Чтение онлайн

Снаружи оказалось… мокро. Влага мгновенно пропитала всю одежду и волосы, но Мари даже не старалась спрятаться от дождя. Он был тёплым и приятным. Разве что ботинки тут же стали раздражающе хлюпать. Мари потрясла ногой, но вода из обуви, ожидаемо, никуда не делась. Что ж, с этим ещё можно было смириться. Еда была в явном приоритете.

Поселение словно вымерло. Феи не выходили без необходимости в дождь — высокая влажность не шла на пользу их крыльям, которые тяжелели и становились неповоротливыми. Мари перегнулась через перила на одной из площадок, бесстрашно вытягивая вперёд ладони, словно пытаясь набрать в них как можно больше влаги. Взгляд лениво заскользил по умытой дождём зелени, и Мари даже на пару мгновений забыла о тянущем зове желудка, просто наслаждаясь природой, как вдруг сквозь листву отчётливо промелькнула знакомая долговязая фигура.

— Леон! Эй, Леон! — сложив ладони рупором, прокричала Мари, не надеясь, впрочем, на успех: до земли было достаточно далеко, а шум дождя всё нарастал.

Альв остановился и всего через секунду безошибочно нашёл взглядом источник дополнительных звуков. Задрав голову, прикрывая глаза ладонью, он поднял вторую руку с зажатым в ней объёмным свёртком и дёрнул подбородком в его сторону. Желудок Мари протяжно возвестил о себе, мгновенно опознавая передачку с кухни.

Через рекордные несколько минут она уже преодолевала последние разделявшие её с едой (и конечно же с другом) метры. Пару раз Мари умудрилась поскользнуться на лестнице, но, к счастью, обошлось без серьёзных приключений. Да и альв, вроде бы, ничего не заметил.

— А я говорил Нэй, что, проспав больше суток, ты первым делом начнёшь разыскивать еду, — с лёгкой усмешкой возвестил Леон. — Хотя я предполагал, что успею к такому знаменательному событию… Всё равно летуньи от тренировок отлынивают! Воздух, понимаете ли, потяжелел для них. Нет, ты только послушай!

— Больше суток? — Мари удивлённо моргнула, прерывая его бесконечный поток жалоб.

— Я имел смелость прийти к тебе, моя дорогая, вчера вечером. Нэй обмолвилась мимоходом, что ты спала прямо на полу! И представь себе моё удивление, когда именно эту картину я и обнаружил по приходу, — Леон трагически смахнул со лба налипшую мокрую чёлку.

— Так это ты перенёс меня на кровать?

Он отвёл взгляд и, вместо ответа, кивнул в сторону большого камня, что скрывался под плотно переплетающимся плющом. До него капли дождя почти не долетали, хотя сам валун казался мокрым.

— Не составишь ли мне компанию за обедом на свежем воздухе, моя дорогая?

Мари хмыкнула и, несмотря на явное увиливание от вопроса, с готовностью кинулась к указанному месту. Отказываться от такого заманчивого предложения в её понимании было просто кощунством. Она подбежала к валуну первой и коснулась тёмно-серой, шершавой поверхности ладонью. Камень был холодным и, действительно, несколько влажным. Она обернулась к Леону, но тот явно отстал, не стремясь ускорять размеренный шаг.

Решение пришло мгновенно. Мари прикусила язык, настраиваясь, и тут же отдёрнула ладонь — от камня явственно повалил пар. Получилось! Всё произошло настолько быстро, что она даже ничего не почувствовала, — разве что ладонь немного обдало жаром. Мари едва подавила желание сплясать от радости. Она уже не один раз пробовала нагреть таким способом воду или камни — «те» сны подсказывали, что это было более чем возможно, но до сих пор всё оканчивалось не совсем так, как задумывалось. Вода мгновенно испарялась, стоило только чёрному пламени лизнуть её, а камни оплавлялись как масло на солнце. Что ж, возможно, длительный отдых действительно был тем, чего ей не доставало…

— Как странно, — протянул незаметно подошедший альв, тоже касаясь камня; Мари едва не подскочила от его тихого голоса, раздавшегося совсем рядом.

