Чтение онлайн

— Я вас недооценил…не рассчитал сил…

Честно говоря, в этот момент мне хотелось ответить ему, что, мол, а чего он ожидал? Что сможет справиться одним мех-кулаком? Если он так меня «уважал», то должен был навести справки, узнать о том, кто я и что я. А раз он это узнавал, то должен был понять, что я не новичок в сражениях мехов.

Впрочем, его расчет был верен — если бы его «мегапушка» действительно смогла выбить моего меха, то это бы деморализовало моих людей. Но вот что они из-за этого проиграли бы сражение — не верю. И дело не в моем самомнении, просто…мне кажется, что магистр слишком уж нас недооценивал.

Однако я не успел ничего сказать, так как Сакурон после приступа кашля продолжил.

— У меня было здесь две цели. Первую мы выполнили, а вот вторая… Теперь уже, как я думаю, можно рассказать вам… Второй целью были вы, барон. Я должен был убить вас. Но…мне изначально не нравилась эта идея. Может, вы и должны умереть, но не так, не от грязного оружия. От моих рук, или во время сражения вас должен был убить кто-то из моих людей. Но не так…

Вот, значит, что… Мегапушка была дана магистру, чтобы убить меня? Серьезно? Забавно, что если бы Сакурон не стал своевольничать и сделал, как ему сказали, то все равно бы ничего у него не вышло, ведь он подстрелил мех Кари, а не мой. Он бы убил ее, а не меня.

Но я не стал говорить ему об этом. Я вообще ничего не стал говорить, ожидая, что еще он сообщит.

— Черт подери, но как вы смогли победить? — продолжил магистр. — Как вы смогли справиться с моими людьми? Это невозможно, ведь эти воители лучшие из…

Он не договорил, снова зашелся кашлем.

— Кто вас нанял? — наконец отважился я и задал главный вопрос.

— Этого я вам сказать не могу…

— Это была церковь? Ну же, Сакурон, ведь вам уже неважно…

— Церковь — лишь посредник, — ответил наконец магистр, — заказчик намного страшнее и опаснее.

— Кто?

В ответ раздался лишь кашель, а затем Сакурон внезапно осипшим, тихим голосом заявил:

— Мой вам совет, барон: не стоит пытаться воевать с таким противником. Он слишком силен и опасен. Вы не сможете с ним справиться. Империя не сможет с ним справиться.

— Да кто это, черт возьми? — не выдержал я. — Это он дал вам оружие? Он приказал напасть на мое баронство?

— Вы мешаете им…ваш торговый тракт испортил их планы… Ваши действия ставят под угрозу и империю. А я не желаю, чтобы ОНИ первой целью вновь выбрали империю…

— Черт бы вас подрал, Сакурон! Я не еретик и не предатель, и я всей душой желаю империи процветания, я верен ей.

— Вы? Тот, кто связался с внешниками и использует их технологии?

— Как и вы. Но это не отменяет того факта, что вы настоящий воитель и служили в гвардии! И что я слышу? Вы даже не хотите сражаться с врагом, а сразу задираете лапки кверху? Кто же ваш заказчик, если вы так его боитесь? И почему вы думаете, что империя не сможет?

— Не сможет, — устало заявил Сакурон. — Я это знаю… А теперь, барон, простите, но времени больше нет. Я должен сделать это…

— Что сделать?

Вместо ответа я услышал взрыв. Камеры моего меха засекли его — что-то взорвалось на одном из высотных зданий. Причем я не сказал бы, что взрыв был слишком уж большой…

Вот же черт… Сакурон уничтожил ту самую пушку, которую я рассчитывал захватить и по которой надеялся определить, кто же является моим оппонентом в этой партии, кто нанимает боевиков, нападающих на мое баронство, и кто отправил сюда орден.

— Вот и все… — тихо произнес Сакурон, — все кончено… Мои люди покидают ваши миры. Я буду вам признателен, если вы позволите им отступить. Орден должен жить. Он будет полезен империи в грядущих сражениях…

— Боюсь, что после того, что орден сделал, уйти ему я позволить не могу, — ответил я, — ваши люди заплатят за свои злодеяния.

— Мы делали все во благо империи. Вы должны понять…

— Не должен и не буду. Но если вы скажете, кто…

— Я не могу вам сказать. Я не стану тем, из-за кого рухнет империя…

В следующую секунду мех, который я недавно подбил и он без всякого движения лежал на парковке, вдруг рванул.

Сакурон все предусмотрел — он установил устройства самоуничтожения и на «мегапушке», которую ему дал мой пока еще неизвестный противник, и собственный мех. Магистр явно опасался попасть в плен, боялся, что его смогут разговорить.

Что ж, чего-то подобного я ждал, но все равно чертовски обидно…

Мигание вспомогательного экрана привлекло мое внимание. Как Сакурон и говорил — орденцы начали отступать. Похоже, все их атаки были лишь прикрытием для того, что должно было произойти здесь.

Но что? Зачем Сакурон сюда явился? Что ему было нужно?

Глава 23

Наведение порядка

Размышлять над словами Сакурона, думать, что он имел в виду, а главное — кого считал столь опасным, что это угрожало империи, мне было некогда.

Дело в том, что после его смерти новость эта совершенно неведомым способом облетела все баронства, и орденцы отлично знали о том, что случилось с их магистром. Согласно его приказу многие из них отступали, однако часть оказалась то ли слишком упрямой, то ли слишком тупой, то ли наоборот — слишком умной. Они решили, что продолжая террор в моем баронстве, смогут не только уйти, но еще и заработать на этом.

Короче говоря, «крестовый поход», под видом которого все это происходило, начал обретать явные очертания бандитского налета или даже нападения террористов.

Особенно после того, как захватившие и удерживающие один из стратегических складов баронства орденцы решили выйти в город и устроить там кровавую вакханалию, обозвав ее «чистой от грязных внешников». Причем эти тупые ублюдки даже не потрудились отключить планетарную сеть. Благодаря этому их преступления, тот беспредел, что они устроили, увидели во всем баронстве.

Да чего баронстве? Во всей империи.

И, естественно, после такого молчать ни церковь, ни чинуши из столицы не смогли.

Так сразу несколько кардиналов выступило и заявило, что орден перешел всякие границы. Один из них пытался юлить, утверждая, что, мол, выдворение с территории внешников — дело угодное, равно как и наказание тех граждан империи, кто с ними ведет дела. Однако он старательно обходил резкие высказывания вроде «еретик», «предатель», «анафема» и так далее. Вся его речь строилась на идее, что орденцы перегнули палку и их нужно «наказать». Однако как именно — он не сказал.

Двое других не стеснялись в выражениях, назвали орден «бандитами», «подонками» и «террористами», которым «нужно воздать в полной мере за их злодеяния». Было много красивых слов, вот только конкретики я так и не услышал.