Чтение онлайн

Миска шлепнулась на землю, и половина рыбной похлебки пролилась, оставив неоднородную лужу. Тощий кот лениво потерся выступающими ребрами о хлопнувшую решетку, без особо интереса понюхал содержимое миски и, фыркнув, принялся вычесывать блох. Разглядывая переплетение лучей, падающих из окна, Летор вытянул ноги, поудобнее устраиваясь возле сырой стены.

– Что ты сказал Алластару?
– несмотря на то, что их запихнули в одну камеру еще на рассвете, разговор начался только сейчас.

– Правду. Он же чует ее даже без перебитого проклятием дара.
– Сайлен протянул руку и погладил кота, тут же закрутившегося возле него рыжим вихрем.
– К тому же, он прижал меня через два дня, как мы примерили метки. Кто знал, что Алластар водит дружбу с богачом, чьим сыном я представился.

– Правду о том, что я служу Лиге и нанял тебя?
– Летор с сомнением посмотрел на широкие доски, застеленные соломой и брошенные поперек периметра камеры, гадая, придется ли все-таки заночевать здесь.

Декс был обязан сразу же сообщать Лиге о возникновении каких-либо препятствий. Но с такой же вероятностью он мог умолчать о неприятном инциденте. Ему бы доставило удовольствие, проведи Летор ночь за решеткой.

– О Лиге он знает и без принародного оглашения твоей работы. Я сказал, что решил прокатиться с ветерком по своей прихоти и пришел в приют, чтобы выяснить, кто такой Шердак.

Летор зацокал языком, будто осуждая. На самом деле он не мог понять причину, по которой Сайлен позволил так быстро себя скрутить и затолкать за решетку.

– Любопытство? Странно что-то для твоего греха.

– Мой грех - не лень. Уныние.

Оторвавшись от созерцания солнечной паутины, Летор кивнул, упрекая себя в том, почему не мог увидеть это раньше.

– Хорошо. Тогда скажи, что ты забыл в ковене?

– Я пытался избавиться от проклятия.

Из соседней камеры, на миг разбивая их диалог, прорезался смех, который мог принадлежать лишь обезумевшему за годы одиночества человеку. Прищелкнув пальцами, Летор заставил жестяную миску с перестуком сосчитать все каменные выступы стены. Смех прекратился, но настроение Летора еще больше ухудшилось, и он уже без особой инициативы произнес:

– Врешь.

– Не в этот раз. Я надеялся, что в ковене смогут помочь и хотя бы продлить отпущенный срок проклятия. Если уж никто во всем Свете не слышал о Рениаке.

– Почему мне ничего не сообщил? Мы же договаривались.

Сайлен пожал плечами и, вцепившись пальцами в решетку, попытался рассмотреть, что происходит внутри тюрьмы и где находится надзиратель.

– Ты был занят.

– По-моему, ты опять врешь. Давай заключим еще одну сделку: ты сейчас выкладываешь мне все, а я замолвлю за тебя перед учредителями.

– Но я действительно обратился к целителям за помощью, - устало произнес Сайлен, поняв, что надзиратель куда-то отлучился и "уговорить" его пока не получится.

– Не с того момента начал. Зачем тебе понадобился Шердак, раз ты не побоялся прийти в приют?

– Я слышал об его играх с метками.

– Хороший у тебя слух.
– Летор хлопнул по коленям, поднимаясь, и, со всей силы толкнув Сайлена в грудь, прижал к металлическим прутьям решетки.
– Вот жаль, с речью проблемы. Ты ведь прекрасно знаешь, кто та мертвая девушка, оставленная в приходе. Отвечай, или я скажу Лиге, что ты убил Тресса по указке Шердака.

– Что?!
– у Сайлена перехватило дыхание от удивления и боли, когда прутья вонзились ему поперек ребер.

– Вы с Трессом обнаружили тело, и одному провидению известно, что еще произошло тогда в приходе. Может быть, ты захотел убрать свидетеля своих опрометчивых поступков. А может...

– Довольно!

Летор осторожно отпустил Сайлена, тыльной стороной руки отряхнул воротник его куртки и по-дружески потрепал по макушке.

– Так-то лучше. Рассказывай.

– Неужели и без того не ясно? Мы же столкнулись с тобой в нижнем ярусе города, где люди настолько бедны, что порой не могут заплатить за ночлег. Пусть даже в каморке с шаткой крышей и гнилым полом. Я вырос в доме, который делило еще четыре семьи. Та девушка жила за стенкой, я знал ее с детства.
– Сайлен съехал вдоль решеток на землю.
– Записка попала ей в руки случайно. Шердак, наверное, и не помышлял искать очередную жертву в неблагополучном районе, среди бедняков.

– Она владела магией?

– Немного. Хотя этого хватило, чтобы позволить змее обвить запястье в обмен на обещание каждые полгода получать не столь большую, но вполне покрывающую существование сумму. Для нее эти деньги казались спасением. Она показала мне метку в ночь, когда уехала из Гэрлона. Ровно пятнадцать дней назад.

Придирчиво ощупав петли, к которым крепилась решетка, Летор скорбно изломил бровь. Похоже, Сайлен был настолько испуган случившимся, что выложил бы всю правду и без устроенного им лицедейства. Вчера Летор считал неожиданный арест довольно успешным способом добраться до истины. Он не сопротивлялся стражам порядка, но и Сайлен сподобился лишь до гневных выпадов и по сути неосуществимых угроз, не рискнув применить способности. И сейчас они оба не знали, как выбраться из одиночной камеры, в которую их запихнули. Петля держалась на штыре слишком прочно, чтобы ее можно было сорвать с помощью дара.

– Что-нибудь еще она сказала?

– Только то, что знаем и мы. Голова Рениака - и проклятие отступит.

– Значит, ее срок практически истек. Если она была в последней семерке перед нами, то могла пробыть в Гэрлоне несколько дней, прежде чем уехать.

– Больше. Они искали Рениака в городе практически половину отведенного срока.

– Как же тогда она обманула проклятие? Лига давно присматривалась к приюту, никто не мог растянуть отведенное время.

– Среди семерых нашлась целительница. Не знаю - как, но ей удалось вмешаться в тот круг, что замкнул Шердак. Поэтому я и обратился в ковен. Считал, они помогут, подберут эликсир. Бесполезно. Ни один из целителей никогда не видел змеи, заглатывающей свой хвост.

– Поэтому ты так скоро согласился на мое предложение?

Сайлен сгреб горсть земли и запустил ей в крысу, которая, совершенно не страшась, попыталась стянуть рыбий хребет, плавающий в остатке похлебки.

– Ты хорошо платил, а я надеялся, что все закончится по-другому. Думал, люди пропадают только лишь потому, что получает желаемое.

Летор удивился столь простому объяснению. В этой истории что-то не вязалось, и он не мог понять, что именно.

– У тебя ведь один из лучших даров. С такими способностями ты бы мог навязать свою волю кому угодно.

– Убеждение не вечно. И человек всегда помнит внушаемое. Сегодня богач подарит мне кошелек, считая данный поступок делом всей жизни, а назавтра вспомнит, что всегда был далек от благотворительности, и я угожу в место, подобное этому.
– Он с отчаянием ударил кулаком в стену.
– Я ведь пробовал.

– Ты слишком хорош, если можешь вовремя остановиться. Когда мы выберемся, Шердаку придется удвоить ставки.

Сайлен подобрал колени под подбородок

– Уходи один. Мне и здесь неплохо.