Чтение онлайн

— Мистер Кассини замечательный человек, но мы с ним пока в самом начале пути!

— Мне невероятно повезло, что мистер Хичкок дал мне шанс сыграть с прекраснейшими ведущими актерами. — С этими словами она слегка коснулась руки стоявшего рядом с ней Рэя Милланда.

Усаживаясь в зале, чтобы наконец посмотреть фильм, Грейс чувствовала себя совершенно вымотанной.

Но усталость мигом испарилась, когда зазвучали арфы и барабаны, и под эту драматичную мелодию Дмитрия Тёмкина на экране появились вступительные титры. Ее имя, имена Рэя и других участников съемок были написаны заглавными золотыми буквами с неровными краями на фоне телефонного диска — белого, с черными и многозначительно красными символами. Увидев себя на экране, Грейс впервые не съежилась и не почувствовала инстинктивного желания отвести глаза.

Костюмером в этом фильме была не Эдит, а Мосс Марби, и сработал он абсолютно безупречно. Его наряды так и играли на фоне солидной лондонской квартиры — взять хотя бы красное кружевное платье Грейс, безупречный контрапункт обстановке, который недвусмысленно говорил о страстях, бушующих под благообразными личинами персонажей. Во время сцены, когда ее героиня встает с постели, чтобы ответить на звонок, без халата, Грейс рискнула посмотреть на сидящего через проход Хича и очень обрадовалась, что он быстро взглянул на нее в ответ и подмигнул.

К концу сеанса Грейс едва могла дышать. Если этот фильм настолько хорош, трудно даже вообразить, каким прекрасным окажется «Окно во двор».

А потом буквально в мгновение ока она очутилась во Франции, в ресторане расположенного на холме средневекового городка Сен-Поль-де-Ванс. С ней были Олег, Хич, Кэри Грант и его жена Бетси Дрейк, Джон Уильямс и Бриджит Обер, а на столе во всем своем великолепии разместились паштет, оливки, устрицы, багеты, розовое вино и шампанское — и это только первая перемена блюд! Режиссер заранее предупредил всех, что в обед они празднуют свой общий успех.

— Это место — настоящая жемчужина, Хич, — сказал Кэри, который уже обзавелся сильным загаром для роли Джона Роби, ранее известного как Кот, пытающегося избавиться от своей былой славы похитителя драгоценностей. — Как ты его нашел?

— Андре Базен упомянул его при мне.

И вправду волшебное место, молча согласилась Грейс. В стороне от шума и суеты городов, прямо на побережье сияющего синевой Средиземного моря. Ресторан не из тех, что можно непочтительно упомянуть в журнале для путешественников.

Да и сам по себе Сен-Поль-де-Ванс был сокровищем, выложенным булыжником. Его узкие каменные здания карабкались вверх по склону достаточно высоко, чтобы из них открывался захватывающий вид на окрестные холмы и города.

С тем же голодом, с которым упивалась здешними деликатесами, Грейс вглядывалась в раскинувшуюся перед ней панораму: виноградные лозы, вьющиеся по оливковым холмам вдалеке, маленькие коттеджи фермеров с пасущимися вокруг козами и овцами, роскошные отели и песчаные пляжи у воды, кремовые шато среди тенистых деревьев, тут и там виднеющиеся на склонах. Здесь она по-настоящему ощущала, что находиться во Франции — не то что в Ницце или Каннах, где пальмы и роскошные магазины немного напоминали Голливуд. Это сходство очень удивило ее. Даже жилые улицы этих городов с их прячущимися за оградами домами, сумбурно разбросанные по выжженным солнцем прибрежным холмам, напоминали о землях, пролегающих между Суитцер-авеню и «Шато Мармон».

— Я хотел должным образом поблагодарить тебя за то, что ты вышел из отставки, — обращаясь непосредственно к Кэри, добавил Хич, и в его голосе слышалась добродушная ирония.

По тому, как прозвучало слово «отставка», показалось, что здесь замешана какая-то их общая давняя шутка.

Кэри поднял бокал:

— Как я мог отказаться от такого сочетания: любимый режиссер, Прованс и возможность сыграть перевоспитавшегося злодея в паре с несравненной мисс Келли?

— Вы мне льстите, — проговорила Грейс, чувствуя, как к щекам приливает кровь.

— Кэри всегда берет роли, если предстоит сыграть с одной из ведущих актрис, — заметил Хич. — Это, моя дорогая, своего рода крещение.

— Может, нам нужно завести тебе специальный воротничок, каку священника, — сказала Бетси, искоса, с ухмылкой глядя на мужа.

— Я всегда думал, что он мне пойдет, — безмятежно отозвался Кэри.

Грейс подумала, что в ее партнере по фильму есть что-то чересчур лощеное. Хотя и не вызывающий антипатии, он настолько преуспел в искусстве быть учтивым и многоопытным Кэри Грантом, что казалось, словно под этой оболочкой не осталось никакого содержания и, если оболочка треснет, рассыплется вся прекрасная статуя.

Когда он ей улыбнулся, она почувствовала исходящую от него теплоту, впрочем довольно поверхностную. Грейс трудно было объяснить это даже самой себе, но она видела наглядный пример того, как опасно слишком долго быть кинозвездой, своего рода предостережение. Впрочем, ни Кларк, ни Рэй, ни Куп не производили на нее такого впечатления, хотя снимались так же давно, как Кэри. Ей стало любопытно, в чем же загвоздка с мистером Грантом.

Грейс наблюдала за Олегом. Не проявятся ли признаки той тревожной ревности, которая терзала его несколько месяцев назад? Но, когда Хич спросил его об ателье и о том, собирается ли он работать во Франции или просто будет при Грейс, он выглядел совершенно спокойным.

— Я собираюсь мотаться в Париж и обратно. По сути, я должен бы поблагодарить вас за то, что вы дали мне повод приехать сюда и заняться делами, которыми я до сих пор пренебрегал.

Обед продолжался в том же праздничном настроении, пока внутренний дворик не накрыла тень здания и все не наелись до отвала.

На следующий день явилась Эдит Хэд с сундуками платьев от лучших парижских кутюрье, и когда Грейс еле-еле застегнула то, что с самой узкой талией, заметила:

— Могу я предложить, чтобы Хич устроил следующий пир на весь мир уже после окончания съемок?

Грейс знала, что Эдит права, и не только потому, что некоторые платья оказались слишком тесны, — из-за тяжелой пищи и изобилия вина она была какой-то вялой, хотя накануне вовсе не чувствовала себя пьяной. Сегодня с самого утра она питалась лишь кофе и фруктами. Ей хотелось быть достойной костюмов Эдит. Они выглядели так изысканно, а роль избалованной светской львицы Фрэнсис Стивенс требовала изрядного количества нарядов. Грейс хотелось получить удовольствие от каждого из них, и поэтому она наказала себе старательно следить за тем, что ест, какой бы соблазнительной ни была местная кухня.

Последующие дни и недели отличались фантастическим совершенством. Все, включая съемки и то, чем кормили всех, кто в них занят, пикники с Олегом, долгие прогулки по окрестным фруктовым садам и пляжам, купания ранним утром и поздним вечером, чтобы не загореть так же сильно, как Кэри, хотя Грейс и признавалась себе, что вначале ее кожа стала бы цвета вареного омара, — все это благодаря роскоши и элегантности окружающей реальности напоминало чудесный сон. И пусть в строгом смысле этого слова Грейс и Олег были не дома, они прекрасно устроились, с удивительной легкостью добившись идеального баланса между работой и любовью.