Зеркальные миры. Перерождение
Шрифт:
Ирнест, оставшись в одиночестве, выдохнул с облегчением. В небольшой ярко-освещённой комнате он чувствовал себя как на допросе. Железный стол и несколько высоких шкафов с серебристыми дверцами тоже не добавляли каморке шарма. Вся мебель, кроме двух стульев, была прикручена к полу — это Ирнесту бросилось в глаза самым первым. Его привели сюда, вызвав сразу же после пар. Уже знакомый старичок поведал по пути, что «придётся пройти небольшие смотрины», прежде чем нового студента допустят в Комплекс.
«Всего лишь пара формальностей! А потом мы с тобой ещё поболтаем о всяком-разном…» — заговорщицки выдал Филипп и передал сбитого с толку парня миловидной помощнице.
Ирнест прикрыл глаза и потёр нос. Несмотря на то, что девушка покинула комнату, навязчивый шлейф остался, продолжая скапливаться где-то в лёгких. Ирнест давно догадывался, что ему просто не дано было понять увлечённость людей перебивать свой запах чем-то другим, более резким. Не сказать бы, что парфюм вообще пах как-то по-особенному приятно…
Ирнест фыркнул, вновь избавляясь от этой порции воздуха. Сейчас он искренне жалел, что вообще попал в эту «тайную систему подземных переходов», о которой ему с восхищением рассказывал Элли. На самом деле, мистического и тайного в этой части Академии было мало — всего лишь закрытая исследовательская лаборатория. Но Элиота она привела в полнейший восторг, когда его вместе с остальными «избранными» отправили на дополнительную медицинскую проверку. Настолько, что тот не сдержался, вывалив на друга все «секретнейшие» сведения.
Пискнул негромко замок, и входная дверь с мягким шелестом вновь отъехала в сторону. На пороге возникла всё та же девушка. Папка на сей раз была зажата у неё подмышкой, а в руках оказался чистый стакан и бутылка воды. На пластике не значилось ни этикетки, ни каких-то других отличительных знаков, кроме метки самого материала. Всего через несколько секунд девушка ловко поставила перед Ирнестом стакан с прохладной водой, а чуть поодаль — бутыль. На запотевших стенках остались следы её пальцев — крохотные капельки скатывались вниз, стекая на матовое покрытие стола.
— Спасибо, — Ирнест попытался улыбнуться и поднёс стакан к губам.
Несмотря на нелепые подозрения, скребущиеся где-то в подсознании, вода оказалась всего лишь водой как на запах, так и на вкус, разве что на языке осталось ощущение чего-то знакомого. Сразу стало легче дышать, стоило живительной влаге прокатиться по горлу. Ирнест почувствовал себя готовым прождать окончательно запаздывающего профессора ещё столько же, но этого и не потребовалось.
— Кара, девочка моя, можешь идти, — прошамкал Филипп, заглядывая в каморку, как только дверь в очередной раз скрылась в стене.
— Да, конечно, — девушка подскочила с места, бросив последний тревожный взгляд на Ирнеста, и скрылась в коридоре.
— Не вздумай сразу в отдел идти, ты помнишь? — прокричал ей вслед Филипп, высовываясь за дверь.
— Да-да, — глухо прозвучал голос Кары, по всей видимости, успевшей отойти на достаточное расстояние. — Сразу же в душ.
Филипп вздохнул и покачал головой, возвращаясь в комнату:
— Ну, как ты тут? Извёлся весь поди?
Ирнест вопросительно поднял брови — из головы никак не шёл последний обмен репликами, — но всё же решил, что спрашивать о едва ли не подслушанном разговоре невежливо. Филипп захихикал и поманил парня за собой:
— Пойдём, нас уже ждут.
Ирнест залпом допил воду, стакан с которой всё ещё держал в руке, и поспешил за старичком, что с необычайным проворством скрылся в коридоре. Голова немного кружилась то ли от духоты, то ли от приторных духов девушки, но передвижению это никак не мешало. Ирнест, разве что, с нетерпением уже ждал того момента, когда выйдет на свежий воздух.
