Чтение онлайн

Некоторое время мы сидели молча. Котенок допил молоко и, спрыгнув на стул, а потом – на пол, направился к своей корзинке. А через пять минут уже дремал под теплым боком одной из кошек. Да и Мадена, похоже, уже засыпала. Таблеток от головной боли я ей не дал, ограничившись успокоительными каплями.

– Кажется, кому-то пора спать.

Мадена встрепенулась и посмотрела на меня глазами человека, который секунду назад сладко дремал.

– Спать? Брайан, мне надо домой… завтра на работу.

– Я тебя отвезу. Поднимайся наверх. Я закрою дверь.

Когда я вошел в спальню, Мадена уже лежала под одеялом, свернувшись калачиком. Мой свитер до сих пор был на ней. Не сняла она и брюки. Только расплела волосы.

– Так и будешь спать в одежде? – поинтересовался я, тоже забираясь под одеяло.

Мадена пробормотала что-то невнятное и прижалась ко мне, повернувшись на другой бок. Я проверил, включен ли будильник и замер, лежа на спине.

– Спокойной ночи, милый, – сказала мне Мадена.

– Я хочу, чтобы ты жила со мной, слышишь? – вполголоса проговорил я. – Правда, ты вряд ли согласишься меня терпеть.

– А вот и соглашусь, – ответила она. – Давай обсудим завтра…

… Настроиться на разговор с Рэем у меня не получалось. Я с мечтательной улыбкой представлял себе, как в пятницу буду помогать Мадене собирать вещи, как мы перевезем их в ее новый дом. Думал о том, как она будет их раскладывать: брюки – на верхней полке шкафа, рубашки – на плечиках, обувь – в коробках под кроватью, косметика – в ванной комнате. Я сказал Мадене, что она может распоряжаться спальней для гостей так, как хочет, но на эти слова она отреагировала насмешливым фырканьем, заявив, что займет только шкаф, стол и книжные полки. После этого я переключился на вечер пятницы – следовало подумать о том, как отметить это своеобразное новоселье. Разумеется, никаких ресторанов – в ресторанах новоселье не отмечают. Надо приготовить ужин. И будет еще лучше, если мы приготовим его вдвоем.

Господин Брайан Который Был Совсем Другим Брайаном Два Месяца Назад бросил тщетные попытки вернуть мне разум и теперь печально вздыхал где-то глубоко-глубоко, окончательно убедившись в том, что лекарства от моей болезни еще не придумали.

Очнулся я только тогда, когда вошел в лифт и налетел на Агату. Моя начальница держала в руках папку с документами, которые разлетелись по всем углам.

– Извини, ради Бога, – сказал я и принялся собирать бумаги.

– Доброе утро, Брайан, – проговорила она, внимательно меня оглядев. – Твоя женщина завязала тебе галстук? Это так по-семейному.

Галстук мне действительно завязывала Мадена. Я в недоумении посмотрел на свое отражение в одной из зеркальных стен лифта и понял, почему Агата сделала такой вывод. Обычно я пользовался другим узлом.

– Я оценил твою наблюдательность, – произнес я, поднимаясь.

– Вот только помада на твоем воротничке смотрится не очень хорошо. Особенно если учесть, что ты сидишь рядом со мной на совещании и находишься в центре внимания. Твои коллеги узнают очередную драгоценную подробность: твоя женщина – брюнетка.

– Почему ты так решила?

– Такой тон любят темноволосые женщины.

Стоит только добавить «элементарно, Ватсон», подумал я с досадой, возвращая Агате папку.

– На самом деле, я видела вас в городе вдвоем, – продолжила она. – Не люблю повторяться, но у тебя отличный вкус. Вы уже живете вместе?

– Нет, но мы об этом подумываем.

– Приятно слышать. Может, на нашу с Ником свадьбу вы придете уже будучи мужем и женой?

… В офис Рэя я вошел без стука. Можно даже сказать, влетел. От неожиданности он чуть не расплескал кофе на черновик отчета о командировке.

– Брайан, ты что, с ума сошел? – спросил Рэй, сурово нахмурившись. – И после этого ты говоришь мне, что я должен ходить степенно, потому что я – твой помощник?!

– Одевайся, Рэй. Мы едем завтракать.

– Но… но я не голоден!

– Одевайся. Я хочу с тобой поговорить.

– Что-то случилось, Брайан? Ты лучше скажи мне сейчас, чтобы это меня потом не шокировало, хорошо? Кто-то умер? Ты заболел? Что-то случилось с отцом? Мадена беременна? Ну, что ты молчишь, отвечай!

– Одевайся, Рэй, – повторил я в очередной раз. – Мы поговорим за завтраком.

… Люди, наслаждавшиеся умиротворенной обстановкой простенького и дешевого кафе, недоуменно воззрились на двух мужчин в дорогих деловых костюмах и туфлях из хорошей кожи. По всей видимости, такие гости тут были большой редкостью.

– Возьму яичницу с беконом, – сказал он. – Я проголодался от твоих недоговорок. Присоединишься?

– Ты ведь прекрасно знаешь, что я ненавижу яйца. Яичницу с беконом, небольшой кусок творожного пирога и две чашки черного кофе: сладкий и вообще без сахара, – сказал я официантке.

– Ну, говори, – поторопил меня Рэй.

– Слушай меня внимательно. Не перебивай. И не нервничай.

Рэй никогда не злился по-настоящему. Разумеется, он любил грешным делом вспылить, а иногда и ругался, причем так, что женщины затыкали уши. Но он ни разу не злился так, как я – от души. «Всегда тебе поражаюсь», говорил он. «В критической ситуации ты спокоен, как стадо слонов, и рассуждаешь здраво. Зато в обычной жизни из-за глупостей можешь просто позеленеть от злости».

Сегодня я понял, что может злиться и Рэй. Если мои глаза в моменты раздражения становились светло-зелеными, то его глаза из темно-синих превратились в стальные. Он слушал молча, внимательно наблюдая за выражением моего лица.

– Так, – сказал он в конце. – Так. Давай-ка проверим, правильно ли я тебя понял. Ты нюхаешь кокаин. И ты спишь с моей женой. А моя жена спит с твоей женщиной. Так? Все верно, Брайан?

– Говори потише. Другим не обязательно это слышать.

– Ах, потише? Потише?! Вот, значит, чем занимается эта шлюха, пока ее муж разъезжает по командировкам?! А ты ей потакаешь вместо того, чтобы сказать, что она неправа! А кокаин! Ты хоть понимаешь, до чего докатился, Брайан?! А, может, вы уже пробовали втроем?!

– Еще одно слово – и я взорвусь. Давай успокоимся.

– Ну, каково это – спать с моей женой, Брайан? Эти ощушения похожи на те, которые ты испытывал тогда, или что-то изменилось?

– Если ты не прекратишь это, то я поднимусь и уйду. Мы тут не для того, чтобы закатывать истерику. А я вижу, что ты к этому близок.

Рэй похлопал по карманам брюк в поисках сигарет, проверил, нет ли пачки в карманах плаща, после чего снова вздохнул, но теперь уже обреченно.