Чтение онлайн

Тревога накрывает настолько сильно и мощно, что меня буквально подбрасывает от напряжения. Не могу совладать с охватившей тело паникой.

Поднимаюсь с постели, плотнее запахиваю халат. Пальцы сводит нервная дрожь. Холод разливается под кожей, хотя в номере тепло. На автомате отмечаю цифры, горящие на электронном табло.

Оборачиваюсь и смотрю на Марата.

Кажется, весь мир вокруг рушится и распадается на части. А он точно скала. Несокрушим. Никакие вихри и бури ему не страшны. Выстоит.

Ему явно не так холодно, как мне. Он даже не потрудился одеться, просто остановился на том, что обернул полотенце вокруг крепких бедер. Одеялом пользоваться не стал, расположился сверху.

Отворачиваюсь и подхожу к окну. По ту сторону стекла никого нет. Центральные улицы Нордкапа опустели. Здесь все магазины закрываются не позже восьми вечера, а сейчас на часах полночь. Да и погода не располагает к прогулкам. Снаружи буйствует вьюга, настоящий снежный буран. Хотя жителям Севера такое должно быть привычно. Вряд ли их можно удивить снегом.

Я надеюсь немного отвлечься, снизить градус тревоги, но получается совсем наоборот. Чем дольше смотрю на очертания королевского дворца, тем сильнее меня накрывает.

Я с трудом могу поверить в те легенды о берсерках. Проще считать Марата психом. Хагена тоже. Я не хочу разбираться в тонкостях. Мечтаю, чтобы это закончилось.

Иллюминация на площади отключается. Фонари гаснут. Но это едва ли бросается в глаза, слишком много вокруг снега. Освещение будто и не требуется.

Я застываю, когда в одном из резных окон королевского дворца вспыхивает свет. Горло перехватывает стальной обруч, грудь сдавливает. Мне кажется, прямо сейчас я вдруг оказываюсь посреди улицы. Снег замерзает на губах. Ледяной ветер хлещет по лицу. Согреться невозможно.

Черт. Это же глупо. Рано бояться. Слишком рано. Впереди маскарад. Хаген любит все планировать заранее. Он начнет действовать именно там, посреди торжества.

Или нет? Кто знает, что взбредет ему в голову?

Знаю, прозвучит безумно, только я уверена Хаген сейчас стоит у окна. Там, вдали, в своей резиденции. Наблюдает за мной.

Стоп. О чем я думаю? Может, мне показалось. Никто не включал свет. Это просто отблеск.

Снегопад усиливается. Теперь и правда трудно различить детали.

Мне страшно. Проклятье. До чего же мне страшно. Ничего похожего я не испытывала раньше. Даже когда не понимала, какой долг Марат собирается с меня взыскать. Даже когда осталась с ним наедине в оружейной комнате. Дважды. Даже когда он брал меня на глазах у всего своего чертового клана. Даже когда мы планировали разыграть нашу смерть в автокатастрофе.

Холод пробирает до костей. Никакие таблетки здесь не помогут. Никакое успокоительное не сработает.

— Я смогу тебя защитить, Вика.

Хриплый голос обдает жаром. Резко оборачиваюсь и отшатываюсь, упираясь спиной в прохладное стекло.

— Марат, я…

Начинаю и замолкаю. Под его горящим взглядом забываю, о чем собиралась сказать. Он смотрит на меня так, будто касается. Глазами обводит каждую черту моего лица точно дотрагивается пальцами. Скользит по ресницам, по скулам, по щекам. Ниже опускается, обводит линию губ, ласкает подбородок, накрывает горло.

Лед сменяется огнем.

И я потуже затягиваю пояс халата. Стараюсь собраться, прояснить собственный разум, избавиться от странного дурмана.

Из холода в жар и обратно.

Надеюсь, Марат не понимает, как действует на меня сейчас. Момент слабости. Моя уязвимость ощущается особенно остро. Безотчетно возникает желание, чтобы он обвил меня руками, прижал к своему сильному телу. Согрел, успокоил.

Что за чушь? Он угроза. Чужой человек. Теперь — чужой. Только черт побери, кому я лгу? Кого пытаюсь обмануть? Саму себя?

Марат никогда не станет для меня чужим. Слишком много всего между нами. Слишком крепкие цепи нас друг к другу приковали. Такую связь нельзя разорвать. Никогда.

Нить накала ощущается физически. На уровне первобытного инстинкта.

— Вика.

От того тона, которым Марат произносит мое имя, под кожей пробегают разряды электрического тока. Всего несколько звуков. Одно короткое слово.

— Ты моя, Вика, — продолжает он и смотрит в мои глаза так, будто за душу держит, за сердце, проникает в мой пульс и отражает каждый удар. — Моя.

Не знаю, как объяснить то, что происходит дальше. Если только помутнением сознания.

Марат шагает вперед, сокращая расстояние между нами. Склоняется надо мной, накрывает плечи ладонями. Впивается в мои губы. Жадно. Глубоко. Горячо.

Он целует меня так, что земля уходит из-под ног. А я не делаю ни единой попытки вырваться. Не сбрасываю его руки со своего тела, не отстраняюсь. Наоборот. Я запрокидываю голову назад, чтобы ему было еще удобнее меня целовать.

Мои ладони опускаются на каменный торс. Пальцы скользят по рельефным мышцам. Кожа Марата кажется раскаленной. Об него и обжечься можно. А мои руки будто пронизаны, пропитаны холодом. Но это чувство быстро проходит. Кипяток разливается внутри, проникает в каждую мою клетку.

Я будто возвращаюсь в прошлое. Окунаюсь туда, где была несколько лет назад. И то же время все абсолютно иначе.

Другие поцелуи. Другие ласки.

Я не могу разобраться. Просто ловлю ощущения. А ведь я успела забыть как это, желать кого-то, чувствовать возбуждение, отдаваться мужчине.

Осознание накатывает тягучей волной.

В движениях Марата нет привычной похоти. Нет жажды подавить и присвоить. Вроде бы ничего не меняется. И тут же меняется все.

Его крупные ладони забираются под мой халат. Горячие губы покрывают мое лицо хаотичными поцелуями.

Я чувствую, как он сдерживает себя, как укрощает животные порывы, как через волю подавляет силу, как загоняет свою животную часть подальше в клетку.

Не могу его остановить. Не хочу. Краем сознания понимаю: нужно. Вот прямо сейчас. Давай, отодвинься, оторвись, пока не стало слишком поздно.

Но нет. Ничего не получается. Ведь я ничего не делаю. Точнее делаю, но явно не то, что надо. Накрываю широкую спину ладонями, прижимаюсь к мускулистому телу.

Навечно к нему прикована. Только рядом с ним чувствую себя живой.