Чтение онлайн

— И как это никто не догадался? — съязвил Денис, — Бесы разорвали ее, в знак назидания другим вампирам, как только Святая сделала первый глоток вина.

— То есть, демоны тоже существуют?! — выдохнула Юля, когда их кисти скрестились, и они описали круг, глядя друг-другу в глаза.

— А как же. С парочкой из них ты уже встретилась.

— Да брось! Ты врешь. Кто?!

Денис подхватил Юлю в полу-повороте. Они пронеслись через зал, кружа между парами, пока не оказались у оркестра. Литавры громыхнули в очередной раз, и тут струна одной из скрипок лопнула, взрезая музыканту палец. Чернопалову показалось, что капли крови замерли в воздухе, когда на бешеной скорости в оркестр влетел юноша. Он выхватил из рук скрипача смычок, и рванул к алтарю. Пробившись через охрану, парень выбил зубы гвардейцу, и почти дотянулся до крышки гроба, как в ту же секунду стекло одного из балконов разбилось. Осколки заплясали по мраморному полу. Матрона дома Стригой выпрыгнула из ложе, рванув наперерез нарушителю порядка.

Два тела покатились по полу — комок локтей, колен и клыков, рвущих друг друга в клочья. Удар за ударом, и вот, Екатерина Стригой оказалась на лопатках, а деревянный смычок уперся ей в ребра. Над вампиршей, оскалившись, навис юноша, похожий на диснеевского принца из рехаба:

— Чудная шуба, матушка. Я бы тоже приоделся, да вот боялся опоздать, — злобно процедил Ярослав, покрепче сжав смычок, в который, с другого конца, намертво вцепилась матрона. Стража ринулась спасать госпожу, но Ярослав тут же гаркнул:

— Никому не двигаться или я отправлю эту стерву в ад!

— Одумайся, сын, — взмолился Александру Стригой. Мужчина растолкал гостей локтями, пробравшись к алтарю.

— Одуматься?! Недели не прошло, а вы готовы скормить все, что осталось от Луки новой любимой зверушке.

— Как только этот фарс закончится — можешь попрощаться с клыками, неблагодарная тварь! — зашипела матрона, — Ты нелепая ошибка, пародия на сына. Балласт всего рода наравне с Аней. Если бы не моя кровь в твоих жилах, я бы содрала с тебя кожу и выставила на солнце!

Денис почувствовал, как дрожь передалась руке. Лейтенант с тревогой посмотрела на Ким. Она до хруста стиснула его ладонь. Мышцы Юли напряглись, а зубы сжались так сильно, что Чернопалов слышал их скрежет.

— Не вздумай лезть, это дело знати, — предупредил колосажатель, — Ким!

Но Юля не слушала. Слова матроны откопали в ее душе убитые воспоминания, для которых Юля вырыла недостаточно глубокие могилы.

— Ярослав, отпусти маму, и мы поговорим позже. Разберемся по-семейному, как всегда, — не терял надежды Александру.

— Ебал я ваши разговоры и всю эту семейку. Мы с Лукой были родней, пока вы нас не прикончили! Так что теперь я верну долг.

Отпустив Дениса, Ким протиснулась к эпицентру семейной драмы, но путь ей преградил хозяин замка.

— Ни шагу дальше, безродная. Иначе тебя не спасет даже покровитель из “Цепеша”!

На слова господаря Юля поспешно склонилась в идеальном реверансе, какому научила ее Тамара Марковна. Усыпив бдительность высокородного вампира, Ким врезала Стригою промеж ног. Александру не ожидал подобной дерзости, полностью уверенный в собственном превосходстве. С постыдным писком господарь брякнулся на стол, перевернув чашу с кровью. Охрана мгновенно скрутила Юлю, повалив брыкавшуюся преступницу лицом в пол.

— Не смей говорить такое о своем ребенке, гребанная ты сука! — не унималась Ким.

Один из гвардейцев потянулся к кобуре, но Денис схватил со стола поднос и вырубил им стражника.

