Чтение онлайн

— В-вы же Джулия из “No Promise”! Пресвятая Батори, я не сплю? Ущипните меня!

— С удовольствием, паршивка мелкая, — буркнула сова, вычесывая растрепанные перья.

Услышав свой сценический псевдоним, Ким тот час выпрямилась, натянув рабочую улыбку, какой встречала всех фэнов:

— Спасибо, что слушаете нас! Мы и дальше будем стараться ради наших дорогих фанатов!

Камелия вновь запищала, топая ножками. Господарыня попросила у певицы автограф, но ни у кого из них не оказалось ручки. Тогда, младшая Стригой прокусила себе запястье, потребовав расписаться на предплечье кровью. Это был самый странный автограф, который Ким довелось оставить. Сплюшка наблюдала за происходившим с округленными от изумления глазами. Похоже, Лили сильнее удивилась тому, что Ким оказалась звездой, нежели Юля, в свое время, изумилась тому, что сова разговаривает.

— Так ты знаменитость! Расскажу подружкам, что встретила такого ВАЖНОГО человека, — съязвила Лили, усаживаясь рядом с Ким.

— Только не сболтни сорокам, а то всем растреплют, что я труп. Понимаешь, мне бы не хотелось это афишировать. Плохо для имиджа, — парировала Ким, легонько щелкнув сплюшку по клювику.

— Ах ты…

Но Лили не успела договорить. Камелия подхватила ее, выбив несколько перьев из крыльев.

— Побежали! Не терпится тебя всем представить!!! — хихикнула господарыня, забегая в подъезд, — Томка, дай ей пропуск, да поживей!

Юля нехотя протянула ладонь старушке, вспомнив, что делал Денис.

— Умная девочка, — прокряхтела Тамара Марковна, прежде чем лизнуть руку Ким.

У Юли занялся дух, когда она вошла в церемониальный зал. Девушка невольно раскрыла рот от удивления, погрузившись в изящный полумрак огромного мраморного склепа, наполненного не-живыми монстрами в брендовых шмотках. Ночная знать сверлила ее глазами сквозь прорези костяных масок, и тогда готичное очарование улетучилось. Ким прекрасно знала эти взгляды, какими свежевали ее гости замка. Певица чувствовала себя так же, когда выступала на сцене в короткой юбке, или выполняла то, что ей велел Сологубов. Для них она всего лишь мясо в красивой упаковке.

Камелия, скакавшая впереди, куда-то исчезла, унеся с собой и Лили. Ким осталась одна посреди зала, слыша, как гул неразборчивого шепота перерастал в хищное шипение. Смутившись живых угощений, Юля просеменила к “чаше с пуншем” за напитком, пытаясь затеряться. Пьянящие ароматы алой жидкости дурманили. Колики свели желудок — то ли от голода, то ли от паники. Барабаны били в висках, густой шепот вокруг сливался с григорианским хоралом, и все это вторило желанию, что зарождалось внутри. Ким показалось, что ледяной сквозняк пронзил ее, и вампирша поежилась от холода. Мурашки покрыли кожу под мешковатым худи. Юля зачерпнула кубком пунш из большой бронзовой чаши, и поднесла сосуд к губам, как вдруг ее запястье перехватили.

— Снова ты в рот всякую гадость тащишь, — упрекнул Денис, забирая бокал у Юлии, и мигом осушив его залпом.

— Проклятье, лейтенант! Повесь уже на шею колокольчик. Нельзя же так подкрадываться!

Юлия подняла еще сосуд и потянулась к чаше с пуншем.

— Тебе не стоит пить кровь, если хочешь вновь стать человеком.

Ким шарахнула кубок на стол:

— Я жрать хочу! Еще немного и на кишках повешусь. И какого черта здесь так холодно?!

— Терпи. Твое тело начинает терять тепло, и вернуть его может лишь кровь. Мы замерзаем без нее настолько, что в конце концов цепенеем, как лягушки или змеи.

