Жена-беглянка. Ребенок для попаданки
Шрифт:
Она не хотела, чтоб он страдал. Не хотела, чтоб его сердце было разбито.
Даже если ей самой было больно.
— Ты любишь его? — спросила я прямо.
Одетта покраснела, смутилась. Закрыла рот, сомкнула стыдливо губы.
— Какое кому дело до моих чувств, — пропищала она стыдливо. — Я не о себе сейчас говор, а о господине Робере. Он не заслуживает, чтоб ты его обманывала. Не заслуживает быть при тебе мальчиком на побегушках!
— Я и не собиралась его обманывать, — ответила я.
— Но ты уже сделала это! — упорствовала Одетта. — Будешь молчать о том, что провела ночь с герцогом Ла Форс? Для тебя подобное поведение ничего не стоит?
— Я не буду молчать, — ответила я.
— Сердце ему разобьешь? — тут же выкрикнула Одетта. — О, лучше смолчи! Он не переживет твоего предательства! Добрый и деликатный, он не заслуживает, чтобы его любовь втоптали в грязь!
— Господин Робер уже не мальчик, — повысила я голос. — Хватит его опекать, как клуша! Позволь ему самому разобраться с его чувствами! Может, ты еще заставишь меня замуж за него выйти, лишь бы только он не расстраивался?
— Может, и заставлю! — мстительно выкрикнула Одетта. — Он достоин того, чтобы получить всего, что желает!
— А как же я? — спросила я быстро. — Мои чувства и желания не в счет?
— Ты имеешь все, что только можно пожелать! — выкрикнула Одетта. — Ты богата, у тебя кучи рубинов и золота, дом, слуги, и даже титул! О чем ты еще можешь мечтать?
— О любви, — ответила я. — Малышка, ты еще так юна и наивна. Твое заступничество совершенно бесполезно. После сегодняшней ночи я никогда не вышла бы замуж за Робера. Я не люблю его; и теперь уж никогда не полюблю.
— Но он так надеялся! — прошептала сестра горько. — Ты должна!..
— Я ничего ему не должна, — холодно и твердо перебила ее я. — Ты — ты смогла бы, любя его, отдать себя в руки другого мужчины?
— Это совсем иное! — запротестовала Одетта. — Я и думать ни о ком не могу, кроме него!
— Это то же самое, — отрезала я. — Я тоже не могу. Не хочу.
— Ты неблагодарная, неблагодарная! — прошептала Одетта. — Как можно быть такой бессердечной?!
Я пожала плечами.
— Посмотрись в зеркало и задай эти вопросы еще раз, — сказала я. — А пока… если так переживаешь за господина Робера, можешь пойти и утешить его.
— Какие гадости ты говоришь! — возмутилась Одетта. — Думаешь, я так же распущенна, как и ты?!
— Я говорю о твоем замужестве, — твердо ответила я. — Когда тебе исполнится восемнадцать, я выдам тебя за господина Робера, если он пожелает породниться с нашей семьей. Пока же ты можешь лишь заявить ему о своих чувствах. Вероятно, он оценит твою верность.
Одетта отшатнулась от меня.
На ее юном лице была написана странная злость, досада и… надежда.
— Думаешь, это так легко? — произнесла она. — Думаешь, он вот так запросто утешится мной, как новой игрушкой?
— Не знаю, — ответила я. — Проверить это предстоит тебе.
Одетта снова вспыхнула от стыда и надежды. Ох, уж эта надежда! Ее невозможно было скрыть ничем!
— Ни минуты не останусь в этом доме! — выпалила она.
Я лишь устало пожала плечами.
— Куда же ты пойдешь?
— Продам твои подарки, рубины, и сниму себе комнату! Жить буду тихо и скромно!
«Робер этого не допустит, — мысленно возразила я. — Похоже, эта юная леди выбрала самую верную стратегию. Робер добр, и он не может не опекать и не помогать. Заботясь о ней, он утешится и привяжется к Одетте. И все у них будет хорошо…»
Ах, хотелось бы мне так думать!
Одетта подхватила юбки и бросилась в свою комнату, собирать вещи.
Слишком поспешно, слишком радостно!
А я так и осталась сидеть на ступеньках лестницы, обхватив голову руками.
Ну вот...
Было у меня два ухажера, и обоих я потеряла в один день.
Глава 73
Подарок для короля был найден, и Ивар получил приглашение в королевский дворец в тот же день.
Более того — королевские слуги прибыли за ним лично.
— Ваша светлость, — посланники учтиво и уважительно поклонились Ивару и протянули ему маску, полностью закрывающую глаза. — Его Величество сказал нам, что вы выразили желание получить судьбу из его рук. Наденьте это и следуйте за нами.
— Зачем это? — удивился Ивар. — Мое намерение твердо. Я не собираюсь убегать. А значит, нет надобности везти меня словно жертву похищения или пленника.
Королевский слуга усмехнулся.
Взгляд его был колючим, внимательным, цепким.
— О, это не оттого, ваша светлость, что король сомневается в вас и в вашей твердости, — произнес он. — Это потому, дражайший герцог, что не у одного вас есть тайный подвал, хе-хе… Король не хочет показывать свою тайну тому, кто еще не до конца предан ему, телом и душой…
Ивар без лишних разговоров надел эту маску, накинул плащ на плечи, и позволил себя увести под руки в карету.
Его слуги подали ему ларец с подарком для короля.
Дверца кареты за ним захлопнулась, и Ивар отбыл к королю.
Путь до королевского тайного места был не близок.
Но все это время Ивар не шелохнулся. Не произнес ни слова.
Он сидел неподвижно, словно был полон решимости ехать хоть на край света, если это было нужно.
И когда карета остановилась, Ивар позволил так же взять себя под руки и провести по тайному ходу в логово короля.
И ни один мускул на его лице не дрогнул.
Сначала он слышал лишь, как отдаются его шаги гулким эхом от каменных стен.
Затем в лицо ему дохнуло холодной затхлой сыростью, и слуги короля велели ему остановиться.
С его лица была снята маска, и в тусклом свете старых масляных фонарей, освещающих каменный зал с низким тяжелым потолком, Ивар увидел короля.
— Доброго вечера, дорогой герцог, — приветливо произнес король, улыбаясь. — Эй, примите у герцога его дар! Без ноши говорить куда удобнее…
Ничего особенного в образе монарха не было.
Он был разодет все в те же сине-зеленые, с отливом, одежды.
И на голове его красовалась все та же круглая шапочка с павлиньими перьями.
Был только один неприятный нюанс: сиденье, на котором он устроился, похожее на небольшой трон, было сложено из резных человеческих костей.
— Очень тонкая работа, не правда ли? — весело спросил король, щелкнув блестящим ногтем по лбу черепа, пристроенного на подлокотнике.
— Да, весьма, Ваше Величество, — сдержанно ответил Ивар и поклонился.