Коридор казался пустым — длинные переходы с металлическими стенами, в которых не было ни дверей, ни каких-либо опознавательных знаков. После недолгой прогулки Ирнесту стало казаться, что он попал в западню. Он мотнул головой, припоминая слова Элли, — тот тоже описывал длинные коридоры, в которых не было никого и ничего. Вот только там студентов была целая группа, а Ирнест вынужден был идти в неизвестность совсем один. За стенами ему чудились неясные шепотки и далёкие звуки, опознать которые было просто невозможно. Филипп уверенно шёл вперёд, изредка чуть поворачивая голову в сторону, словно проверяя подопечного боковым зрением, но молчание нарушать не спешил.
Они шли недолго. В какой-то момент Филипп, наконец, вывел совершенно потерявшего чувство направления Ирнеста к неприметной, но уже знакомой на вид раздвижной двери.
— Вот и пришли, — хмыкнул старик и поднёс левое запястье к замку.
Эта комната была гораздо просторнее, чем первая, хотя половину её скрывала странная полупрозрачная плёнка — вторая часть казалась куда более освещённой, чем та, в которой они находились. Одну из стен почти полностью занимало нагромождение какого-то электронного хлама: все устройства казались мёртвыми, с торчащими проводами-внутренностями и оплавленными краями. Рядом со всем этим добром сидел, с ногами забравшись в кресло, молодой парень. Одна рука у него была перебинтована от середины ладони и почти до самого плеча, а вторая — левая — дёргано металась по листам бумаги, добавляя то здесь, то там неровные заметки. На писк двери парень не отреагировал совершенно — уши его были заложены чем-то, напоминающим самодельные наушники.
— Лео! Встречай гостей, — Филипп прошествовал в комнату, по-хозяйски подкатывая к себе второе кресло. — Лео!
Только после второго окрика парень вздрогнул и повернулся к вошедшим. В зубах у него оказалось зажато наполовину погрызенное яблоко. Цепко просканировав Ирнеста с ног до головы, Лео толкнулся здоровой рукой от стола, заставляя кресло подкатиться ближе к нему, и протянул ладонь. После официального рукопожатия, парень вновь отъехал на своё место перед разложенными заметками, всё также не произнося ни слова. Только сейчас Ирнест заметил несколько широких мониторов, темнеющих перед ним. Электроника в их краях не была так уж редка, но самому Исту доводилось работать на компьютерах только в университетских лабораториях, поэтому он заинтересованно принялся разглядывать обстановку, пытаясь понять, куда какие провода шли или для чего именно предназначался очередной странный прибор.
Филипп сверлил Лео тяжёлым взглядом, но терпеливо молчал, ожидая, когда хозяин комнаты сам обратит на гостей своё драгоценное внимание. Тот продолжал что-то чиркать в бумагах, периодически запрокидывая голову, шумно втягивая яблочный сок, который всё норовил потечь по подбородку. Через пару минут Лео всё-таки перехватил рукой огрызок и в несколько больших укусов прикончил его, щелчком отправляя веточку в стоящую под столом мусорку. Выдернув наушники, парень кинул их на стол и обернулся.
— Не ждал я вас так скоро, — возвестил он, утирая подбородок забинтованной рукой, и вдруг вновь подкатился ближе к Ирнесту: — Чёт ты не выглядишь удивлённым. Каменный, что ли?
Ирнест чуть нахмурился, невольно отступая на шаг. Филипп зашикал на разошедшегося парня:
— Умерь свой пыл, Лео. Ничего и не было.
— Это как так? — он во все глаза вытаращился на Ирнеста. — Что прям вообще не сработало?
Филипп качнул головой и нетерпеливо взмахнул рукой:
— Ты бы лучше делом занялся. Лис тебя точно съест! Ещё один промах, и…
— Понял — не дурак, — Лео делано сверкнул зубами, касаясь пальцами виска, и перевёл взгляд на Ирнеста: — Пошли, пацан, ща тебя препарировать будем.