Жена из другого мира
Шрифт:
Пьяный от поцелуя, я добрёл до приоткрытой двери своей спальни. Раздался голос Лирикири:
— Ваша магия не обладает лечебными свойствами или уже началось отторжение? Вы жениться-то ещё не собрались?
— Моя магия не лечит.
Заглянул в спальню. Министр сидел в кресле, склонив голову на колени, Лирикири скользил пальцами по его обнажённой спине в кровоподтёках синяков.
— Ну как? — пробормотал министр.
— Могу и третий раз перепроверить, но трещина в девятом позвонке от этого никуда не денется. Перелом руки, кстати, тоже. Но что-то мне подсказывает, ха-ха, что на постельный режим вы не согласитесь.
Я бочком просочился в спальню.
— Правильно вам это что-то подсказывает, — глухо отозвался министр. — А теперь бросайте шуточки и приведите меня в порядок, мне ещё допрос проводить.
— Служба не ждёт.
— Хватит шутить. Просто поставьте меня на ноги. Я даже согласен провести дома пару дней. Когда всё это закончится.
— Ну, если не женитесь к завтрашнему вечеру, свободного времени у вас будет предостаточно. Об этом весь остров длоров судачит. — Лирикири, словно на струнных играя, скользил пальцами по спине министра, и синяки бледнели. — Или вы намерены утереть нос своим оппонентам и в последний момент сочетаться браком с какой-нибудь счастливицей?
— С какой-то несчастной вы хотели сказать. — Министр приподнялся.
Рукав рубашки он не снял, так что доктор не мог видеть, что на браслете нет широкой щели, предвещавшей скорое снятие.
— Хах! Ну, когда-то вам должно повезти. Почему бы не в этот раз?
— Интересный вопрос, — кивнул я, думая почему-то не о жене министра, а о том, как приятно неистово заколотилось сердце, когда меня поцеловала Саша.
Министр так посмотрел, что я обрадовался, что в арсенале его родовых заклятий нет убийства взглядом.
Из стены высунулся привратный дух:
— Длоры Эрджинбрасские прибыли. Они и сопровождение ожидают разрешения войти.
— Веди в кухню. В Сашину, — пояснил я и взглянул на министра. — Или сюда?
Выглядел он так, словно его оскорбило предложение допрашивать кого-то в кухне. Но разве можно на это обидеться?
— А кроме кухни мест нет? — брезгливо уточнил министр.
Хм, видимо, можно.
Почесав затылок, я ответил:
— Гостиная занята Вериндером… Есть ещё комнатка перед спуском в лабораторию. И лаборатория.
Министр выпрямился:
— Вели жене создать приличную комнату.
— Она устала, пусть отдыхает.
— Мне нужно место для допроса.
— Какая разница, где допрашивать? Главное, чтобы они всё рассказали.
— Вот для этого и надо, чтобы место допроса выглядело внушительно.
Он так много значения придаёт внешнему, что иногда я сомневаюсь, может ли он видеть суть вещей.
Значит, моя лаборатория — внушительная. Я вновь оглядел полки с эмбрионами, папин стол, за которым устроился бледный министр, вытиравший с висков капельки пота. И с благодарностью подумал о Саше: как она хорошо всё сделала. Внушительно.
Совсем как мама, тоже создававшая лабораторию при моём участии.
Министр, видимо обдумавший рассказ о ЙааЙй, махнул рукой.
Дверь распахнулась.
Проковылял внутрь длор Садор Эрджинбрасский. В первую очередь внимание привлекал его сильно выдающийся вперёд нос, потом — холодные тёмные глаза. Третьим замечались прилизанные к шишковатому черепу седые волосы, а дальше уже остальной облик стандартного длора-главы рода: костюм по последней моде из дорогих материалов, стать, трость с массивным набалдашником.
Длорка, его жена — лет на двадцать моложе, ещё более надменная — была в тёмном домашнем платье и без украшений.
А моя длорка, наверное, уже спит… Я перестал теребить губу и убрал руки за спину. Моё движение привлекло холодный взгляд Садора. Но он тут же уставился на министра.
— Вы звали? — И склонил голову ни на градус ниже стандартного приветствия равного равному.
Его жена с незапоминающимся именем поклонилась министру чуть более почтительно. Взгляд министра слегка плыл, но он совладал с дурнотой.
— Итак, — его рокочущий голос внушал трепет. — Ради чего Хлайкери Эрджинбрасский мог похищать и убивать длоров?
Оба Эрджинбрасские спали с лица.
— Ну же, — усмехнулся министр, и в этот миг даже я не поверил бы, что он держится едва ли не из последних сил. — Давайте, рассказывайте.
— Мы ничего не знаем, — процедил Садор.
Министр звонко хлопнул по столу:
— Вы жили в одном доме. Ели вместе. Общались. — Его испепеляющий взор обратился к длорке. — Дом подчиняется вам, вы должны знать о Хлайкери больше остальных.
Она зажмурилась, ухоженные пальцы дрожали в кружевных оборках по низу корсета.
— Сначала предъявите обвинение, — вскинул голову Садор, — а потом допрашивайте. Я не намерен здесь оставаться. — Он ухмыльнулся. — Пришлите за мной послезавтра, тогда и поговорим. Если вы ещё будете министром внутренних дел.
Министр смотрел на него, как на мои эмбрионы — с неприкрытой гадливостью.
Я отчеканил:
— Вы никуда не уйдёте, пока не ответите на его вопросы. Дом вас не выпустит.
Садор аж подпрыгнул:
— Это возмутительно!
Его длорка теребила кружево:
— Думаю, надо рассказать. — Искоса глянула на багровеющего мужа. — Пусть они с ним разбираются. В конце концов, к нашей семье это отношения не имеет.
— Хлайкери нас потопит, а этот, — Садор указал дрожащей рукой на министра. — Да он завтра вылетит с поста, а все его обвинения…
— А если он женится?! — Длорка посмотрела на министра. — Вы ведь женитесь?
Его губы дрогнули в лёгкой усмешке. Нравится ему, что ли, над людьми издеваться? Или выясняет, кто ему сторонник, а кто враг? Эрджинбрасские себя зарекомендовали не очень.