Чтение онлайн

Через несколько минут после появления света в кают-компании появилась Элиэн.

— Мы почти на месте. Можете выходить на палубу, — сообщила она.

Вид у Странницы был потрепанный. Плащ, который ей одолжила Феликса, из черного стал серым и протерся в нескольких местах. В волосах проглядывали серебристые прядки. Лицо, правда, осталось таким же юным, почти гладким: только между бровей пролегла суровая глубокая морщинка.

Акыр тут же вскочил, толкнул в плечо Кистеня:

— Вставай, свиная харя! Легенду пропустишь!

— Афхрр… кхе, кх-ха-а-ам, — Кистень прокашлялся, проморгался. — О! Свобода что ли?

— Шевелись, старпер! — покивал капитан и ушел отдавать приказы.

Элиэн опустилась на его место, свернулась в кресле с высокой спинкой.

— Мы можем тебе как-то помочь? — забеспокоилась Брисигида. — Ты выглядишь очень уставшей.

— Сколько времени по-вашему прошло? — отозвалась Странница.

— Дней семь-восемь, может, чуть больше, — ответил ей Лаэрт.

— Мне показалось, что прошло лет десять, — усмехнулась девушка. — Годы бессонницы и одиночества…

— Кошмар, — пискнула Дина. — Тебе надо поспать? Хочешь, я расскажу тебе сказку?

— Хочу… — зевнула Элиэн.

Девочка стала рассказывать старое сказание горцев об ирбисе и орле, которые не поделили добычу. Дина сбивалась, постоянно переспрашивала подробности у Цефоры, но Странница уснула с первых же слов и не могла заметить мелких огрехов рассказчицы.

Данатос дождался, пока девочка закончит историю, и отнес Элиэн в ее каюту.

***

— Земля!

Кайл кричал из вороньего гнезда. С палубы еще ничего не было видно — только морская синева до самого горизонта.

— Смотри-ка, — Лаэрт хлопнул Феликсу по плечу, — добрались таки. Даже прикончить меня не успела!

Феликса поперхнулась ломтиком вяленого мяса, который рассеянно жевала последнюю минуту.

— Рада, что у тебя есть настроение так шутить, — съехидничала она, прочистив горло. — Мне вот что-то вообще не смешно.

— Зато я воочию убедился, что тебя реально надо спасать, — улыбнулся Лаэрт. — Прежде из тебя была не очень убедительная мертвячка.

— И когда у меня руки почернели по локоть? — подняла бровь чародейка.

— Я этого не видел.

— И когда я черной слизью блевала после похода на Окуби?

— Видал пищевые отравления, которые выглядели пострашнее, — хохотнул фехтовальщик. — Предвосхищая твой вопрос про Септаграта — от него ты вернулась просто чуть бледнее обычного. Ну, может синенькая маленько местами…

Феликса скрестила руки на груди.

— Да… знала бы, что ты такой непробиваемый — покусала бы еще на Паланийских островах.

Лаэрт рассмеялся. Вспышка некротического гнева Феликсы на него будто ни капли не повлияла.

— Да я лакомый кусочек! Каждый норовит откусить.

Анаштара и Септаграт больше не поддерживали свое путеводное заклятие. Они очень изменились за время, проведенное в пути. Демоница больше не похвалялась ветвистыми рогами — на голове остались только маленькие отростки. Алые волосы стали заметно короче. Глаза теперь походили на человеческие — светлые белки, круглый зрачок и радужка, правда, ярко-оранжевого цвета.

Септаграт и вовсе лишился рогов. Ноги приняли обычный вид, как у смертного мужчины, не считая остатков чешуи на бедрах, ягодицах и лодыжках. Татуировки потемнели и больше не шевелились.

— Свобода-а-а! — Анаштара танцевала на кончиках пальцев, размахивала руками.

— Свобода… — эхом отозвался Септаграт. — Мы дома.

— Еще нет, — на палубу вышла Маронда, опираясь на посох двумя руками. — Акыр!

Капитан подошел к старухе ближе — ее голос сильно ослаб за время путешествия.

— Ляг в дрейф, сынок, — попросила его чародейка. — Не спешите туда, на Остров.

— Почему? — нахмурился горец.

— Чуйка на сердце давит, — Маронда сгорбилась, закашлялась.

Феликса подошла к ней, обхватила за плечи.

— Что с тобой? — тихо спросила девушка.

— Устала я, девочка, — вздохнула Маронда. — Все-таки в моем возрасте такие путешествия изматывают.

— Попрошу Брисигиду…

— Брисигида уже сделала все, что можно было сделать для такой развалины, как я, — прервала ее наставница. — Вот что, дорогая… пойдем-ка подальше от этих древних чертей, — она кивнула на пляшущую демоницу и неподвижного лешего.

Маронда тяжело прошаркала к борту поближе к корме. Феликса медленно шла за ней.

— Страннице еще предстоит последнее испытание, — проговорила старуха, — но я не сомневаюсь, что она с ним справится. А ты — не вздумай к ней соваться, если что случится, поняла?

— Не буду, — пообещала Феликса, поджав губы. — Мне хватило.

— Смотри у меня, — буркнула старая волшебница. — Что ты будешь делать, когда спасешься?

Феликса несколько раз моргнула. И правда, что?

— Не знаю, — призналась она. — Не думала еще. Как-то не до того было…

— У-у, балда, — махнула рукой Маронда. — Забыла что ли, в чем твой долг?

— Какой долг? — снова моргнула девушка. — А-а-а, ты про приказ императора?

— Ветер один у тебя в голове, — ворчала старуха, — я уж думала, ты хоть немного позврослела за это время!

Феликса вздохнула.

— И что я должна с этим делать? У меня нет ни армии, ни даже просто последователей, ни оружия…

— У тебя есть казна, — наставница подняла вверх узловатый палец. — На казну ты наймешь себе армию. Союзников ты найдешь себе без проблем среди волшебников, элементали уж точно не поддерживают антимагов…

— Зачем мне вообще бороться за власть? — меланхолично возразила Феликса. — Революция увенчалась успехом не без причины. Простым людям, может быть, после переворота живется лучше, чем до.

Маронда покивала.

— Рада, что тебя это заботит. Но предположение до невозможности глупое! — тут же плюнула она. — Ты видела, что творят антимаги. Это надругательство над природой! Мне с таким уже доводилось бороться, и я тебя уверяю — никто не хочет жить под властью тех, кто рушит законы природы.