Жизнеописание султана Джалал ад-Дина Манкбурны
Шрифт:
Затем я отправился в Ирак, оба они, получив мое послание, явились к нему, и Хидр <арестовал обоих> и овладел Сурмари. Весть об этом дошла до меня, когда я был в Табризе.
/ 231 / Глава 88
Рассказ о прибытии послов Высокого дивана после взятия Хилата
Когда султан надел почетные одежды, привезенные Фалак ад-Дином [Мухаммадом ибн Сункуром] и [хаджибом] Са'д ад-Дином [ибн ал-Хасаном] — послами Высокого дивана, он сопроводил их двумя своими послами. Это были амир-ахур Наджм ад-Дин Одек и Джамал ад-Дин 'Али ал-'Ираки. Они должны были выразить благодарность за то, что было преподнесено, и султан послал с ними в качестве дара татарских коней. Эти кони были, по мнению султана, дороже любых его сокровищ и ценнее самых лучших даров.
На обратном пути [из Багдада] их сопровождали Мухйи ад-Дин ибн ал-Джаузи [762] и [хаджиб] Са'д ад-Дин ибн ал-Хасан. Им было приказано разделиться в пути на две группы, чтобы послы султана возвратились к его двору, держа путь через Азербайджан, а послы Дивана следовали к ал-Малику ал-Ашрафу по направлению к Харрану [763] . Они так и сделали.
Послы Дивана прибыли после того, как султан овладел Хилатом. В это время в городе не было ничего из съестных припасов, как будто их начисто вымели, так что послов нечем было угощать. Мы в таком затруднении стали советоваться с султаном и признались, что не сможем выполнить обязанности гостеприимства. Султан сказал: «Мы решим их дело и распрощаемся с ними через семь дней. Поэтому в течение времени их приема поставьте им щедро золото из казны». В его присутствии оценили, какова необходимая сумма, и вышло около двух тысяч динаров. Султан приказал выдать им две с половиной тысячи динаров. Они были [им] доставлены мной и Мухтасс ад-Дином ибн Шараф ад-Дином — на'ибом султана в Ираке.
762
Мухйи ад-Дин Абу Мухаммад Йусуф ибн Фарадж 'Абд ар-Рахман ибн 'Али [ибн] ал-Джаузи (1184 — убит монголами в 1258 г.) — устоздар халифа ал-Муста'сима (1242—1258), мухтасиб Багдада и ханбалитский факих в мадрасе ал-Мустансирийа в Багдаде. См.: Ибн Биби, с. 100—102; Хусайн Амин, с. 67, 130.
763
Харран — средневековый город на севере ал-Джазиры (в настоящее время на территории Турции).
Султан решил их дело раньше срока в семь дней. Оба посла говорили с ним о Муджир ад-Дине и Таки ад-Дине — сыновьях ал-Малика ал-'Адила Абу Бакра ибн Аййуба — и ходатайствовали, чтобы Муджир ад-Дин и Таки ад-Дин сопровождали их обоих при возвращении в Диван. Султан не счел возможным отказать им во всем, что они просили, но отправил с ними лишь одного Таки ад-Дина [764] , простился с ними и поскакал в Маназджирд. Там он поручил осаду города Шараф ал-Мулку и войскам Ирака и Мазандарана.
764
Таки ад-Дин был отправлен в Багдад в цепях. Халиф принял его весьма пышно, и он оставался в Багдаде вплоть до бегства хорезмшаха. Его брат Муджир ад-Дин сблизился с хорезмшахом и в 1231 г. был им послан к его братьям за помощью против монголов. См.: Бар Эбрей, 2, с. 529; ал-Йунини, 1, с. 37—39. См. также гл. 98.
/ 232 / Глава 89
Рассказ о походе султана в ар-Рум и его пребывании там летом. Поражение его от войск аш-Шама и ар-Рума
Когда султан овладел Хилатом и направился к Маназджирду, чтобы подготовить его осаду, вторично прибыл правитель Арзан ар-Рума Рукн ад-Дин Джахан-шах ибн Тогрул. Он сообщил султану о союзе владык аш-Шама и ар-Рума против него и сказал: «Поистине, будет разумнее, если начать до того, как они соберутся, потому что тогда дело станет ненадежным. Нужно наступать против каждого из них в отдельности еще до того, как они будут готовы, пока они обособлены и удалены [друг от друга]. Это лучше, чем позволить им осуществить их намерение действовать вместе».
Султан одобрил его мнение и убедился в его искренности. Они договорились, что Рукн ад-Дин тотчас же направится к Арзан ар-Руму для подготовки к походу, а султан через пять дней после него подойдет к нему со своими войсками. Затем они оба направятся в округ Хартберта и там остановятся, ожидая продвижения обоих войск. Тогда они двинутся против того войска, которое выступит первым, до того как оно соединится с другим.
