Чтение онлайн

В ответ ему была гробовая тишина. Некоторые даже сделали пару шагов назад, отходя подальше от парня, будто опасаясь, что он сейчас попросит самого ближнего к нему человека стать его убийцей. Не услышав ответа на свою просьбу, он убрал руки от лица и, окинув собравшихся полукругом людей взглядом, проговорил:

– Я всё понимаю и никого, кроме себя, не виню. Сейчас каждый из вас думает «хорошо, что я не на его месте и мне повезло». Можете не признаваться, я бы, наверное, и сам так думал, стоя там невредимым, глядя на покусанного любого из вас. Но я сижу тут и прошу вас подумать о другом. Большинство из вас, оказавшись на моём месте, хотели бы то же самое, о чём я сейчас вас прошу. Вам в любом случае придётся, если не сейчас, то позже, повредить мне мозг, чтобы упокоить навсегда. Я прошу сделать это сейчас, пока я человек, а не позже, когда стану монстром. Пожалуйста!

Парень вскрикнул, голос под конец речи начал приобретать истерические нотки. Его наполовину обглоданное лицо притягивало взгляды и внушало ужас. В дыре на лице была видна кость черепа, красная от крови, которая стекала по краям страшной раны из порванного мяса. Прервал игру в гляделки, председатель, нарушив тишину, сказал:

– Ты прав, никто не хотел бы оказаться на твоём месте. И я бы точно также просил о том, о чем ты сейчас просишь нас. Я тебе помогу, но у меня одна просьба. Закрой глаза, я не смогу тебе помочь, глядя в открытые глаза. Думаю, мне и так кошмары последних дней будут сниться всю оставшуюся жизнь, и очень не хочу, чтобы среди них был взгляд человека, которого я убил собственной рукой, хоть и по его просьбе.

Парень попытался изобразить улыбку, но получился ужасный оскал. Закрыв глаза, он сидел беззвучно, шевеля губами, читая про себя молитву или напевая песенку, которая его успокаивала еще в детстве. Председатель знаком показал одному из людей дать ему большой охотничий нож, найденный недавно при обыске домов. Получив нож, он пару раз покачал его в ладони, прикидывая баланс и вес ножа, после крепко сжав рукоятку, подошёл вплотную к парню, сидящему с закрытыми глазами, и сказал:

– Не бойся, я всё сделаю быстро и не больно. Итак, на счет десять. Раз, два, три.

После цифры «три» председатель вогнал нож по рукоять парню в глаз. Парень умер мгновенно, не издав ни звука. Тело просто расслабилось, председатель вынул нож из глаза, и голова покойника безвольно склонилась к груди. Заглянув в открытую дверь ванной комнаты, он взял оттуда полотенце и принялся остервенело натирать нож, удаляя с него кровь. Удалив всё до единой капли, он бросил полотенец, перепачканный кровью, в ванную и замер, уперев взгляд в тело монстра, лежавшего на полу с проломленной головой. Потом окинул всю комнату взглядом и произнёс:

– Взгляните на это.

В ванную, которая была совмещена с туалетом, мгновенно набилось много народу, отчего стало очень тесно. Дождавшись пока все зайдут, он сказал:

– Роковое стечение обстоятельств стоило жизни одному из нас, а я впервые в жизни убил человека. Посмотрите на руку зомби, видите ладонь, замотанную свежим бинтом, через который проступают кровавые пятна? Обувь на его ногах? Таблетки, в беспорядке лежащие на стиральной машинке? Это означает, что его где-то укусили за руку, он сразу направился домой, тут он, не разуваясь, сразу пошел в ванную, где у него находилась аптечка, обработал и перевязал рану, выпил таблетки, а после обратился, поэтому в доме не было кровавых следов и разбросанных вещей. Мы получили страшный урок ценой жизни одного из нас, впредь, чтобы избежать повторения подобного, нужно быть внимательнее. А теперь пойдемте в следующий дом, хоронить и горевать будем после. Сейчас нам необходимо раздобыть как можно больше оружия и перестрелять всех мертвецов в селе.

