Чтение онлайн

– А что ж такое у вас было?

Она растерянно замолчала, что-то в его тоне мешало ей говорить.

– Ты-то Брэнди видела?

Она кивнула головой.

– Когда же?

– Ночью.

Он не стал больше ни о чем расспрашивать, взял ее за руку повыше локтя, и тревога вдруг улеглась, стало спокойно. Он был таким взрослым, надежным.

Лабоданов подвел ее к распахнутой двери тира. Из тира доносились возбужденные голоса, то и дело хлопало духовое ружье. Они вошли внутрь.

Здесь почти ничего не изменилось с тех пор, как Жужелка еще девчонкой забегала в тир. Она с интересом осматривалась.

Старая цветастая обивка на прилавке. В глубине, у стены, в четыре яруса-веселые мишени. Чего только тут нет: и мельница, и обезьяна Чита, и пушка, и танцующий с полотенцем заяц.

Рябой дядя Вася в ситцевой полосатой рубашке показывал женщине, как заряжать ружье.

– Ломайте смело, как дома капусту.

Он переломил пополам ружье и вставил новую пульку.

– Сильное у вас оружие, - сказала женщина, - зверь.

У женщины немолодое лицо, наведенные брови и маленькие, по-детски розовые уши, за которые она то и дело закладывала грубо завитые пряди волос.

– Приготовьсь,-сказал дядя Вася.

Женщина долго примащивалась, отыскивая удобный упор на прилавке, и вскинула ружье. Ее резкие, энергичные ухватки говорили об опыте, но совсем другом, имеющем мало общего о духовым ружьем и лотерейными мишенями.

"Бах!"-пальнуло наконец ружье. Женщина волновалась.

Она переломила ружье, вкладывая в каждое движение куда больше силы, чем требовалось. "Бах!" На этот раз в ответ хлопнул пистон сраженной мишени маленькой пушки. Потом свалилась голубая бабочка, завертелись крылья мельницы. Женщина кинула на прилавок смятую рублевку.

– Заберите пока что, - сказал дядя Вася.

Ей полагались премиальные. Он пошел за прилавок поднимать мишени, и его протез гремел, как уключина в лодке.

– Настя!-позвал мужчина в парусиновом, туго облегающем пиджаке, томясь с буханкой белого хлеба под мышкой.
– Пошли уже?

– Отстань!-сказала женщина, не оборачиваясь, и отвела за ухо прядку волос.
– Я в отпуске гуляю.

Дядя Вася отсчитывал пульки, высыпал их с ладони на прилавок и все не отходил от женщины.

Несколько посетителей с ружьями в руках ждали, пока она Отстреляется, Она целилась в "спутник" -- новую, самую трудную мишень. Если попасть в него, маленький шарик завертится вокруг большого, вокруг "земли". Но "спутник" оставался неуязвим.

– Анастасия!
– позвал мужчина.

– Не игран на нервах. Тебя просят.

Женщина прикупила пульки, легла на прилавок и целилась.

Платье на ней задралось и открыло высокие икры. Ее голые ноги будто принадлежали другой женщине, с более легким и.

молодым телом.

– Ладно, - сказала она, досадуя, что никак не удается попасть в "спутник", и напоследок прицелилась в зайца, танцующего с полотенцем.

Заяц свалился.

– Дай-ка, Вася, - сказал Лабоданов.
– Мое?

Он проверил ружье и, стоя боком, вполоборота, высматривал, по какой мишени бить.

"Надо же, - подумала Жужелка, - у него даже ружье свое здесь есть". Второй год она живет рядом с тиром, а не была здесь, кажется, с самого пятого класса. Она украдкой потрогала волосы, они были еще сырые.

Женщина, эамегив, что ожидавший ее мужчина ушел, стала торопливо расплачиваться.

– Вася1-громко сказал Лабоданов.
– Самому подлезть?

– Ни-ни! Запрещено.-Он посмотрел вслед женщине, усмехнулся. Перерабатывает нашего брата. Видал? Это же партизаны. Мост через Кальмиус взрывали. Ты что-нибудь знаешь про это?

– Я знаю!
– звонким, срывающимся голосом сказала Жужелка.

– Изучали в школе, - сказал Лабоданов и прицелился в "спутник".

– Ну-ка, положи ружье. Инструкция для всех одинакова.

Дядя Вася ушел за прилавок, гремя протезом, и принялся устанавливать сбитые мишени. Пока он не вернется назад, ружье в руки брать не разрешается.

– Приготовьсь, - сказал он, ковыляя назад.

– Бью по "спутнику", - объявил Лабоданов.

– Раньше тебя тут желающие есть.

– Свирепо, - сказал Лабоданов и положил ружье.
– Тогда жду.

Солидный гражданин без рубашки, в одной белой сетке, прицелился. Он стрелял в "спутника", но все мимо.

– Ерунда!
– сказал он, недоумевая и рассердившись в конце концов.
– В него попасть невозможно. Или ж испорчен - не вертится.

– Сейчас увидите, - сказал, улыбаясь, Лабоданов и посмотрел на Жужелку. И невидимая ниточка перекинулась от него к ней.

Гражданин критически оглядел Лабоданова и направился к двери.

– Спортсмен!
– раздраженно сказал он, хотя явно хотел сказать что-то похлеще. Белая спина его колыхалась в сетке.

Подталкивая друг друга, хихикая, два паренька прилегли с ружьями на прилавок и замерли.

– Вы по "спутнику"?
– спросил их Лабоданов.

Они покачали головами. Лабоданов прицелился.

Раздался выстрел. Жужелка вздрогнула. Лабоданов снова целился. Оба паренька не стали стрелять, следя за ним. Лабоданов выстрелил.

– Готово!
– сказал один паренек, и они оба засмеялись от удовольствия.

Жужелка подошла ближе, посмотреть, как кружится "спутник".

– Вы тоже интересуетесь?
– спросил дядя Вася.

Жужелка замотала головой и засмеялась. Она была очень горда за Лабоданова.

Лабоданов продолжал стрелять теперь уже по другим мишеням, а она стояла рядом, не отрываясь следила за ним.

– Спортсмен!
– сказал дядя Вася.-Ты у меня сегодня все пульки за премию перетаскаешь.

Но Лабоданов бросил стрелять.

– Отдай за меня ребятам. Я кончил.-Он повел Жужелку на улицу.