Чтение онлайн

Наверное, поэтому я тут не задерживаюсь. Остаться – означало бы признать, что все остальное отошло на второй план. Кроме него. Но у меня действительно есть дела. Какие-то. Где-то. Зачем-то.

И вся эта неопределенность держит в тонусе. Не дает расслабиться.

Ночью, прежде чем заснуть, Романов сказал мне:

– Тебе тяжело, потому что ты не знаешь, чего хочешь.

Его голос был глухой. Его голос был у самой кожи. В районе шеи. Он обнимал меня сзади и облизывал словами. Так что я не слышала их, а чувствовала.

Я ответила:

– Мне тяжело, потому я слишком многого хочу. Одновременно. А так не бывает. Приходиться выбирать.

– Значит, ты не умеешь выбирать.

– Значит, не умею.

Его руки покоились у меня на талии. И он так крепко прижимал меня к себе, что иногда было трудно дышать. А еще было трудно вот так вот лежать рядом с ним. Просто лежать. В непосредственной близости. И до одурения вдыхать запах его кожи. Закрыв глаза, стараться запомнить момент. Каждую секунду.

– Меня никто этому не учил.

– Сама научишься, когда вырастешь.

– Будет поздно.

– Так оно обычно и бывает. Иначе никогда ничего не поймешь.

Лучше бы это был просто секс. Но секса не было. Было ранее утро и наш тихий шепот. Были осторожные прикосновение и сплетенные пальцы. Было молчание, а в молчании – отчаяние. Было то, чего никогда не было. Между нами. Что-то, что придавало минутам дополнительный вес. И этот вес ложился тяжелым грузом на плечи.

– Тогда скажите мне, мастер, как же быть? – я пыталась разукрасить безысходность иронией. У меня это паршиво получалось. Блекло и неумело.

Он не обращал на мои попытки внимания. Целовал между лопаток. Между своими ответами. Между мгновениями тишины. От его губ исходило тепло. Кожу царапала щетина. И мое дыхание перехватывало. От каждого его прикосновения.

– Привыкай считать свое решение единственно правильным.

Я смотрела прямо перед собой. В густую темноту предрассветных сумерек. Смотрела и понимала, что в чем-то он прав.

Только правота способна убить сомнения.

***

Возвращаюсь в гостиницу. Я всегда в нее возвращаюсь. Как в родной дом. В любом случае, возвращаться мне больше некуда.

На стойке регистрации, мне передают сообщение от Алины и адвоката Татьяны. В такой последовательности. Или другой. Алина напоминает о том, что в субботу мы идем на открытие клуба. Татьяна – просит о встрече. Она оставляет свой номер телефона. Алина – нет.

Алина не просит. А ставит перед фактом.

Поэтому я благополучно оставляю ее без внимания и, изучив настенный календарь, набираю со служебного телефона Татьяну.

Если понадобится, Алина и так меня найдет. Все эти напоминания, сообщения – формальность, не более. Видимость дружеских отношений. Поддержки, заботы и прочей фигни.

Татьяна будто ждет моего звонка. Отвечает тут же. На первый или второй гудок. Она говорит:

– Нам надо встретиться.

Я не успеваю ничего ответить, как она добавляет:

– Встреча затянется. Часа на три, как минимум. Поэтому мне нужно твое свободное время. Лучше неограниченное.

Прислоняюсь к стойке и лениво интересуюсь:

– Что-то случилось?

Слышу ее улыбку. Чувствую паузу. Жду.

– Мы просто должны решить один вопрос.

Вопрос мы решаем по пути в Карелию. На борту чартерного самолета, следующего заказным рейсом. На его фюзеляже – логотип частной компании. В салоне – кожаные диваны и бар с весьма хорошим набором спиртных напитков.

Чтобы организовать наш перелет, Татьяна сделала всего один звонок.

– Я не могу зависеть от регулярных рейсов, – пояснила она. – У меня есть свое расписание.

Едва самолет набирает высоту, она откидывается в кресло и расстегивает пуговицы белоснежного пальто. Лак на ногтях у нее цвета «спелая вишня». Помада – цвета «алый закат». Темно-рыжие волосы аккуратно собраны в узел.

Она смотрит на наручные часы у себя на запястье и просит принести минеральной воды. Между ее бровей пролегает крошечная складка.

Примерно через двадцать минут, Татьяна дотрагивается до моей руки и просит посмотреть в иллюминатор. Но за толстым стеклом я не вижу ничего, кроме бескрайней зеленой равнины с вкраплением голубых озер. Самолет заходит на вираж. Чуть наклоняется и сбрасывает высоту. Однако от этого картина не меняется. Я молча смотрю на землю, и все так же ничего не вижу. Ничего нового. Ничего из того, что могло бы привлечь внимание. Когда мне надоедает бестолково пялиться на Карелию, вид сверху, перевожу на нее недоуменный взгляд.

– И что?

И тут, как я понимаю, мы доходим до самого интересного. На ее губах появляется улыбка. А в руках, как у фокусника, папка с бумагами. Она достает из портфеля ручку и начинает шелестеть передо мной листами.

– Общая площадь участка составляет около четырех тысяч гектаров.

Она открывает ноутбук, достает калькулятор. Она чертит передо мной какие-то таблицы и показывает сводки. Она рассказывает, что вся эта земля принадлежит мне. Будет принадлежать. После суда. Но пока есть время, лучше уладить проблемы сейчас. Какие проблемы? Участок не разработан и не пригоден для использования. Массив окружен лесом, и к нему нет никаких транспортных подводок. В общем, это как участок на Луне. Так же бесполезно. Можно повесить на стену сертификат « У меня есть ЛЕС». Не более. У меня сорок квадратных километров природы. Девственной природы. И никакого домика на берегу.

– Мне нужно твое согласие на продажу, ведь у нас совсем иные цели. При удачной сделке, за него можно получить хорошие деньги. Очень хорошие, – подчеркивает она, и в ее глазах появляется блеск азарта. Хищный металлический блеск.

Я снова поворачиваюсь к иллюминатору. Изучаю пространство. Внимательно изучаю. Широкую пойму реки, холмистые склоны, извилистую нить грунтовой дороги.

– Я найду для земли покупателя, – уверенно продолжает она, бросая на меня короткий взгляд. – На самых выгодных условиях.

Растерянно киваю. Это чертовски разумное решение. Продать. Избавиться. И воплотить в жизнь свою заветную мечту о тихой гавани. Внутренне я почти соглашаюсь с ней. И не поворачиваясь, отвечаю:

– Найди группу исследователей почвы. Геологов, геодезистов. Пусть проведут здесь полный анализ. Результаты пришли мне. Потом будем решать.

Татьяна какое-то время молчит. Видимо прикидывает в уме рентабельность данного мероприятия. План его выполнения. Пути, возможности, все входы и выходы. Просчитывает. Моментально.