Чтение онлайн

— Тебе не кажется… — начала я тихо. — Он другой?

— Другой как? — переспросила Нева. — Выглядит как всегда: предательский, раздражающий. — Её взгляд скользнул в сторону. — Мы же всё ещё злимся на него, да?

— Да, — поспешно подтвердила я. — Не знаю, что имела в виду. Просто… забудь.

— Могу и забуду, — сказала Нева, стряхнув крошки с колен и поднимаясь. — Пойду посмотрю, где там Олвен.

Кайтриона следила за её движением вниз по лестнице, серебристые волосы сияли в отблесках огня. Грифлет играл с торчащей ниткой на крае её рубашки. Она молчала, но по складке между бровями я понимала: что-то её терзает.

Мы так и не обсудили ссору в квартире. Всё вытеснили — колдуньи, появление Эмриса, дорога к Бонкатер. Но теперь, когда наступило затишье, напряжение между нами ощущалось отчётливо.

Что будет, если сосуд не удастся восстановить, и нам снова придётся решать, что делать дальше? Колдуньи могли не захотеть нашей помощи, но Нева не отступится — это знали все. Олвен будет хранить мир, я не откажусь от спасения Кабелла, а Кайтриона не откажется от клятвы убить Лорда Смерти. Зёрна раздора уже пустили ростки — если их не вырвать, ядовитые плети могли нас разорвать.

Всю жизнь я умела ссориться и мириться только с одним человеком — с братом. Но мысль о том, что я могу сказать что-то не так и разрушить дружбу с кем-то из них, пугала до ужаса.

Кайтриона машинально потёрла впадину между шеей и плечом, разминая мышцу. Вина снова вспыхнула во мне: её укусил Кабелл в облике пса, когда она пыталась защитить меня. Рана была страшная, и лишь лучшие чары и знания Олвен сумели её залечить. Иногда она загоняла боль так глубоко, что со стороны казалась невредимой.

— Всё ещё болит? — спросила я. — Рана?

Она покачала головой.

— Нет. Только изредка тянет. Кожа срослась так хорошо, что почти не осталось шрама.

Я кивнула.

— Я в этом не сильна, — снова заговорила я тихо. — Но… мы ведь в порядке?

Кайтриона удивлённо смягчилась.

— Конечно. Почему ты думаешь иначе?

— Просто… тогда, в разговоре о том, что делать, мы немного перегнули… — Почему же я чувствовала себя ребёнком? Слова давались, словно в детской игре с Кабеллом, где мы шли по улице, стараясь не наступить на трещины в асфальте.

Она откинулась назад, опираясь на руки.

— Прости за резкость. Моя цель — Лорд Смерть, но я не хочу, чтобы ты думала: мне всё равно на твоего брата. Я сделаю всё, чтобы вырвать его из-под его власти.

— О, — вырвался у меня нервный смешок. — Я то же самое: хочу помочь тебе. Просто… я боялась, что ты можешь уйти. Заняться своим.

— Тэмсин, — сказала она и дождалась, пока я посмотрю на неё, — никакая ссора не заставит меня отвернуться от тебя. Ни одна. И никто из нас не сделает этого. Если бы мы не спорили, это значило бы, что нам всё равно.

Я провела ладонями по джинсам, позволяя треску огня говорить за меня.

— А ты в порядке? — спросила она.

— Конечно. А что?

— Твой опекун, — осторожно сказала она, — то, что он сказал о проклятии. Любой на твоём месте волновался бы.

В памяти вспыхнуло, и тут же я загнала её глубже.

— Всё нормально, — отрезала я. — Нэш всегда лгал, и нет причин верить, что он не пытался снова меня использовать. Даже если в его словах крупица правды, даже если я проклята… разговоры об этом ничего не исправят. Только отвлекут от важного.

— Значит, мы с тобой во многом alike, — сказала Кайтриона, поднимаясь на колени, когда Олвен и Нева вернулись наверх, склонившись над чем-то. — Не все поймут.

О чём бы они ни шептались, это явно было приятнее нашей темы. Но меня согрело осознание: хотя бы один человек не станет требовать, чтобы я вывернула душу.

— Нет, — согласилась я. — Не все.

Грифлет бросил нитку и устроился между ними — своими любимыми. Мы с Кайтрионой сели напротив, замыкая круг.

— Тебе это может не понравиться, — начала Олвен шёпотом.

— Тэмсин точно не понравится, — добавила Нева.

— Ух ты, уже заинтриговали, — сказала я.

Олвен разжала ладонь. На ней лежали четыре браслета. В узких лентах были переплетены разные ткани: я узнала голубую — от одеяла, в которое мы завернули сосуд Вивианы, и выцветшую зелёную — от платья Олвен в тот день, когда миры слились; белая могла быть из бинта, а красная…

— Красный шарф я выменяла у Косторезки на информацию об Авалоне, — объяснила Олвен. — Хотела, чтобы в браслетах были цвета стихий, как при обрядах высшей магии. Переплетённые вместе, они сильнее, чем по отдельности.

Губы Кайтрионы сжались в тонкую линию.

— Я просто подумала… У каждой из нас своя цель, но важно пообещать друг другу, что мы доведём всё до конца вместе, — сказала Олвен. — Чтобы помнить: никакая смерть, никакой человек и никакая тьма нас не разлучат.

Нева первой протянула руку. Олвен крепко завязала браслет, и Нева с улыбкой подняла его к свету.

Я последовала её примеру. Нева завязала мой, и в груди разлилось новое, тёплое чувство. Потом я взяла последний браслет и закрепила его на запястье Кайтрионы, сделав узел так, как учил меня Нэш — на совесть.

— Вместе до конца, — тихо сказала Нева.

— И дальше, — ответила Олвен.

Моя тревога постепенно утихла. Мы были в порядке. Все. И доведём это до конца вместе.

— Я возьму первый дозор, — сказала Кайтриона. — Остальным нужно попытаться поспать.

— Ты уверена? — спросила Нева.

Кайтриона провела рукой по губам и хрипло ответила:

— Я немного дремала раньше.

— Ну… ладно, — сказала Нева. — Разбуди меня через несколько часов, я сменю тебя.

Так мы устроились на ночь и начали наше мучительное ожидание.

Часы тянулись медленно, в такт сонному, дремлющему ритму деревни. Пол был жёстким, но рядом горел огонь и над нами была крыша, и после лет, проведённых с Нэшем под открытым небом, я была готова благодарить судьбу и за это.

Где-то далеко за полночь огонь превратился в угли. Дверь паба отперлась, заскрипела, снова заперлась — Косторезка ушла на свою «доставку».

Вокруг здания наверняка скрывалось множество охранных чар — возможно, они были раскиданы и по всей деревне. Мы были в безопасности, как нигде в мире.