Чтение онлайн

Он все время избегал моего взгляда, вероятно уже понимая, что если отец не появится скоро… следующим окажется он.

Наши глаза все же встретились на миг, и его подбородок чуть заметно дрогнул в знак признания.

Я уже перерезал горло старому Командиру боевого крыла моего отца. Его звали Гуань, и я знал его куда хуже, чем остальных. Но отец любил его, и я прекрасно понимал, что это выведет его из себя. Другой мужчина кинулся на помощь Гуаню, и я разрезал его шею тоже.

Я уважительно кивнул Джею.

Ты тоже умрешь, Джей, если мой отец продолжит выебываться.

Я посмотрел на часы:

— Три минуты.

Тетя Мин шевельнулась:

— Л-лэй… я понимаю. Однако…

Сегодня на ней было то, что она носила, когда была Белым Веером моего отца, человеком, управлявшим всеми нашими легальными финансовыми и деловыми делами. Формальное шелковое ципао — лазурное, расшитое серебряными пионами.

Я приподнял брови:

— Однако что?

— Лео скоро придет с Моник. Нет нужды причинять еще больше крови этой ночью. Нам уже придется похоронить Гуаня и Цзетана…

— Не забудь и про моего отца. Мы похороним и его.

Несколько человек на той стороне встрепенулись.

Чуть дальше сидели еще несколько старых Синих Фонарей8 отца, рядом с рядами мужчин в синих парадных костюмах. Солдаты, носильщики оружия и низкоранговые убийцы. Верные тени моего отца.

Они слышали меня, но постарались не смотреть в мою сторону. Им было ясно, на какой энергии я сегодня. Я, блять, перережу их всех, стоит им только взглянуть на меня не так.

Пока Мони не окажется рядом со мной, каждый из них мог почувствовать вкус этого клинка.

— Тик-так. — Я перевел взгляд на свою сторону стола, к новой крови.

Мои люди. Те, кто прикрывал меня и был готов сожрать все, что построило старое.

Позади тянулся длинный и абсолютно ненужный месяц хаоса, и мы все были, блять, смертельно от этого усталы.

Все это дерьмо закончится сегодня ночью.

Слева от меня сидел Чен. Под его привычной сдержанностью глаза горели тихим нетерпением. Сегодня он облачился в лучшее, костюм цвета черных чернил с нагрудным платком цвета полуночного неба.

Отец наконец довел Чена до того предела, когда даже он был готов к его смерти.

Рядом с Ченом сидела Джо, напряженная и без улыбки. Она явно переживала за сестру.

И все же я гордился ею.

Перед тем как убить тех мужчин, я сказал Джо закрыть глаза.

Она не закрыла.

Вместо этого смотрела, как я разрезал им глотки, и даже не дрогнула.

А теперь сидела молча, наблюдая и, вероятно, делая свои выводы.

На другой стороне от Джо сидел Дак, единственный, кто был одет не для торжественного собрания. На нем была одежда для боя, простая синяя рубашка, легкие штаны и боевые ботинки.

Чуть дальше сидели Ху и фрейлины Мони. На них были костюмы, идеально скроенные, темно-синие, с тонкими серебряными нитями, пробегающими по ткани. Каждая из них выглядела смертельно опасной.

Я посмотрел на часы.

— Одна минута.

Тетя Мин тяжело вздохнула.

Я крепче сжал рукоять Парящей Драгоценности, костяшки побелели, а напряжение за столом натянулось до предела, острого, как лезвие.

Еще одна капля крови скатилась с клинка и упала на стол с мягким, нарочито отчетливым кап.

Через стол Джей напрягся и выпрямился, словно готовясь в любую секунду вскочить.

Все правильно. Я понимаю. Ты должен защищаться. Я бы тоже так сделал на твоем месте.

Его отполированное спокойствие начало трескаться, взгляд метнулся от клинка ко мне.

Он не был дураком.

Он знал, на что я способен.

Знал, на что я готов пойти.

Он был одним из тех, кто в детстве стоял рядом и наблюдал, как мой отец превращал меня в ебаного убийцу.

Следом пошевелился Хэм, старый Мастер Благовоний.

Я уловил едва заметное напряжение в его руках, легкий дерг пальцев, когда его ладонь потянулась к коленям.

За чем он тянулся?

За клинком, который каким-то образом пронес сюда?

За пузырьком с ядом?

Он был известен такими выходками.

Мне было плевать.

Пусть попробует. Я прикончу этого ублюдка тоже.

Ярость закипала в моей крови, как огонь.

Со стороны отца за столом все чувствовалось, как плотина, готовая вот-вот прорваться.

Тетя Мин нервно ерзала:

— Лэй, прошу тебя.

Хэм заговорил:

— Мы не позволим тебе убивать кого-либо за этим столом… Хозяин Горы.

Рядом со мной Чен пошевелился ровно настолько, чтобы его заметили:

— Вы будете сидеть на местах. Все. Потому что если вы встанете против Хозяина Горы, то получите по заслугам.

Несколько людей отца замерли.

Резкий вдох тети Сьюзи рассек воздух, как осколок стекла.

Голос Дака прозвучал небрежно, словно он обсуждал погоду:

— Стоит кому-то рыпнуться, и мы тоже рыпнемся. А если честно, я вообще готов драться прямо сейчас. Ну что, кто-нибудь?

Они молчали.

Напряжение стянулось еще сильнее, пронзая пространство, как тетива лука, натянутая до предела.

Я уже собирался снова взглянуть на часы, но оркестр вдруг споткнулся.

Вот так, внезапно.

А потом быстро заиграл другую мелодию.

Что за…?

Звук изменился, развернувшись в незнакомую мне мелодию — медленную, завораживающе-жуткую, змеей пробирающуюся сквозь Святилище.

Что они играют?

Разговоры по залу стихли.

Вилки замерли.

Все головы повернулись к входу в павильон.

Тетя Мин заговорила:

— Они идут. Это должно быть Лео и Моник.

Рядом со мной напрягся Чен:

— Но что, черт возьми, играет оркестр?

Я не ответил.

Мелодия проползала по павильону, закручиваясь вокруг колонн, как дым, и сочилась зловещей, ленивой уверенностью, от которой у меня на затылке встали волосы.

Это был джаз, медленный, чувственный и темный, словно из старого фильма, где смерть входила в зал с улыбкой и огромным ножом в руках.