Чтение онлайн

Блошша изобразила, что очень понимает истинную ценность бумаги и ни клочка даром не истратит, после чего экономно накарябала:

"Шверек зовут Шилкой".

– Что за странное имя?
– удивилась Тифф.

Рабыня показала. Оказывается, шуршуллу назвали в честь небольшого шила, предполагаемо укрытого где-то в пушистой заднице вышеозначенного животного. Гм, действительно, непоседливое животное опять кружилось по клетке, задумчиво посвистывая и притоптывая мягкими лапками.

– Ладно, с этим разобрались. А того сонного мудреца как зовут?
– Тифф кивнула в сторону перегородки с соседней каютой, из-за которой доносилось отчетливое похрапывание.

"Мытр, митр, меетр Раваль" - начертала с вдумчивыми исправлениями интеллектуально развитая рабыня.

– Мэтр?
– удивилась конторщица.
– В смысле, учитель? И чему этот пьянчуга учит?

Блошша пожала плечами. Настолько подробной информацией она не обладала.

Плескали волны за поднятой рамой окна, дышало море, кружилась по клетке неутомимая шуршулла. Покачивалось повешенное на крючок у шкафа платье. Тиффани смотрела на странный, но не лишенный изящества наряд. Иногда такое стиль именуют "винтаж". Редкостное старье, конечно, но крой выразительный.

На постели застонали, благородная леди Нооби обхватила ведро. Ну, здесь плеск оказался не столь поэтичен, как за бортом. Что ж, путешествие началось...

Глава вторая

Пассажиры и пассажирки

Вообще-то это было прекрасно - стоять у борта, всей грудью вдыхая свежий морской ветер, чувствуя на лице одновременно и прохладу крошечных брызг, и тепло осеннего солнца, и воздушные поцелуи далеких горных берегов. Стоять совершенно свободной, ни на кого не обращая внимания, лишь порой чувствуя на себе снисходительный взгляд с мостика.

После того как перестало тошнить, жизнь стала казаться гораздо легче. Нет, сердце Аллиотейи по-прежнему сжимала неизъяснимая тоска дурных предчувствий и полной обреченности. Плыть в чудовищное будущее, к удушающим узам брака с нелюбимым, отвратительно расчетливым и беспринципным человеком, было воистину ужасно. Но пока вокруг царил светлый теплый день, перекликались матросы, плескали в борт волны, весело раскачивались в головокружительной выси мачты и паруса "Повелителя приливов". И главное, не тошнило. Совсем не тошнило!

Ал не могла понять, отчего вредной Тиффани так вздумалось мучить молодую спутницу? Неужели, трудно было отдать амулет хотя бы на день раньше?! К чему это мелочная наставительная пауза? Чтобы показать, как нища и непредусмотрительна молодая Нооби? Но что же делать, сие прискорбное обстоятельство едва ли утаилось от кого из команды и пассажиров клипера. Но как же отвратительна эта подчеркнутая суровость и сухость госпожи Тифф. Впрочем, судьба и так неласково обошлась с конторщицей, можно понять ее обиду на мир. Нет, госпожа Нээт не так уж уродлива внешне, неглупа, но... Вот только это откровенное пренебрежение своей внешностью, отказ от любых попыток выглядеть чуть-чуть привлекательнее. Конечно, поскольку она овдовела...

Аллиотейе не хотелось думать о скверных вещах. Да, пусть она эгоистична и легкомысленна, но почему же не позволить себе хотя бы на несколько часов забыть о будущем?! Он здесь, рядом, на мостике, и непременно взглянет в сторону пассажирки...

Леди Нооби знала, что сейчас, в простом домашнем платье, с не очень-то прилично распущенными волосами, лишь чуть прихваченными шарфом, выглядит изящной и может быть, даже красивой. Конечно, Себастио Лиино блестящий кавалер, из совершенно иных слоев общества. Командовать столь замечательным судном как "Повелитель" в его годы... О, его ждет прекрасное будущее. Он молод, умен, великолепно образован, учтив. Благородное происхождение угадывается в каждом слове и жесте лорда Лино. Он кажется идеалом мужчины... Собственно, почему "кажется"? Кто, как не синеглазый капитан, сдержанный и корректный...