— Ты чего, Леон?

— Валун хранит тепло, хотя не видел солнца уже очень давно, — он качнул головой и нагнулся к серой поверхности, придирчиво осматривая её. — Весьма странно.

Мари, всё ещё пребывающая в эйфории от первой за долгое время удачи, только пожала плечами, забираясь на нагретый камень. На этот раз даже никаких оплавленностей в форме ладони! Вот бы ещё научиться поджигать ветки для костра, а не обращать их в пепел… В рейдах такое умение точно бы пригодилось.

— Так ведь Дом Ветров всегда полон чудес, — усмехнулась Мари, нетерпеливо заёрзав на месте.

Леон окинул её нечитаемым взглядом и принялся развязывать свёрток.

— Кухарки специально для тебя собирали, — возвестил он. — И когда только ты, Мари, успела стать среди них ещё более известной, чем наша Нэй?

— Человеческая неотразимость, — довольно сощурилась та, тут же набивая рот, не особо заботясь, что именно там было.

— Не имею возможности возразить, дорогая, — протянул Леон, нисколько не претендуя на им же и добытую снедь.

Несколько минут они так и сидели молча. Мари пыталась тщательнее пережёвывать еду после того, как, поторопившись, чуть не подавилась особо крупным куском, а Леон, откинувшись на руки, меланхолично смотрел куда-то сквозь переплетающиеся над головой усики ярко-зелёного растения.

— Тебе всё ещё интересна та абсолютно скучная и длинная история о том, как я попал в поселение, Мари? — вдруг ни с того ни с сего произнёс он.

Она застыла, едва не прикусив палец от неожиданности. Этой темы они не касались напрямую уже довольно давно. Леон всегда стремительно уводил разговор в другое русло, а спрашивать у кого-то другого Мари считала нечестным по отношению к другу. Время шло — она вспоминала о повисшей в воздухе тайне всё реже, а с появлением в своей жизни ощутимой цели — становлении охотницей — и вовсе думать забыла о скрытности альва.

— Конечно! — Мари подалась вперёд, пытаясь заглянуть Леону в лицо.

Тот поймал её взгляд лишь на мгновение и совершенно несвойственно себе усмехнулся.

— Вернёшься из Чащи живой, и мой голос — весь твой ровно настолько, сколько сможешь его выдержать, — Леон, подумав немного, вдруг склонился и легко коснулся виска Мари костяшками пальцев. — Но может… если ты не пойдёшь — я смогу дать тебе гораздо больше, дорогая.

В горле ощутимо пересохло; взгляд метался по лицу альва, словно бы она хотела прочесть истинный смысл этих слов.

— Я мог бы ждать твоего ответа хоть до самых звёзд, — тонкие губы тронула печальная улыбка. — Однако, боюсь, я уже имею несчастье знать его, душа моя. Твоему преданному другу никогда не удавалось повлиять на судьбу дорогих ему существ.

— Леон, — Мари до боли прикусила губу, но так и не смогла найти в голове нужных слов.

— Ешь… набирайся сил, — продолжал альв, словно не замечая её смятения. — О-о-о, они тебе понадобятся все без остатка! Позволь только сказать нечто, что никто не посмеет произнести в этом поселении… В борьбе за жизнь нет нечестных выпадов. Это все знают, дорогая, но хранят только у себя внутри.

Повисло молчание. Даже дождь, казалось, поутих, стараясь не мешать им своим шумом.

— Знаешь, — Мари вздохнула, подтягивая к себе колени. — Ты меня здорово напугал вчера.

— О, единственный, кто дрожит от страха, — тут же отозвался Леон, — это самый бесполезный во всех отражениях альв, сидящий перед тобой.

— Почему?

На этот раз прошли долгие несколько секунд, прежде чем он разомкнул губы:

— Чаща — это совсем не то место, дорогая моя, куда бы мне хотелось ещё хотя бы раз отправить своих родных. Понимаешь меня?