Когда решение было принято, султан вызвал меня к себе и сказал: «Напиши моему брату Рукн ад-Дину указ на округа Каб'ан и Харишин [765] в области Хартберт». Я написал, подал султану, и он подписал его. Рукн ад-Дин встал, поцеловал его руку, тотчас же попрощался и уехал.
765
Каб'ан — современный Кебан, в 100 км западнее Харпута (Турция). Харишин локализовать не удалось.
Султан через своих чавушей и пахлаванов передал красные стрелы эмирам войск. Это был у них знак готовности, и султан приказал им собираться. Затем он направился к Хартберту и остановился там, ожидая сбора войск. В Хартберте он тяжело заболел, слег и потерял было надежду на выздоровление. Эмиры и ханы ежедневно, согласно этикету, собирались у его дверей и были готовы рассеяться в [разные] стороны государства. Ведь если бы им было объявлено о смерти султана, то каждый из них отправился бы в какую-либо часть государства и завладел бы ею.
От правителя Арзан ар-Рума Рукн ад-Дина приходило письмо за письмом: он побуждал султана продвигаться и сообщал о продвижении обоих войск противника /233/ с целью соединения. Однако султан был не в состоянии читать эти письма и вникать в них. Лишь когда наступило облегчение, он, уже после того как войска [противника] соединились, стал продвигаться, однако, как и прежде, не принял должных мер [766] . Как хорошо сказал тот, кто сказал:
766
Захват Хилата не укрепил политического престижа султана Джалал ад-Дина среди правителей прилегающих областей, но еще более втянул его в водоворот событий. Уведомленный Рукн ад-Дином о создании враждебной коалиции, Джалал ад-Дин уже упустил время, к тому же болезнь помешала ему осуществить план раскола сил противника. Союзники, собравшись в Сивасе, двинули свои войска на Арзинджан по долине Западного Евфрата. С востока по этой же дороге навстречу двигались войска султана Джалал ад-Дина.
Шараф ал-Мулк со своим войском и войском Ирака остался у Маназджирда, а Тегин-[Малик] — держатель икта' Хоя — у Беркри. [До этого] султан разрешил некоторым арранским, азербайджанским, иракским и мазандаранским войскам возвратиться в свои страны и не вызвал их сюда из-за [своей] непредусмотрительности и безразличия. Он двигался быстрыми переходами, не обращая ни на что внимания. Перед собой в качестве авангарда он послал Утур-хана с двумя тысячами всадников или около того.
У Йассы-Чамана [767] тот столкнулся с войском Арзинджана и Хартберта.
Он встретил их каждым темным [копьем] так, будто наконечник его окунули в яд, Его удар был направлен в грудь, но заставлял идти кровь носом, Он делал [людей] белыми, как соль. Однако в битвах эта [соль] подобна порче для мяса [768] .Румийцы обратились в бегство и были перебиты [769] .
767
Конийский султан 'Ала' ад-Дин Кай-Кубад до прибытия к нему войск союзников решил разведать силы хорезмшаха сам. По сообщению Афлаки (с. 137—139), 'Ала' ад-Дин, после того как шпионы сообщили ему о превосходстве сил хорезмшаха, «однажды ночью переоделся и с группой воинов кружным путем добрался до войск хорезмшаха и пристал к ним. Хорезмийские эмиры стали выяснять, кто они такие. Те ответили: “Мы из числа тюрок этой страны и живем в горных округах Арзан ар-Рума. Наши предки жили на берегах реки Джейхун. Вот уже несколько лет султан Кай-Кубад перестал с нами знаться и поставил нас в затруднительное положение. Мы постоянно ждем прихода войск Хорезма, с помощью которых мы, может быть, сумеем спастись от его притеснений”.
Когда об этом сообщили хорезмшаху, он очень обрадовался и счел это хорошим предзнаменованием. Он распорядился, и для них устроили трапезу. Вокруг согласно рангам расселись эмиры, вазиры, придворные и вельможи. Во время приема ввели гостей. Они склонили головы перед хорезмшахом и перезнакомились со всеми, кто был на приеме. Хорезмшах оказал им благосклонность, одарил почетными одеждами и обнадежил обещаниями. Гостям отвели шатер и определили для них содержание.
Этой же ночью хорезмшаху подумалось, что все жители страны султана 'Ала'ад-Дина весьма положительно отзываются о нем и довольны им. Почему же эти несколько тюрок жалуются на него? Эти тюрки определенно его лазутчики. Он вызвал к себе правителя Арзан ар-Рума Мугис ад-Дина и после беседы с ним приказал утром выяснить, кто они такие. А султан 'Ала' ад-Дин этой же ночью увидел во сне святого, который приказал ему тотчас же уехать. Он разбудил своих людей, и в полночь они оседлали коней и выехали. Наутро выяснилось, что гостей и след простыл».