Ал полагала, что неудержимо влюбляется. Собственно, все женщины на борту, так или иначе, отдают должное красавцу-капитану. Его безупречное воспитание и манеры... Видят боги, даже сушеная мышь Тиффани порой бросает этакий особенный взгляд на капитана. Изо всех сил делает вид, что совершенно равнодушна, но на самом деле и эту унылую особу посещают неуместно романтичные мысли. Тем более, госпоже Нээт приходится проводить куда больше времени в капитанском обществе...

У Аллиотейи имелись причины для огорчений. Эти несколько дней, отведенных судьбой для путешествия (да-да, уже не унизительного болезненного мучения, а светлого, и возможно, единственного в ее несчастной жизни путешествия) омрачались присутствием безобразного, наглого и вульгарного существа. Вернее двух, но Шилка хотя бы на обеды в кают-компанию не ходит. Зато эта... непотребная женщина по имени Асмалия Кристли почти все время проводит там, хотя имеет шикарную каюту, и вообще... Хуже всего, что она действительно красива. Как боги допускают столь возмутительное соединение привлекательности и пошлости в одном существе, абсолютно непонятно, но тем не менее...

Глупо заблуждаться: Асмалия интересна капитану. Нет, конечно, он не позволит себе по настоящему увлечься этой яркой "штучкой", но он мужчина.

У Ал имелось крайне мало опыта для подробной оценки Асмалии Кристли как... как объекта мужского интереса. Дома, в Порт-Норесте подобные дамы уж никак не могли служить темой для разговора. Конечно, семейство Нооби знало, что где-то существуют непристойные, падшие и корыстные особы, избравшие своим ремеслом развлечение неразборчивых мужчин, но что за дело приличной семье до столь преступного непотребства? Порой до Ал доходили ужасные слухи о тайных притонах разврата, но это же лишь ужасные сказки, не правда ли? Впрочем, эта губастая Асмалия вполне реальное существо, со всеми своими ужимками, головокружительно дерзкими платьями и выставляемыми напоказ драгоценностями. Ужасный пример порока и бесстыдства. Ужасный, но чем-то занимательный...

У мостика раздался бархатный смешок, легкомысленное восклицание... Явилась, куртизанка беспринципная... Аллиотейе абсолютно не хотелось смотреть в ту сторону, но открыто игнорировать развязную особу невозможно. Все же "Повелитель" не такой уж большой корабль.

Он с ней разговаривал. Как ни в чем не бывало, словно счел вполне естественным появление этой дряни в розовых шелках на мостике корабля. Отчего блондинки так обожают этот вульгарный оттенок, да еще смеют его подчеркивать безвкусными рубинами? А что за ужасающее декольте?!

Взглянув на мостик, Ал немедленно забыла о мерзком декольте. Он стоял рядом с этой... этой женщиной, такой отстраненный, совершенно не сочетающийся и чуждый незваному воплощению блондинистой вульгарности и порока. Какой мужественный поворот головы, как густа волна кудрей, грациозно падающая на глаза, вот его ладонь небрежно легла на рукоять меча. Наверняка он незаурядный боец...

– Леди Нооби, дорогуша, не позовете ли вашу компаньонку? Мы решили составить партию в "маг-эльнор".

Аллиотейя вздрогнула. "Дорогуша", ну не возмутительно ли?!

– Леди Нооби, просим вас отпустить вашу подругу, - улыбнулся с мостика капитан.
– Мы бы сыграли партию-две. Если вы не возражаете, естественно.

О, боги, как сдержанно, как понимающе он улыбается! И эта доверительная интонация в его просьбе...

– Несомненно, лорд Лино. Сейчас я пришлю Тиффани, - ответно улыбнулась Ал.

В эту минуту ей страстно захотелось уметь играть в "маг-эльнор", пусть даже несовершенно, пусть по-дилетантски. Увы, в доме благородных Нооби никому и в голову не приходило увлекаться азартными играми.