— И ты хочешь, чтобы я околела?

— Либо так, либо — добро пожаловать в клуб. Свой зонтик можешь забрать на выходе.

— Нахрена мне зонтик?! Черт! — выругалась Юля, отвернувшись от стола, скрестив руки на груди, — Эти знатные говнюки что-то знают про отель?

— Мы достигли определенных договоренностей. Стригои помогут отыскать твоего убийцу, но не за даром.

— Везде одно и то же. Богатеи развлекаются с лупой, поджаривая нас, как букашек. А мы только и можем, что быстрее шевелить ножками.

— Выше нос, букашка. Ты в этом забеге не одна.

— Ага, как минимум, над ухом постоянно жужжит один надоедливый комарик, — слабо улыбнулась Ким.

Хоралы утихли.

Холопы в ливреях засуетились, вынося музыкантам инструменты. Это служило знаком перехода от траурной секции к чествованию нового члена господарской семьи. Музыканты в рясах заняли подготовленные места, вооружившись скрипками и флейтами, гобоями и литаврами, превратившись из хора мрачных монахов в камерный оркестр. Гости замерли в предвкушении. Некоторые кавалеры склонились перед дамами, приглашая спутниц на танец. Вампирши кокетливо посмеиваясь, награждали благородных мужей своим расположением.

Грянули литавры!

Скрипки надрывно пронзили воздух, увлекая за собой духовые в “Пляске смерти”. Ожившие мертвецы прошествовали в центр бального зала, самозабвенно отдаваясь вихрю танца.

— Тебе не мешало бы согреться, — сказал Денис.

— Лейтенант, вы приглашаете меня?

— По крайне мере пытаюсь, — смутился Чернопалов, — Когда еще представится возможность позлить столько голубокровных.

— Да ты их просто ненавидишь, — изумилась Ким, — Что они тебе сделали?

— Помимо очевидного? Из-за таких вот гадов погиб мой учитель.

— Извини… я…

— Ничего, проехали, старая история.

— Брось, такие истории как хреновый ремонт, ну, знаешь, когда лепишь жвачку к трубе, и типа: “о, не течет!”. А потом просыпаешься от того, что соседи выносят дверь.

— Это что-то из личного опыта?

— Клянусь, я все возместила, — заверила певица, а потом, поколебавшись, все же решилась спросить, — Как его звали? Твоего учителя.

— Николай Романович, — помешкав, ответил Чернопалов, — Надоедливый старик с говеным характером. Телик врубал на полную, хранил распятия в сахарнице, чеснок жрал, как семечки…

— Похоже, ты им сильно дорожил.

Денис притих, а потом залпом осушил кубок с кровью.

— Ладно! Вот теперь и мне надо развеяться.

Чернопалов протянул Юле руку, отвесив несуразный поклон:

— Так что? Потанцуем?

— Ты сам на это подписался, лейтенант. Смотри не отставай!

Ким приняла приглашение Чернопалова, и они ворвались в безумную пляску, кружась под расписным сводом. Юле казалось, будто волки с барельефов скачут вокруг них, мерцая золотом. Скрипки гнали вперед, а бой литавров разбивал пары, лишь для того, чтобы вновь воссоединились в дьявольской чехарде. Ким задрала голову, задыхаясь от восторга. Черти метались над ними, вокруг нагой нимфы, заливавшейся смехом.

— Кто она? — спросила Юля, не в силах оторвать глаз от фрески.

— Господарыня Батори, — ответил Чернопалов, проносясь за спиной Ким в пируэте, — Омывает руки в Граале.

— Похоже, она умела веселиться. Кровавые оргии — не мое, но за размах уважаю.

— Это не то, о чем ты подумала. По легенде, в чаше не кровь, а вино. Черти беснуются оттого, что Батори преодолела наше проклятье. Ее почитают, как святую, а Грааль до сих пор ищут многие поколения вампиров.

— А почему просто не спросить у этой Батори где Грааль?