768
Отдаленность сравнения в стихах объясняется использованием слов одного корня (таджнис): малахим («битвы») и лухум («мясо», «плоть»).
769
25 рамадана 627 г. х. (7. VIII 1230 г.) на равнине Йассы-Чаман, у Арзинджана, произошло первое столкновение между войсками 'Ала' ад-Дина и хорезмшаха, причем 700 всадников Джалал ад-Дина разбили трехтысячный отряд конийцев (описание этого сражения см.: Ибн Биби, с. 153—154; ал-Хамави Мухаммад, л. 196).
Я слышал от ал-Малика ал-Музаффара Шихаб ад-Дина Гази ибн ал-Малика ал-'Адила следующее [770] : «Султан 'Ала' ад-Дин Кай-Кубад, когда мы собрались у него, сказал: “Это не то войско, на которое я надеялся при встрече с врагом! Ведь мои люди, мои герои и войска, составляющие мою опору, — это войска востока, и они еще придут!”
Когда до него ('Ала' ад-Дина Кай-Кубада) дошла неприятная весть о том, что произошло с теми, он потерял самообладание, сдержанность изменила ему, и мы увидели, что [это] обеспокоило и опечалило его. Душа его и руки совсем ослабели, и он решил вернуться. В его намерения входило защищать только горные проходы, остававшиеся позади. А мы укрепили его дух, проявляя стойкость, пока душа его не успокоилась. Мы разошлись от него с решением подготовиться к сражению. Он не думал, что оно начнется вскоре. Однако на следующий день ничто так не изумило нас, как непрерывное наступление его (Джалал ад-Дина) войск. Мы были застигнуты этим врасплох, а его войска все подходили /234/ и останавливались. Если бы они напали сразу, то болезнь оказалась бы неизлечимой, устоять было бы трудно и бедствие охватило бы все. Мы сели на коней, и войска построились» [771] .
770
Хорезмшах не стал преследовать разбитого противника, и его промедление спасло войска 'Ала' ад-Дина от поражения. На следующий день стали прибывать войска его союзников ал-Малика ал-Ашрафа, Насир ад-Дина Артук-Арслана ал-Малика ал-Мансура и др.
771
Генеральное сражение между войсками Джалал ад-Дина и коалиции произошло 28 рамадана 627 г. х. (10. VIII 1230 г.). Армия хорезмшаха была разгромлена и рассеяна. Сам Джалал ад-Дин покинул войска и ускакал к Хилату. Вскоре он вывел остатки войск в Азербайджан.
В сражении против войск хорезмшаха кроме армии 'Ала' ад-Дина Кай-Кубада I и ал-Малика ал-Ашрафа принимали участие со своими войсками правитель Химса ал-Малик ал-Мансур Ибрахим Ширкух (ум. в 1246 г.), правитель Хартберта Нур ад-Дин Уртук-шах, правитель Халеба Шамс ад-Дин Саваб (ум. в 1243 г.), правитель Майафарикина ал-Малик ал-Музаффар (ум. в 1247 г.), правитель Банйаса ал-'Азиз 'Усман (ум. в 1232 г.), отряды туркмен, арабов, крестоносцев и др.
Подробности о сражении у Йассы-Чамана и поражении Джалал ад-Дина см.: Ибн ал-Асир, 9, с. 381; ал-Хамави Мухаммад, л. 197а—199а; Ибн Биби, с. 154—159; Сибт ибн ал-Джаузи, с. 436—440; Ибн Васил, рук., л. 266б—267а; ал-Макризи, 1/1, с. 240; Абу-л-Фида', 3, с. 146-147; Рашид ад-Дин, пер., 2, с. 29.
Так вот, когда оба войска встретились, правое крыло войск султана одержало верх над их (союзников) левым крылом и захватило у них холм, который господствовал над местностью. На помощь отступающему [левому крылу] был послан отряд, который заставил правое крыло султанских войск отступить с холма и отбросил его в долину. Атаки на них продолжались, они не устояли и побежали, как стадо антилоп, напуганных всадниками и наткнувшихся на хищных волков. Те не верили, что бегство [войск Джалал ад-Дина] — настоящее, и считали, что это — задуманная хитрость, пока разгром не стал очевидным и не появились пленники. Поражение было полным, а добыча поступала непрерывно. Войска не прекращали преследования отступающих, копья продолжали добиваться своего, а мечи охлаждали свой пыл в глухих местах, где не было водруженных знамен, куда не ступали ни ноги, ни копыта.