать вашу ругань. Отстаньте от Виктора, понравился ему подстаканник, вот и пусть пьёт из него чай, вам какое дело.

Витя спрятал свои обновки в рюкзак и проговорил:

– Я тут подумал насчет поезда. Уверен, сейчас много локомотивов стоят просто так, поэтому раздобыть поезд не составит проблемы.

Я чуть не споткнулся, услышав, каким серьезным тоном он рассуждает на тему захвата ничейного поезда. Что он им собрался делать, куда ездить. Это же не машина, на которой можно поехать куда угодно. Там зависимость от рельс и еще множество факторов. Будем надеться, что это он так шутит и не намерен всерьёз отправляться искать поезд.

Спустя десять минут мы достигли здания, в котором располагалась столовая, которую нам посоветовал старик. Зайдя внутрь светлого и просторного помещения с простой обстановкой, мы направились к раздаче. Тут, как в классической столовой советского образца, блюда уже стояли приготовленные и источали вкусные ароматы, вызывающие слюноотделение.

Взяв обычный пластиковый поднос, я прошу девушку за раздачей налить мне борща. Открыв крышку, она перемешала в большой алюминиевой кастрюле красный, исходящий паром, горячий борщ половником и налила его в тарелку, щедро кинув в него сметану ложкой, протянула мне тарелку. Поставив её на поднос, продвигаюсь дальше, ко вторым блюдам. Тут меня соблазняют вкусно пахнущие манты, я заказываю себе сразу две порции. Еще подумал, хорошо, что Берсерк идёт в конце очереди, а то бы всё сгреб, и жди, пока еще приготовят. В отличие от советской столовой, тут вместе с чаем, кофе и соками можно было взять себе к обеду пиво или чего покрепче, выбор был неплохой. Расплатившись на кассе бутылкой алкоголя и тремя пачками патронов, я подсчитал в уме, что обед выходит совсем не дешёвый. И это с учетом, что алкоголь я не брал, выбрав вместо него обычный кофе три в одном.

Заняв стол побольше, дожидаюсь остальных. Когда за столом были почти все, кроме Берсерка, его мы решили не ждать, поскольку он пришел и, сгрузив со своего подноса тарелки на стол, пошел на второй круг. Куда в него столько влезает? Судя по удивлённым взглядам людей, оказавшихся с нами в столовой, такие мысли не только мне в голову пришли.

С едой все расправились быстро, весёлая ночка с обильным возлиянием и закуской заместо еды способствовала этому. По-домашнему вкусную еду все глотали, не жуя, чуть не облизывали за собой тарелки. Расправившись с едой, беру кружку с кофе и выхожу на крыльцо, покурить сигарету. Рядом со мной курит мужик, выпуская большие облака дыма, он задумчиво наблюдает, как они улетают уносимые ветром. Увидев меня, он спросил:

– Привет. Вы из Воронежа?

– День добрый, да.

– Бываю там периодически, я из «колбасного каравана», если слышали, что это такое. Бедный город даже под немцами не пал, венгров во время войны почти весь генофонд выкосили в Воронеже за их зверства, им даже пришлось после войны сделать отдельное венгерское кладбище на нашей земле. А появления зомби город не смог пережить, это печальное и страшное зрелище.

– Насчёт «колбасных караванов» уже просветили, знаю. Да, в городе много людей не смогло пережить первые дни, как, в принципе, почти во всех крупных мегаполисах. Большая концентрация людей сыграла злую шутку.

– Думаю, всё же, решающую роль сыграло то, что не стали сразу спасать людей и говорить, что случилось, а держали их до последнего в неведенье, отключив сотовую связь. А продажное телевидение еще лапшу до последнего накидывало людям на уши, рассказывая, что нет повода для беспокойства и всё под контролем.

– Даже спорить не буду, согласен. Единственное, мне кажется, роль телевизора сильно преувеличена, кто вообще этот ящик смотрел в 2020 году? А если и включал, чтобы бубнил фоном, то вряд ли верил всему бреду, что оттуда обычно несут. Кем надо быть, чтобы смотреть довольного жизнью диктора новостей, который каждый час в течение двадцати лет рассказывает, как жить становится всё лучше и лучше? Когда за эти годы зарплаты у людей почти не росли, а вот цены на всё – росли стабильно. Мне кажется, холодильник уже давно победил телевизор.

– Это ты так думаешь, а более старшее поколение, в силу другого воспитания и менталитета, свято верило словам из телевизора, даже заглядывая в свой пустой холодильник. Старики думали, что правительство у нас самое лучшее и всё делает для народа. Страна становится на ноги, развивается, а проклятая Америка загнивает, скоро ей настанет хана. И доллару тоже.

– Мне кажется, это уже вряд ли, только если совсем в глухих деревнях в такое верили.

– Тебе кажется. Я еще до появления зомби гулял по лесу на Машмете с собакой, так много кто прогуливается, лес идет вдоль водохранилища и рядом частный сектор. Там гуляют местные с собаками, с детьми, пенсионеры тоже любят прогуляться, подышать свежим воздухом. Так вот, я сам лично видел, как один продвинутый дедуля на своем телефоне включил одну из недавних речей президента двум бабкам и все трое восторженно её слушали.

– Может быть. Мой круг общения был явно моложе, чем описанная тобой троица. И там никто не питал иллюзий, видя, как обесценивается с каждым годом рубль и растут цены.

– Ладно, это уже не важно, прошлое в прошлом.

– Да, не успело всё само рухнуть, пришли зомби и подтолкнули. Зато теперь любой может попытаться построить справедливое общество.

– Далеко не любой, да и понятие справедливости у каждого своё.

– Мне кажется, слово «справедливо» невозможно трактовать по-другому, оно подразумевает, что всем одинаково хорошо.

Собеседник посмотрел на меня и усмехнулся. Закурив новую сигарету, он проговорил:

– Вот гляди, у тебя перед глазами как раз хороший пример – этот город. Столовая хорошая, кормят вкусно?

– Немного дорого, но к качеству еды претензий нет, приготовлено действительно вкусно.

– А теперь я тебе скажу, что она государственная, как и все другие заведения общественного питания в городе. Частникам нельзя открывать столовые, кафе и другие подобные заведения, это справедливо?

– Я слышал, что все продукты ваше правительство или руководство, не знаю, как его правильно назвать, изъяло в самом начале и ввело продуктовые пайки.

– Так и было, плюсом еще такие ребята, как я, выезжают караванами на поиски еды и, рискуя жизнью, везут её сюда, чтобы людям было что есть.

– Как я понимаю, делаешь ты это добровольно, не хотел бы – давно бы убежал куда глаза глядят, значит, ты тоже считаешь, что, скажем так, «государственное» распределение продовольствия на всех поровну – это справедливо.

– Да, я так считаю. Что есть дети, старики, девушки, которые не смогут в нынешних реалиях самостоятельно выжить, они нуждаются в поддержке. Иначе какой смысл бороться против тварей, если в нас человечности будет не больше, чем в зомби?

– Всё логично, со всем согласен, но ты вроде хотел показать обратную сторону справедливости.

– Конечно, есть и обратная сторона медали. Люди, у кого были свои магазинчики, склады, овощехранилища и другие бизнесы, связанные с продуктами, в одночасье лишились всего, не получив ничего взамен. Как ты думаешь, с точки зрения таких людей, это справедливость или несправедливость и узаконенный грабеж?

– Согласен, вопрос очень философский и имеет много разных граней. Как тебя зовут?