В этот момент Ярослав навалился всем весом на смычок, но господарыня не ослабила хватку. Деревяшка с треском надломилась, и несостоявшийся убийца упал на матрону. Екатерина вывернулась, за долю секунды вскочив на ноги. Она схватила за горло неблагодарного отпрыска, и швырнула Ярослава на алтарь. Юный господарь налетел на гроб, крепко приложившись затылком. Деревянный ящик рухнул на пол, и крышка гроба слетела, открывая присутствующим покоившееся внутри тело…

…оно принадлежало не Луке.

Поздний вечер. Снег медленно опускался на крыши Сеульских небоскребов. Мегаполис горел мириадами огней, готовясь встречать Рождество. Юля стояла на пороге квартиры отца, согревая дыханием раскрасневшиеся ладони. Девочка в дутом пуховике напоминала детскую игрушку-пирамидку. Она собиралась с духом, чтобы позвонить в дверь человека, о котором мечтала всю жизнь. Ким представляла эту встречу миллион раз, но теперь все происходило взаправду.

Со дня, когда Юля загадала желание, прошел почти год. Все случившееся в подвале казалось ей странным сном, но пару недель назад доктор Гусев вызвал девочку в медпункт. Евгений Леопольдович рассказал, что сиделка нашла в вещах юлиной бабушки старое письмо от отца Ким. Имя и адрес отправителя значились на конверте.

Папу оказалось очень просто найти. Первый же запрос в поисковике вывел на кучу давних статей о свадьбе в семье чеболей. Скандальный брак младшей дочери конгломерата “Хан” с малоизвестным музыкантом Ким Юн Хи — отцом Юлии. Судя по всему, с тестем у господина Кима отношения сложились натянутые, хотя это не помешало чеболю протолкнуть зятя в совет директоров музыкального агентства по поиску талантов “QuC Corporation”.

Но найти адрес отца — это только половина дела, нужно было еще как-то до него добраться. Тут Ким вновь помог Евгений Леопольдович.

Юля испытывала к доктору Гусеву безмерную благодарность, ведь он помог продать золотые побрякушки, подаренные “поклонниками”. На вырученные деньги благодетель купил два авиабилета до Сеула и сопроводил Ким в пути. Весь полет Юля слушала к-поп группы, принадлежащие папиному лейблу. Девочка представляла, как они с отцом обязательно вместе сходят на концерт.

Добравшись до нужного дома, Евгений Леопольдович и Юля разделились, чтобы не привлекать внимание охраны: Ким проскользнула на территорию элитного жилкомплекса, прибившись к стайке школьниц, а доктор Гусев остался коротать время за рюмкой соджу.

Юля выдохнула, поправив лямки рюкзака. Она посмотрела на свое отражение в сенсорном экране домофона: отрепетировав несколько приветствий, и убрав с глаз неровную челку, девочка потянулась к кнопке вызова, но остановилась. Ким закусила губу, развернулась и хотела было уйти, но еще раз выдохнув, вернулась к двери. Юля выучила несколько корейских слов, но не была уверена в произношении, что усиливало ее мандраж.

— “Аннёнъ! Че ирымын Юля имнида. Нан тталь Светлана Ершова”, — трижды отчеканила Ким, точно скороговорку. Девочка знала, что папа говорил по-русски, ведь он как-то написал письмо маме, но Юле очень хотелось его впечатлить. Ким почти нажала кнопку звонка, но дверь открыли раньше. Невысокий седеющий мужчина в пальто и кожаных перчатках вынес на прогулку мальтийскую болонку. Увидев Юлю, собака затявкала, вырваясь из рук хозяина.

— Мьян, — извинился кореец, пытаясь успокоить животное, извивавшееся в объятиях. Юля застыла. Невольно ее пальцы вцепились в краешек пальто мужчины. Хозяин собаки удивился, вглядываясь в девочку, как всматриваются в прохожего, прикидывая, не старый ли это школьный приятель? Сердце Ким забилось чаще, а по щекам невольно потекли слезы: