Чтение онлайн

Инспектор Нил кивнул. Об этом он знал. "Биллингсли, Хорсторп и Уолтере" вели, если так можно выразиться, солидные дела Рекса Фортескью. Для проведения более мелких операций он нанимал другие фирмы, не отличавшиеся особой щепетильностью.

– Что же вас интересует?
– осведомился мистер Биллингсли.
– Про его завещание я уже рассказал. Наследник всего имущества - Персиваль Фортескью, за вычетом долгов и кое-каких завещательных отказов.

– Меня сейчас интересует, - перешел к делу инспектор Нил, - завещание его вдовы. После смерти мистера Фортескью она унаследовала сто тысяч фунтов, так?

Биллингсли кивнул.

– Немалая сумма, - сказал он, - и могу вам сообщить по секрету, инспектор, что фирма Фортескью с большим трудом смогла бы выплатить такие деньги.

– Разве эта фирма не процветает?

– Говоря откровенно, - ответил мистер Биллингсли, - но только строго между нами, последние полтора года они крепко сидят на мели.

– На то есть какая-то причина?

– Конечно. Я бы сказал, что причина - сам Рекс Фортескью. Весь прошлый год он вел себя как безумец. Надежные акции продавал, сомнительные покупал, про свои дела молол языком всем подряд, да еще как! От советов отмахивался. Персиваль - его сын, - приходил сюда, просил, чтобы я как-то повлиял на отца. Он сам, видимо, пытался, но - безуспешно. Я сделал все, что мог, но Фортескью не желал прислушиваться к голосу разума. Иногда мне казалось, что его просто подменили.

– Но подавлен он не был?
– уточнил инспектор Нил.

– Нет, нет. Наоборот. Был какой-то бурлящий, вычурный.

Инспектор Нил кивнул. Мысль, уже сформировавшаяся в его мозгу, только окрепла. Кажется, он начинал понимать причины трений между Персивалем и его отцом. Мистер Биллингсли между тем продолжал:

– Но про завещание его жены меня спрашивать бесполезно. Я его не составлял.

– Это мне известно, - успокоил его Нил.
– Я лишь хотел выяснить, было ли ей что оставлять. И я это уже выяснил. У нее было сто тысяч фунтов.

Мистер Биллингсли неистово затряс головой.

– Нет, мой дорогой сэр, нет. Тут вы не правы.

– Вы хотите сказать, что эти сто тысяч она должна была получать постепенно в течение всей жизни?

– Нет.., нет, она должна была все получить сразу. Но в завещании был пункт, суть которого в следующем: жена Фортескью вступала в наследство и получала эту сумму не ранее чем через месяц после смерти мужа. В наши дни этот пункт вполне обычен. Он появился, потому что летать на самолетах стало небезопасно. Если в авиакатастрофе погибают двое, очень трудно определить, кто из них унаследовал собственность другого, и возникает множество занятных проблем.

Инспектор Нил внимательно смотрел на него.

– Выходит, у Адель Фортескью не было денег, которые перешли бы к кому-то по наследству? Что же случилось со ста тысячами фунтов?

– Эти деньги вернулись в фирму. Точнее сказать, к наследнику очищенного от долгов и завещательных отказов имущества.

– И наследник этот - мистер Персиваль Фортескью.

– Совершенно верно, - подтвердил Биллингсли.
– Деньги переходят к Персивалю Фортескью. А при том состоянии, в каком находится сейчас фирма, добавил он, забыв о профессиональной этике, - эти деньги ему ох как нужны!

4

– И все-то вам, полицейским, неймется, - проворчал доктор, друг инспектора Нила.

– Давай, Боб, выкладывай.

– Так и быть, раз мы с тобой говорим с глазу на глаз и сослаться на меня ты, слава Богу, не можешь! Представь себе, судя по всему, ты абсолютно прав. Сильно смахивает на маниакальный синдром. Семья это подозревала и очень хотела, чтобы он показался доктору. Но он наотрез отказался. А проявляется это заболевание именно так, как ты описываешь. Неспособность оценить ситуацию, бурные вспышки раздражения и злости, хвастливость, мания величия - например, человек считает себя выдающимся финансовым гением. Если такого не остановить, он очень скоро разорит самую платежеспособную фирму, а остановить его не так-то просто, особенно если он знает, что у вас на уме. Я бы сказал, вашим друзьям просто повезло, что он умер.

– Они мне вовсе не друзья, - вымолвил Нил. И повторил сказанное как-то раньше:

– Все они - очень неприятные люди...

Глава 19

1

Вся семья Фортескью собралась в гостиной. Прислонившись к каминной полке, речь держал Персиваль Фортескью.

– Все это прекрасно, - говорил он, - но радоваться совершенно нечему. Полицейские приезжают, уезжают, нам ничего не говорят. Они якобы заняты какими-то поисками. Но дело и не думает сдвигаться с мертвой точки. Нельзя ничего предпринимать, нельзя строить планы на будущее.

– Они совершенно с нами не считаются, - вставила Дженнифер.
– Дурацкое положение.

– До сих пор нам запрещено уезжать из дому, - продолжал Персиваль.
– Тем не менее мы должны обсудить наши планы на будущее. Что скажешь ты, Элейн? Ты ведь собираешься замуж.., забыл, как его зовут.., за Джеральда Райта, так? Когда вы хотите пожениться?

– Чем быстрее, тем лучше, - ответила Элейн. Персиваль нахмурился.

– То есть через полгода?

– Нет, раньше. Почему мы должны ждать полгода?

– Чтобы соблюсти приличия, - объяснил Персиваль.

– Чепуха, - возразила Элейн.
– Месяц. Больше мы ждать не намерены.

– Что ж, тебе решать, - сказал Персиваль.
– А когда поженитесь, что думаете делать дальше? Или планов нет?

– Мы хотим открыть школу. Персиваль покачал головой.

– В наши дни это рискованно. Где найти обслуживающий персонал? Где найти толковых учителей? Идея, безусловно, хорошая, дело благое. Но на твоем месте, Элейн, я бы как следует подумал.

– Мы уже подумали. Джеральд считает, что будущее нашей страны зависит от того, какое образование получат дети.

– Послезавтра я встречаюсь с мистером Биллингсли, - сообщил Персиваль. Будем обсуждать разные финансовые вопросы. Он считает, что деньги, которые оставил тебе отец, есть смысл положить в банк на длительный срок, а доверительный собственник - ты и твои дети. В наши дни это самое надежное.

– Нет, - отказалась Элейн.
– Деньги нам понадобятся сейчас, чтобы открыть школу. Мы уже нашли подходящий дом, он сейчас сдается. В Корнуолле". Прекрасная земля и отличный дом. Мы хотим пристроить к нему несколько крыльев.

– Ты хочешь сказать.., что собираешься забрать из дела все деньги? Знаешь, Элейн, я не думаю, что это разумно.

– А я считаю, что разумнее их забрать, - осталась при своем мнении Элейн.
– Дело-то трещит по швам. Ты, Валь, сам говорил, когда отец еще был жив, что положение в фирме - хуже некуда.

– Всякое приходится говорить, - высказался Персиваль неопределенно, - но пойми, Элейн, взять весь свой капитал и вбухать его в покупку, оборудование и оснащение школы - чистое безумие. Если дело не выгорит, что будет? Ты остаешься без единого пенни.