Чтение онлайн

– Да, вы, правы, но всё равно спасибо, я дальше сам.

– А далеко тебе до дома ехать?

– В Северный район.

– Не близко. Мы тебе сейчас поможем найти машину на ходу. И вот, держи, возражения не принимаются. – протягиваю ему пистолет Макарова.

Говорю всем рассаживаться по машинам и смотреть брошенные автомобили по дороге, чтобы наш новый знакомый смог уехать домой.

Искать машину Валере долго не пришлось. На первом перекрёсте была небольшая авария из трех машин, «паровозиком». У самой первой, синей лады 14 модели, был только треснут задний бампер, что абсолютно не влияло на ездовые качества машины. Останавливаемся, ребята по-тихому убивают идущих к нам зомби штыками, а я осматриваю машину. Водительская дверь была приоткрыта, ключи в замке зажигания. Видать, водитель вышел после аварии из машины и больше не вернулся. Стал зомби или убежал от страха, что сейчас уже не имело значения. В салон авто намело немного снега через приоткрытую дверь, но двигатель заработал сразу после поворота ключа. Топлива было чуть меньше, чем полбака, хватит за глаза. Прощаемся с Валерой, жмём ему руку и трогаемся. После вогрэсовского моста разъезжаемся в разные стороны: он уходит на набережную, направо, а мы – прямо, в сторону цирка.

Уже привычно разорвав дистанцию между автомобилями, едем на небольшой скорости. Пассажиры, прильнув к биноклям, внимательно осматривают окрестности, выискивая всевозможные опасности и угрозы. На правом берегу города зомби было заметно больше, чем на левом. Первая машина их периодически сбивала, если они были на её пути, вторая машина участвовала в таране мертвецов гораздо реже. В основном, это были те, кто не успел кинуться под первую машину и брел за ней вслед. А потом, услышав звук мотора второго автомобиля, разворачивался и шел в лобовую атаку, вообразив себя, как минимум, большим КАМАЗом, которому все пофигу. Хотя, скорее всего, вообще ничего не соображая, двигаясь на животных инстинктах по самой прямой траектории к замеченному раздражителю.

После Строительного университета поворачиваем направо, проезжаем метров триста прямо и выполняем поворот налево, сразу видим цель нашей поездки. Три фургона кофейного цвета с зелёными полосами по бортам с круглыми бойницами в толстых бронестёклах. Стоят аккуратно в ряд, задними бамперами к забору банка. Такие без ключей не завести. По уже заранее договорённому плану тормозим около них и выскакиваем на улицу. Убиваем штыками зомби, но их тут почему-то во много больше, чем ожидалось, поэтому кричу Вите и Артёму:

– Давайте, прыгайте через забор и ищите ключи, а мы пока попробуем на машине увести их отсюда подальше, а то их к нам идёт всё больше и больше, скоро зажмут совсем!

Ребята перебрасывают рюкзаки через решетчатый забор и перебираются через него сами, пока мы прикрываем их, убивая зомби. Как только они добегают до здания и скрываются за его углом, мы прыгаем в машину и резко трогаемся с места, раскидывая и давя идущих на нас мертвяков. Прорываемся на улицу Кирова.

Тут удача от нас отвернулась – она оказалась настолько забита зомбаками, что мы с Кузьмичом одновременно выразили своё удивление, выругавшись матом. Выкручиваю резко руль до упора, делая крутой разворот, и уезжаю назад. В зеркало заднего вида вижу хлынувший за нами поток монстров. Ору Кузьмичу, чтобы предупредил ребят по рации, чтобы сидели там тихо, как мышки, и не отсвечивали. Такая толпа и забор может легко преодолеть, если ребят заметит и навалится на него всей массой. О чём он тут же им и передаёт:

– Дыр-дыр-дыр, как слышишь? Мы вам тут гостей привели, больше, чем планировали, пока сидите там тихо.

– Я даже не удивлен. К чему пгикасается твоя гука, всё идет чегез одно место. – подтвердила рация голосом Артёма, что нас услышали и поняли.

А я, тем временем, успеваю проехать мимо банка, где сейчас прячутся наши друзья. Поворачиваю налево, в сторону улицы Большая Стрелецкая. Сразу после поворота начинается узенькая улочка, расположенная между частными домами. Место тут только для одной машины, а спуск и подъем имеют довольно крутые уклоны, поэтому висит знак «Одностороннее движение». Мы сейчас даже не нарушаем, хотя это меня сейчас заботит в последнюю очередь. Аккуратно съезжаю с крутого уклона, засыпанного снегом. Начинаю подъём по узкой дороге, и, уже почти в самом его конце, замечаю, что дорога перегорожена покорёженными машинами, попавшими в ДТП. Но хуже всего то, что и там тоже всё кишит мертвецами, которые уже заметили наш Патриот и начинают всеми двигаться на нас.

