Чтение онлайн

Что ж, сейчас я покажу, что энергощит — не панацея.

Тихо загудел рельсотрон, выпустив болванку в сторону врага. Снаряд с легкостью прошел через энергощит и ударил в мех противника.

О да!

Тут же в разные стороны полетели ошметки брони, мех зашатался и воитель сейчас сосредоточился на одном — равновесии. Нужно было его восстановить, иначе мех, упав на землю, будет выведен из строя и в бою сражаться уже не сможет.

Пока воитель вражеского меха пытался справиться с потерявшим управление роботом, рельсотрон моего «Горбуна» перезарядился.

Отлично. Получи еще!

Болванка вылетела из дула, устремилась к противнику, ударив по меху именно в тот момент, когда, как тогда казалось, воителю наконец-то удалось справиться со своенравным роботом.

Снаряд угодил точно туда, где уже оставались отметки прошлого попадания.

Я видел, как болванка проломила остатки брони, вошла глубоко в грудь вражеского меха, и он мгновенно замер.

Готов?

Я видел, как мех, словно огромная и пафосная статуя, медленно заваливается набок. Пара секунд — и это свершилось. Машина рухнула, подняв невообразимое количество пыли.

— Отличный выстрел, босс! — похвалил меня Маркус.

Ага. Хороший то хороший, но рядом были и другие враги, а рельсотрон находился на перезарядке…

Я хотел было достать противника, которого выцеливал раньше, тем более что он уже подошел довольно близко, но когда я взял его на прицел, то…

Тяжелый мех вдруг взлетел, начал подниматься в небо.

Ах ты ж…

Прыжковые двигатели! Вот почему они так нагло на нас перли. Я-то думал, что в их планах протаранить наш строй, а они собирались просто нас «перепрыгнуть».

Но что забавно, на кой черт было демонстрировать свои возможности раньше, чем это было необходимо?

Ах вот оно что — на пути меха зияла огромная яма, обойти которую было сложно (ну, или не так сложно, сколько затратно по времени), и пилот решил ее просто перепрыгнуть, тем самым демаскировать возможности своего робота раньше времени.

Я терпеливо ждал, когда вражеская машина вновь опустится на поверхность, специально свел все орудия в ту точку, и когда противник был у самой земли, я выстрелил на опережение.

О да! Все лучи как один ударили точно в центр груди вражеского меха.

К сожалению, пробить ее не удалось, но я добавил ракетами, которые одна за другой вылетели из пусковых установок, расположенных позади моего «Горбуна», точнее на его спине, будто рюкзак.

В течение пары секунд десяток ракет впечатывались в тело вражеского меха.

Взрывы, ошметки брони, грохот…

Однако уничтожить врага так и не удалось. Что ж, настала очередь для старого доброго, а главное — проверенного способа…

Противник, осознав, что я его просто безнаказанно расстреливаю или, скорее, поняв, что запас прочности у него не вечный, попытался укрыться за валуном, но не успел — мой выстрел из рельсотрона угодил ему точно в правое плечо. Правая рука вражеского меха рухнула на землю, а сам робот развернулся вокруг собственной оси. Пилот не смог удержать его на ногах и машина завалилась.

Вот так! Готово.

Так! Где следующий противник?

«Следующий» оказался очень близко от меня. Настолько, что и целиться не нужно было.

Этот наглец чуть ли не спикировал на меня, и лишь за счет того, что я не стоял на месте, а постоянно маневрировал, вражеский мех не рухнул мне на голову, а приземлился чуть в стороне.

Пульсары «Горбуна» заработали, и сразу несколько лучей ударили в правую часть груди вражеского меха.

Выстрел из стольких орудий, да еще и на такой дистанции сделал свое дело — даже усиленная броня не выдержала: я прожег ее, лучи принялись плавить все внутри корпуса вражеского робота, и вдруг тот окутался огнем, взорвался.

Кажется, сдетонировал боеуклад…

Уже сколько там на моем счету? Я был окрылен своими победами и жаждал новых, но…похоже, лимит удачи, который у меня был, уже исчерпался.

Новый противник оказался не просто близко, он был уже рядом со мной. Прежде чем я успел хоть что-то сделать, огромный тяжелый мех впечатался в моего «Горбуна».

Удар был так силен, что все вокруг завертелось, раздался удар, и я осознал, что мой мех на земле.

Экраны работали, внешние камеры тоже, так что я увидел, как противник, сваливший меня на землю, врезавшийся в меня, остановился рядом.

По идее он должен был идти дальше, ведь смог меня завалить, путь свободен — база впереди, но, похоже, я очень сильно разозлил противников, и воитель, отправивший меня на землю, жаждал отмщения за своих товарищей — мехов, которых я уничтожил.

Робот, стоящий над моим «Горбуном», поднял ногу, явно намереваясь опустить ее прямо на кабину моего меха, раздавить ее вместе со мной внутри.

Время словно бы остановилось, и я понял — либо сейчас катапультируюсь, либо погибну на месте, прям на мостике своего боевого робота.

Нога противника словно замерла, еще мгновение — и она начнет стремительно опускаться.

А я все еще не мог решиться нажать кнопку катапультирования. Не мог себе это позволить, ведь это будет позор, будет значить, что я проиграл.

Бред и чушь! Головой я прекрасно понимал, что сделал гораздо больше, чем мог, сражался я достойно, и из боя мог выйти в любой момент с гордо поднятой головой. Но…головой то я все это понимал, но вот сердцем…

Проклятая гордыня не позволяла мне катапультироваться. Это было глупо и тупо, но я ничего не мог с собой поделать, лишь ждал, когда опустится нога вражеского робота, уничтожит кабину «Горбуна» и меня внутри…

На экране что-то мелькнуло, столкнулось с вражеским мехом, нависшим надо мной. Раздался страшный удар, и я увидел, что уже мой противник падает на землю, а рядом с ним появился еще один мех.

Судя по камуфляжу, наш.

— Эй, босс! Ты там как, в порядке? — послышался насмешливый голос Маркуса.

О, как он вовремя! А я-то думал, что мое везение закончилось. Как оказалось, имелся еще приличный запас!

— Да, — прохрипел я.

— Тогда подъем! У нас тут все плохо!

Я не без труда заставил «Горбуна» перевернуться на брюхо, поставил руки робота так, будто отжимаюсь, а затем в объектив камеры попала рука меха Маркуса. Он подцепил меня, будто на крючок, и одним движением поднял на ноги.