Железная цепь со строгим ошейником
Шрифт:
– Вы вообще помолчите! Я с гражданкой разговариваю. Где же был ваш сын, гражданка? Что он сказал?
– Да ничего он не сказал, - снова ответил чернявый поэт, - его никто и не спрашивал. Вам же объяснили, его отвели к окулисту. Окулист выписал темные очки. Я на очки тридцать рублей добавлял.
– Ладно, - участковый Егорушкин занервничал, - гражданка, ответьте, пожалуйста, где ваш муж?
– Ее муж в подвале, - ответил чернявый поэт.
Участковый скрипнул зубами, он стал терять терпение:
– В подвале? Что он там делает?
– В подвале. Что это вы на меня так смотрите нехорошо?
– забеспокоился чернявый поэт.
– Внизу, в подвале. А что он там делает, я не знаю.
– Самогонный аппарат он там делает!
– наконец заговорила жена хозяина возбужденно.
– Скотина потому что, и моральный урод. Он сначала романы писал мистические - разбогатеть хотел. Не получилось. Вот теперь самогонкой хочет торговать. Посадят ведь скотину! Урода морального. Хватит уже о нем, гражданин начальник. Давайте лучше выпьем и побеседуем о чем-нибудь.
– Да, - поддакнул чернявый поэт, - например, о литературе.
Участкового Егорушкина передернуло: сегодня вечером его ожидал визит тещи, Эммы Константиновны, и долгая, нудная беседа о литературе - такая уж у них была в семье традиция. Участковый Егорушкин не выдержал и перешел на строгий, неприятный официальный тон:
– Беседовать о литературе будете без меня. Гражданка Лей, покажите, где ваш сын. И позвольте мне побеседовать с ним наедине.
Ему тут же показали и позволили.
Петя Лей сидел в своей комнате на раскладушке в позе сикха. Половину его лица закрывали темные очки. В полумраке - шторы были задернуты - его субтильная фигура отбрасывала три тени.
– Ну что, Петя, - бодро начал участковый Егорушкин, - давай побеседуем. О дворнике с бородой, о подвале, о том, почему ты скрыл от милиции случившееся и решил поведать о нем в литературной форме. Видишь, я все знаю. Вот давай и побеседуем.
Петя покачался из стороны в сторону на своей раскладушке и тихо ответил:
– Хорошо. Давайте побеседуем. Только не об этом.
– Почему не об этом?
– Неужели вам все это интересно? Мне уже нет. Неужели нам не найти другой темы? Например...
– Петя задумался.
– О литературе.
– Вот, блин!
– воскликнул участковый Егорушкин.
– Хватит тут мне! Ты что, не понимаешь? По городу ходит опасный маньяк и сажает детей в подвалы. А ты тут!.. А ну, хватит качаться!
Петя перестал качаться, попроси на него не кричать, поправил очки и рассказал тихим отстраненным голосом все то, что участковый Егорушкин уже знал из сочинения.
– А в каком доме тот подвал, я точно не знаю. У нас все дома в районе, а, следовательно, и подвалы - одинаковые, - почти шепотом закончил Петя и снова стал качаться.
– Не понимаю я, как можно взрослого парня заманить в подвал, - почему-то тихо, вторя собеседнику, сказал участковый Егорушкин.
– Дворник объяснил, что там собачка в проводах запуталась. Надо помочь ее спасти.
– А, вообще-то, почему ты решил, что он дворник?
– У него метла была.
– Вот, блин. Как же он тебя на цепь-то посадил?
– Ну, как, как! Двинул чем-то сзади по башке. Знаете, надоела мне эта беседа, лейтенант. Не зря говорят, что менты тупые, - с легким раздражением заявил Петя Лей.
– Знаете что?
– Что?
– Вы идите лучше домой. Попейте кофе. Сформулируйте вопросы, как следует.
– ...А ты?
– А я тут посижу.
Участковый Егорушкин вышел из Петиной комнаты, плотно закрыл за собой дверь и понял, что запутался.
На кухне было пусто. «Наверное, пошли любовью заниматься» - подумал участковый Егорушкин, попил воды из-под крана и вышел наружу.
На выходе из подъезда его встретил физрук Носов с бейсбольной битой в руках. Он был пьян и агрессивен:
– Ну что, ментяра? Побеседуем?
– О чем?
– уточнил участковый Егорушкин и увидел двух здоровых парней, явно разделявших агрессивные намерения физрука Носова.
– А побеседуем о литературе!
– сказал один парень.
– О Прусте. О Марселе. О его многотомной эпопее «В поисках утраченного времени», - вторил ему другой.
– Знаете, - хладнокровно, помня о наличии табельного оружия в кобуре, стал говорить участковый Егорушкин, - сегодня вечером у меня уже намечена беседа о литературе с одной моей родственницей. Так что...
Что именно, участковый Егорушкин договорить не успел по причине обрушившегося на его голову удара бейсбольной биты.
– Брезгуешь, значит?
– уже на земле услышал он голос физрука Носова и был избит до потери сознания.
Из служебной книжки участкового уполномоченного
отдела милиции N 2 г Вологды л-та Егорушкина
Толик и чудеса сантехники
У нормальных людей употребление наркотиков и алкоголя сопровождается подрывом здоровья, депрессняками, ломками, разрушением семьи и судьбы, а у меня ко всей этой дряни добавилось еще засорение раковины на кухне. Пришлось звонить в ЖЭК - вызывать сантехника. И вот - только попал в вену - раздался стук в дверь. Дождавшись прихода, я ее открыл. На пороге стоял Джонни Депп.
– Твою мать-то за ногу!
– незнакомым голосом воскликнул я.
– Не надо было димедрол с джефом бодяжить!
– Почему?
– спросил Джонни Депп.
– Глючит.
– Не удивительно, - направив острый взгляд мне в глаза, заявил Джонни Депп,- сказано: «Чтобы стать человеком знания, нужно быть воином, а не плаксой. Нужно биться и не сдаваться, не жалуясь и не отступая до тех пор, пока не станешь видеть для того, чтобы понять - ничто не имеет значения». Дон Хуан, Карлоса Кастанеды.
– Ну-ну. Я в курсе. Только это ты к чему?
– К тому, что быстрее шевелиться надо. Сейчас девчонки приедут. Кстати, Толик, твой новый сантехник.
– Какие девчонки? И где твои инструменты?
– Инструмент у меня один и он всегда со мной, - отмахнулся Толик, беспардонно зашел на кухню и стал рыться в холодильнике.
– Не густо, не густо... Сказано: «Мы - то, что мы едим». Сразу видно, что - ты. Практически пустое место.
Он заставил меня чистить гору картошки, пояснив, что тантрический секс требует немало энергии. Мне было не по кайфу сопротивляться, и я ограничился лишь слабым поматюгиванием