Салон машины наполняется матом, на который мы с Кузьмичом не скупимся. Даю по тормозам и, воткнув заднюю скорость, пытаюсь выехать задом на горку, откуда приехали. Из-за большого уклона и обилия снега под колесами уазик ползёт слишком медленно, и, когда мы уже почти достигли вершины горы, на неё начинают выходить зомбаки, устремляясь к нам.

Тут мы с Кузьмичом уже по-взрослому начали ругаться матом, как последние пираты, у которых идёт ко дну корабль, полный награбленного за всю жизнь золота. Даже странно, как от нашего мата не полопались стекла. Не преставая ругать тупых зомби, узкие улочки, попавший в поле зрения почтовый ящик, я даже по сидящему рядом Кузьмичу прошелся. На что в ответ услышал отборную матерную тираду в отношении себя, моих навыков управления автомобилем, поскольку завез нас в такую безвыходную ситуацию. И зачем-то обругал мой свитер, вот за свитер мне даже обидно стало, хороший и теплый, что он так на него. Так поливая от нахлынувшего адреналина всё, на что падал взгляд, матюгами, мы проехали немного вперед, резко остановившись в низине между двух подъёмов, с которых на нас спускались казавшиеся бесконечными орды зомби. Ору Кузьмичу:

– Хватай быстрее рюкзак и автомат, и валим отсюда, иначе через минуту нас просто разорвут, и полетят клочки по закоулочкам!

Сам тоже быстро сгребаю рюкзак и автомат, проверяю рацию – она на мне закреплена, в подсумке, на разгрузке. Выпрыгиваю из машины, залезаю ей на капот, с капота на крышу, и, беря разбег, прыгаю на старый гараж. На наше счастье, гараж стоял на одной линии рядом с застывшим патриотом, и был с виду очень старый, под легковую машину, поэтому его крыша была рядом и возвышалась не на много над УАЗиком. Запрыгнуть на неё не составило труда. Запрыгиваю на крышу и тут же разворачиваюсь, смотрю, как Кузьмич начинает повторять мои действия. Пара зомби подобрались слишком близко к нему, пока он неуклюже лезет на высокий капот машины. Терять нечего, нас и так норовит разорвать толпа мертвецов со всего района, щёлкаю предохранителем и одиночными выстрелами отстреливаю ближайших тварей, тянущих свои лапы к капоту машины. Кузьмич, беря разбег по крыше машины, отталкивается и приземляется рядом со мной.

Стоим молча, курим, делая глубокие затяжки, успокаивая нервы. Вся улица внизу под ногами забита мертвецами, которые тянут к нам руки, злобно сверля нас красными глазами и издавая звуки, похожие на рычания. А мы стоим над всем этим и наслаждаемся каждой затяжкой, понимая, что только что могли лишиться жизни и стать такими же бездушными монстрами, как толпа, беснующаяся внизу перед нами.

Внезапно оживает рация. Сквозь небольшие помехи хорошо различим голос Павла:

– Надеюсь, вы меня слышите? Жаль, что я ваш ответ точно принять не смогу. Рацию привезли и материалы для печки, вот и проверяю. Подождите, тут Марина хочет вам что-то сказать.

Спустя короткое время из рации доносится голос Марины:

– Ребят, мы тут вещи стирали и нашли паспорт Кузьмича, знайте, у этого шалуна сегодня день рождения! Мы вам по приезду сюрприз готовим, ждём вас.

Рация замолкает, а я спрашиваю у Кузьмича удивленно:

– День рождения? Что же ты молчишь?

– Да как будто я сам помню, тут уже счёт дням потерялся давно!

– Есть такое, сам уже не знаю число и день недели. Смотри, зато, какая толпа тебя пришла поздравлять.

Кузьмич смотрит вниз и, виновато разводя руками, говорит:

– Простите меня, засранца, мы тут собрались на мой праздник, а я вам не наливаю…Хотя….

Не успеваю опомниться, как он растягивает ширинку и начинает щедро поливать желтой, перекрученной спиралью, струёй бесновавшихся внизу зомбаков. Делая при этом вращательные движения тазом, как будто крутя обруч, и приговаривая:

– Вот вам виски из моей пиписки… Чё, хотели меня сожрать в мой день рождения? Да хрен там плавал, умойтесь, твари чумазые!

Мне кажется, этот чудак никогда не перестанет меня удивлять своими внезапными закидонами. Говорю ему:

– Кузьмич, чё ты тут размахиваешь своим, гм, поливочным шлангом у меня под носом, тебе не кажется, что даже по отношению к зомби это – перебор? Они, всё же, были людьми не так давно, или на могилы ты раньше тоже справлял нужду?

Кузьмич, улыбаясь, поёт:

«– У толпы зомби на виду…

Я справляю им на голову нужду!

К сожаленью, день рожденья

Только раз в году!»

Закончив петь, он засмеялся и спрятал своё хозяйство. А потом, застегивая ширинку, заговорил: