Чтение онлайн

Парламентеры? И что они хотят? Герцог хочет предложить нам сдаться? Зачем? Он ведь должен понимать, что я отвечу отказом. Или все же решил мне дать шанс образумиться? Не-е-ет, не похоже. Судя по тому, что говорил Кир, меня они «просчитали» по полной, и должны понимать, что в нынешних условиях я ни при каких обстоятельствах не выкину белый флаг.

Так что же герцог тогда хочет предложить?

Спустя час вражеский корабль подошел практически вплотную к нашим позициям и остановился. Лететь дальше было бы с его стороны глупо — его бы просто уничтожили.

Вот он и стал, как вкопанный, дожидаясь нашего ответа. А ответ подразумевал два варианта — либо мы ответим и примем парламентера, либо будем сохранять молчание, и это само собой подразумевает отказ от переговоров и любых предложений герцога.

— Что все это значит? Что это за корабль? Уничтожьте его!

Я поморщился. Граф уже был здесь. Ну еще бы, как же без него.

— Отставить! — приказал я подчиненным, которые с немым вопросом в глазах глядели на меня, пока граф раскидывался приказами.

Прежде чем граф разразился гневной тирадой, я пояснил ему, что происходит.

— Это парламентерский корабль. Представитель герцога прибыл, чтобы сделать нам какое-то предложение. Предлагаю его выслушать.

— Что они могут предложить? — фыркнул граф. — Наверняка потребуют от нас сдачи!

— Не думаю, — покачал я головой.

— Что же тогда? Думаете, они решили сдаться?

— Тоже вряд ли.

— Тогда что им надо?

— Вот поэтому я и хочу выслушать парламентера, — терпеливо объяснил я.

Граф скорчил недовольную физиономию и сделал жест, обозначающий: «Делайте, что хотите».

В этот раз посланником герцога был не Кир. Вполне обычный человек, разве что выглядел он наглым, надменным и совсем не походил на дворянина (хотя там спеси было не занимать). Скорее уж этот человек больше походил на выходца из внешних миров. Да и в говоре его что-то эдакое проскакивало.

— … и герцог передает свой пламенный привет, –закончил он, лукаво поглядывая на графа Баргонта, — и кронпринцу, кстати, тоже. Как это он вас отпустил, граф? А кто же нашему благословенному наследничку сопли подтирает?

— Вы забываетесь! — побагровел граф.

— Точно, — щелкнул пальцами посланник, — не только сопли, но еще и задницу подтирает… Неужели кронпринц нашел кого-то, кто ему целует и подтирает задницу лучше вас?

— Я могу велеть вас казнить! — граф начал выходить из себя.

— Это вряд ли. Вы здесь никто. Так, лакей, которого господин отправил отравлять жизнь местному военачальнику. И уж точно права отдавать приказы у вас нет. А даже если есть — ну, давайте, смелей! Скоро вся империя узнает, как адъютант кронпринца ведет переговоры.

— Тогда поединок чести! — вскипел граф.

— Поединок? — нахмурился посланник. — Ну нет. Я, как вы говорите, внешник.

— Я позволяю вам участвовать в поединке против дворянина!

— Вы позволяете мне? — рассмеялся посланник. — Э нет! Это я брезгую устраивать драку с недоношенным имперским дворянчиком. Фу!

На графа уже было страшно смотреть. Он выглядел так, будто вот-вот накинется на посланника и разорвет его голыми руками.

— А хотя… — вдруг задумался парламентер, — пожалуй, есть одна идея. Зачем нам устраивать сражение, в котором погибнут тысячи? Давайте сразимся мех-кулаками. Пять воителей против пяти. Одержим победу мы — вы не обстреливаете наши корабли, мы свободно летим мимо. Победите вы — что ж, мы отступим. Как вам такое?

Я, если честно, совершенно растерялся. У герцога есть серьезное преимущество, численный перевес. И что, он отступит? И может ли его посланник задавать такие правила игры? Я поглядел на парламентера, на его ехидное лицо, и понял — может. Быть может, в этом и заключалось предложение герцога, но граф Баргонт не дал его озвучить. Зато посланник, разозлив графа, к этому плавно подвел…

Черт подери! А ведь предложение заманчивое. Если в прошлый раз я с легкой душой отказался (на кой черт терять собственное преимущество?), то теперь ситуация развернулась на 180 градусов. Мы в меньшинстве. Мы, если начнется битва, проиграем. Однако если герцог сдержит свое слово и мы победим в предложенном его посланником поединке…

— Я согласен! — пафосно заявил граф.

— Я прошу прощения, — попытался вмешаться я, но граф грубо меня оборвал.

— Решение принято! — заявил он и повернулся к посланнику. — Ваш вызов принят. Собирайте своих воителей. Только предупреждаю — сражаться будем до конца. Так что ты, вонючий внешник, и все твои друзья, жалкие отступники, встретите здесь свой конец!

— Как скажете, — усмехнулся посланник, после чего развернулся и направился назад, к шаттлу.

— Чувствую, мы сейчас здорово влипли, — шепнул мне стоящий рядом Рок Аран.

— Граф влип, — ответил я.

— Он сам залез в ловушку и нас туда тянет! — заявил Рок Аран. — Я знаю графа — он никогда не умел играть честно. И сейчас так же будет.

— Давайте чуть позже, — тихо ответил я, и Рок Аран кивнул.

В моем кабинете мы были с Рок Араном наедине, и Рок Аран выглядел чрезвычайно взволнованным.

— Мы не должны были этого допустить, — говорил он, — если граф настолько глуп, что решил влезть в эту авантюру, то…

— Я думаю, вы сгущаете краски, — сказал я, — в конце концов, если удастся победить в поединке…

— Не удастся, — уверенно заявил Рок Аран, — герцог не такой дурак, чтобы предложить бой, в котором у нас есть хоть какой-то шанс победить.

— Думаете? — нахмурился я.

— Уверен в этом. Предложение поединка было спланировано, и далее посланник специально раздражал графа. Вы заметили?

— Есть такое, — кивнул я.

— Весь расчет строился на его заносчивости и вспыльчивости. И это сработало.

— Может, все же…

— Нет! Я уверен. И я даже знаю, кого выставит герцог.

— Так. Теперь уже любопытно и мне…

— Это его наемники. «Змееловы».

— Что еще за «Змееловы»? — спросил я.

— Вы не слышали о них? Отменные бойцы. По слухам — выходцы с Фенрира.

— Так. А что за Фенрир? Планета внешников?

— Как раз нет. Планета империи, о которой империя всячески пытается забыть…

— Так. Вы меня заинтриговали, — сказал я, — рассказывайте.

— Пару веков назад при Ихмане-2, казна была пуста, и наш император нашел отличный способ пополнить мошну — фактически продавал планеты и системы корпорациям. Причем не только нашим, но и корпорациям внешников.