Чтение онлайн

— Неужели все это правда?

Немного помолчав, Ли Сянь медленно произнесла:

— Фума перенес шок, поэтому нужно отдохнуть.

Услышав слова Ли Сянь, Линь Ваньюэ чуть не задохнулась от возмущения. Вся та терпимость и выдержка в миг исчезли без остатка. Некогда она была глубоко влюблена в мудрость и достоинство Ли Сянь, но сейчас ненавидела это лицо всем своим существом!

Но еще больше она ненавидела свое самообольщение и самонадеянные предположения!

Читая отчет за отчетом, Линь Ваньюэ чувствовала себя так, словно все это время выступала под аплодисменты Ли Сянь, которая уже знала о ее чувствах, но притворялась несведущей! Линь Ваньюэ чувствовала себя пляшущим шутом!

Ли Сянь ранила ее гордость. Ни разу в жизни Линь Ваньюэ не чувствовала себя настолько униженной! В ее груди вспыхнуло пламя!

Но все же она сдерживалась. Так как она ничего не могла сделать Ли Сянь, ей оставалось лишь схватить со стойки горшок с карликовым деревом и со всей силы швырнуть на пол.

С громким звуком горшок разбился, рассыпав землю по всему полу.

Сяо-Цы, стоявшая за дверью, услышала звук и тотчас подала голос:

— Ваше Высочество?

— Пошла прочь! — взревела Линь Ваньюэ, пнув ногой подставку, на которой стоял горшок с растением.

Выместив злобу, Линь Ваньюэ тяжело дышала и дрожала всем телом. Но когда она подняла глаза и встретилась взглядом с Ли Сянь, которая оставалась тихой и невозмутимой, как как озерная гладь, ей показалось, что ее окатили ушатом ледяной воды.

Линь Ваньюэ почувствовала, как к горлу подступает ком. Она быстро опустила голову, насмехаясь над собой: она и вправду себя переоценила. Ли Сянь никогда не было и не будет до нее дела.

Но Ли Сянь так и не произнесла ни слова, потому что все произошло слишком внезапно. Ей нужно было обдумать гораздо больше вещей, чем то, что касается Линь Фэйсина. Он только что увидел содержимое этой маленькой шкатулки, и Ли Сянь должна была разобрать все по крупицам. На данный момент все улики указывали на сяо-Цы, но Ли Сянь казалось, что все не так просто. Кроме того, она увидела только один отчет и не могла сделать поспешных выводов.

Если Линь Фэйсин прочитал только данные с северной границы, то, по мнению Ли Сянь, это пустяк. Она хорошо помнила содержание этих шелковых отчетов, и ничего такого там не было. Она не причинила вреда Линь Фэйсину. Как только этот человек вышел из себя, Ли Сянь была готова выложить все карты на стол и побеседовать с ним начистоту. В конце концов, все еще можно было уладить.

К тому же, Ли Сянь считала, что для Линь Фэйсина гораздо лучше выпустить весь гнев, чем молчать и терпеть. По словам лекаря, этот человек слишком много переживает, поэтому выплеснуть накопившееся прямо сейчас пойдет только на пользу. Именно поэтому она позволила Линь Фэйсину вспылить.

Но чувства Ли Сянь пришли в смятение. Она думала о том, как лучше замять сегодняшний инцидент. Если новость о том, что наемники проникли в поместье наследного принца, но исключительно за Линь Фэйсином, дойдет до отца-императора... Мысли императора непостижмы. Этот вопрос касался и законного наследника. Если не разобраться с этим должным образом, Линь Фэйсин будет обречен на гибель.

Линь Фэйсину еще было позволено закатывать истерику, но ей — ни в коем случае.

Однако Ли Сянь пренебрегла одной деталью — чувствами, которые испытывает к ней Линь Фэйсин.

Каким бы сильным ни был человек, он становится ранимым и уязвимым, сталкиваясь с любовью.

— Отвечай.

Ли Сянь нахмурилась. Линь Фэйсин слишком давил на нее, мешая сохранять самообладание.

Ни один человек не дерзил ей, как это делал сейчас Линь Фэйсин. Бесполезно вести с ним спокойный диалог, пока он находится в неуравновешенном состоянии. Сейчас ей казалось, что для солидного генерала Линь Фэйсин демонстрировал женские черты. Все это время державшаяся хладнокровно Ли Сянь наконец не выдержала и холодным тоном бросила Линь Фэйсину:

— Меньше знаешь, дольше проживешь.

Ли Сянь немного пожалела об этом. Эту фразу она использовала в общении со служанками, но Линь Фэйсин — совсем другое. Зачем она это ляпнула..?

Ли Сянь тихо вздохнула и схватилась за лоб, сожалея о том, что сказала не подумав.

Линь Ваньюэ все это время держала голову опущенной, поэтому не заметила на лице Ли Сянь промелька сожаления.

Она шмыгнула носом и отступила на шаг, все еще не поднимая головы. Пол под ее ногами начал расплываться. Она крепко стиснула зубы: ни в коем случае нельзя сейчас ронять слезы!

Линь Ваньюэ поклонилась Ли Сянь со словами:

— Фэйсин благодарит Ваше Высочество принцессу за проявленную милость.

Не успела Ли Сянь открыть рот, как Линь Ваньюэ повернулась и направилась к выходу.

Ли Сянь в удивлении смотрела на удаляющегося Линь Фэйсина, который с громким хлопком закрыл за собой дверь.

— Ваше Высочество! — в зал вбежала сяо-Цы и замерла на месте, увидев беспорядок на полу.

Ли Сянь стерла эмоции со своего лица и спокойно посмотрела на сяо-Цы.

Исходя из целесообразности, служанка закрыла дверь. Она поставила горшок обратно на подставку и смела грязь с земли. Ли Сянь все это время наблюдала за ней, но не заметила никаких следов паники в движениях.

Наконец, на полу осталась лишь парчовая шкатулка у ног Ли Сянь. Сяо-Цы присела на корточки и озадаченно сказала:

— Это..?

— Загляни внутрь.

— Слушаюсь.

Сяо-Цы расправила отчет из северной границы, датированный тридцатым годом Юаньдина.

— Это... старый отчет с северной границы?

Ли Сянь прищурила глаза: если бы сяо-Цы читала эти шелковые отчеты раньше, она бы точно не сказала это.

Сяо-Цы вдруг опомнилась. Она снова посмотрела на знакомую шкатулку и упала в ноги Ли Сянь:

— Ваше Высочество! Эта служанка уничтожила шкатулку собственными руками и видела, как она превратилась в пепел! Ваше Высочество, пожалуйста, поверьте!

— Собери их обратно.

— Слушаюсь!

Все еще стоя на коленях, сяо-Цы дрожащими руками начала складывать отчеты в шкатулку один за другим и, накрыв ее крышкой, подняла над головой обеими руками.

Ли Сянь взяла шкатулку и приказала сяо-Цы:

— Иди в темную комнату, у меня есть кое-какие мысли.

Из глаз сяо-Цы лились слезы. Она поклонилась: 

— Слушаюсь.

— Захвати с собой постельные принадлежности и одеяла, там холодно.

От того, что Ли Сянь все еще беспокоится за нее, сяо-Цы заплакала еще пуще:

— Благодарю Ваше Высочество за доброту, эта служанка несет на себе вину и не смеет…

— Я не обвиняла тебя ни в чем. Просто иди и не задавай вопросов. Я утомилась.