Пока мы добыли необходимое количество оружия, обыскивая дома, потеряли от укусов мертвецов ещё троих человек. Вооружившись, мы вернулись к ангару, в котором нас ожидали женщины. Оружия на всех не хватало, поэтому распределили его среди тех, кто умел стрелять. Как ни странно, нашлось немало девушек, умевших стрелять, поэтому третью часть вооружённого отряда составляли женщины. Мужики, не знавшие, с какой стороны браться за карабин, стыдливо опускали глаза, наблюдая как девушки ловко снаряжают магазины патронами и примыкают их к оружию.

Сформированный вооружённый отряд залез на крышу ангара и начал отстреливать мертвецов. Председатель строго-настрого запретил жечь попросту драгоценные патроны, соревнуясь на меткость в стрельбе по мертвецам с дальнего расстояния, поэтому ждали, пока медлительные зомби добредут до ангара, и вплотную расстреливали их с крыши, чтобы было меньше промахов и траты патронов. Отстрел продолжался долго, на звуки выстрелов приходили новые мертвецы. Пространство вокруг ангара было завалено трупами зомбаков с пулевыми отверстиями в головах, а у некоторых голова и вовсе отсутствовала, превратившись после попадания пули в кровавую кашу, застывшую на снегу. Всё зависело от того, какого калибра была пуля, нашедшая свою жертву.

За временем никто не следил, поэтому сколько длился отстрел, сказать было трудно. Впоследствии мнения разделились, одни, поймав кураж и потеряв счет времени, заявляли, что всё произошло довольно быстро, другие возражали, говоря, что расстрел мертвецов длился целую вечность. Истина была где-то посередине.

Когда поток мертвецов, идущих от села к ангару на звуки выстрелов, иссяк, все покинули ангар и отправились в село. Предстояло зачистить село и налаживать новую жизнь. В селе практически не было мертвецов, все полегли у ангара, а тех, что удалось обнаружить, быстро добили.

Потом было собрание всех, кому удалось выжить. На нём избрали председателя села, наделив его неограниченной властью, и начали обсуждать, как жить дальше и что делать, отталкивались от того, что помощи извне ждать не нужно, а вот к проблемам от чужаков, наоборот, стоило готовиться. Были споры о том, как хоронить односельчан, которым не удалось всё это пережить. Выбирая между сжиганием на костре и братской могилой, остановились на братской могиле. Придать тела земле было привычнее, хотя многие и боялись, что трупы заразят почву и это впоследствии скажется на выживших. Компромисс нашли в том, что тела похоронят в земле, но на удалении от села. Поднимались вопросы по охране поселения, по организации небольших экспедиций по окрестностям, в целях разведки обстановки и проведения мародёрских набегов на еще нераздробленные ресурсы продовольствия, топлива и других необходимых вещей для выживания.

Кто-то во время собрания неаккуратно обронил фразу «Слава богу, что мы смогли выжить», что вызвало сильный гнев толпы, в которой были люди, познавшие горечь утраты родных и близких. Бедолагу чуть не разорвали, крича, что если бы бог был, он бы такого не допустил, что в данном случае, обычные курицы были полезнее, чем бог, допустивший такие ужасные вещи, и стоит им поставить памятник, когда все наладится, или даже, вообще, начать поклоняться и боготворить их. Эта мысль понравилась обозлённым на весь мир и всё, бывшее в нём божество, людям. Так, пройдя через страдания, люди отбросили навязанные ранее им религии и начали познавать единственную, истинную.

Наш собеседник закончил свой рассказ. По его лицу было видно, что воспоминания ужасных событий, непосредственным участником которых он являлся, дались ему нелегко. Мы с Витей переглянулись, решив пока не беспокоить погрузившегося в задумчивое состояние собеседника, начали с любопытством осматривать внутреннее убранство этой странной церкви.

Внутри не было ни одного элемента роскоши. Не знаю, избавились ли от всяких позолоченных блестяшек почитатели куриного бога, обретя свою новую веру, или в небольшом селе всего этого и так отродясь не было. Все иконы, украшавшие стены, были сняты, а старинные фрески с изображениями ликов святых замазаны белой краской, поверх которой были нанесены образы, относящиеся к новой вере, причем, по стилю написания куролюбы не стали изобретать велосипед и нарисовали всё то же самое, только вместо лиц людей были изображены курицы.