Чтение онлайн

— Я не планирую никуда уезжать, Эмма, — призналась я, затем рассеянно добавила: — По крайней мере, пока Меррик не захочет этого.

Она бросила взгляд через плечо, и я проследила за ее взглядом. Меррик стоял у меня за спиной, когда я говорила, и он выглядел не слишком счастливым по поводу услышанного.

— С чего ты взяла, что это вообще случится? — прогремел он.

Эмма нежно улыбнулась, но ее голос был пропитан сарказмом, она явно осуждала своего сына, когда произнесла:

— Я просто не могу представить, что заставило ее так думать, Меррик. Кажется, вам двоим нужно кое-что прояснить.

Это заставило его закрыть рот, и я не могла бы любить эту женщину больше, чем сейчас.

Мы попрощались, затем остались только я и Меррик. Я нервничала, не зная, когда это произойдет, но зная, что что-то произойдет.

Я начала мыть посуду и напевать про себя, стараясь сохранить чувство удовлетворения от этого вечера. Спустя минуту руки Меррика обвили меня за талию, напугав меня.

— Ты незаметный.

— Конечно. Я как кот.

Я улыбнулась, мне нравилось чувствовать его руки вокруг себя. Он поцеловал меня в шею, отчего я ощутила покалывание в позвоночнике. Его руки двинулись по моим бедрам, и он прижался ко мне твердым торсом.

Тарелка в моей руке упала в раковину, и я закрыла глаза. Я никогда не думала, что чувствовать подобное вообще возможно. Любить кого-то так сильно и чувствовать к нему или к ней такую страсть, что от этого все остальное исчезает.

Меррик продолжал целовать меня в шею, облизывая и покусывая, пока не превратил меня в соломенный тюфяк.

— Ты нужна мне, Грэйс. Мне нужно чувствовать тебя, быть внутри тебя.

Он снова прижался ко мне, заставив меня застонать и прижаться в ответ.

— Черт, я не могу ждать.

Он развернул меня, резко прильнув губами к моему рту и обхватив пальцами мою задницу. Он собрался с силами и поднял меня, чтобы я обвила его бедра. Отступив в сторону, он грубо бросил меня на стойку. Мои пальцы нашли пояс его джинсов прямо под его подтянутым животом. Я запустила пальцы внутри, в то время как его руки шарили по моему телу, останавливаясь на некоторых местах, что сводило меня с ума.

Мне было мало его, особенно когда все в нем источало силу. Его грудь, его живот, этот знак V на его бедрах. Шрамы, которые покрывали его левую сторону, заставляли меня хотеть его еще больше. Когда его руки накрыли мои груди, я не сдерживала всхлип, желая большего, но не была уверена, как это получить.

— Я ведь тоже нужен тебе, Грэйс? — сказал он хрипло. — Я позабочусь о тебе. Обещаю.

Его руки опустились на мои бедра, скользнув внутрь, коснулись моего входа, массируя, пока я не начала бедрами сжимать его руку. Я нащупала пуговицу на его джинсах и вдруг снова оказалась на ногах, шатаясь и тяжело дыша. Он быстро разобрался с моей блузкой и штанами, затем снова поднял меня на стойку, одновременно сняв с меня трусики. Его рука вернулась туда, где она нужна мне была больше всего, и когда его пальцы нашли мое средоточие, я закричала.

— Меррик, пожалуйста.

Он просунул палец внутрь меня, заставив мою кожу гореть, и прильнул губами к моей груди.

— Так стань для меня мокрой.

Несколько секунд спустя он устроился и подался вперед.

Это было словно возвращение домой. Эта связь была как ничто другое в мире. В этом я была полностью уверена.

— Ты хоть представляешь, что ты делаешь со мной? — прогремел Меррик мне в ухо. Он подтянул меня ближе к стойке, войдя глубже. Когда он был полностью во мне, то остановился. — Скажи, что знаешь, — прошептал он.

Я знала. Я знала, что он меня любит. Я каждый день это чувствовала. Те дни без него, однако, заставили меня сомневаться.

— Меррик.

Он уронил голову и уткнулся мне в шею.

— Ты должна знать, Грэйс. Я не могу сделать это без тебя, так что ты должна убедиться, что ты знаешь.

Я закрыла глаза, с моих губ слетел вздох, когда он подался вперед. Его язык скользил по моей коже, и был не важно, что я знала, я все равно была не в состоянии сказать ему.

— Мне нужно снова тебе показать? — требовательно спросил он.

Он начал отступать. У меня глаза в панике широко открылись, ноги вокруг него напряглись, отказываясь позволить ему отпустить мое тело. Он был слишком сильным. Вдруг он отстранился от стойки и потянул меня с собой. В ту секунду, когда мои ноги коснулись пола, он развернул меня.

Рукой он надавил на центр моей спины, прижав грудь к стойке, в то время как другая рука потянула бедра назад. Я перестала дышать, жар залил щеки, когда эта рука скользнула у меня между ног. Он то и дело трогал меня с какой-то целью.

— О, Боже.

— Я обожаю показывать тебе, малыш, но мне нужно, чтобы ты действительно поняла.

Поняла что?

Я не могла сосредоточиться на том, что он говорил. Особенно когда его ловкие пальцы удерживали меня на грани. Без предупреждения он вынул руку.

— Нет.

— Я не могу ждать, — признался Меррик, затем резко вошел в меня сзади.

— Да! — закричала я.

Он взял меня грубо у стойки, обхватив мою грудь и таким образом придерживая меня, контролируя каждый момент.

Это длилось совсем недолго. Он едва начал, когда я запрокинула голову назад и выкрикнула его имя. Его тяжелое дыхание в ответ сказало мне, что он тоже близок.

— Грэйс.

Он накрыл телом мою спину, нежно целуя меня в шею, пока мы оба переводили дыхание.

— Я люблю тебя, — негромко сказал он. — Не забывай об этом.

***

В конце концов, мы оказались в кровати, я лежала, растянувшись на груди Меррика, а он тихо ласкал мою кожу. Некоторое время спустя он соскользнул с кровати и обнял меня за талию. Я закрыла глаза, когда он уткнулся лицом мне в шею, быстро поцеловав, прежде чем снова устроился.

— Я мог бы остаться здесь навсегда, ты ведь знаешь это? — вздохнул он, уткнувшись носом мне в шею.

Я протянула руку и запустила ее в его густые волосы, чувствуя вибрацию от радостного напевания под нос на коже.

— Это было бы ужасно скучно, да?

Он покачал головой, притянув меня невозможно близко.

— Нет. Здесь безопасно. Не нужно принимать решения, никакого стресса или беспокойства. Просто безопасно.

Его дыхание щекотало мне кожу, пуская дрожь по всему телу. Он зарылся поглубже. Я хотела остановить время. Просто застыть на этом моменте и забыть остальное. Он был прав. Здесь было безопасно.