Чтение онлайн

Не став акцентировать внимание на этом вопросе, я добавил:

— Елизавета Ольгердовна, допишите ещё животин специфических, что только в Австро-Венгрии водятся или у соседей их. Может, удастся кого-то уникального заполучить для работы.

Бабушке идея понравилась, и она дописала тут же список из трёх позиций на латыни, прочитав которые я невольно вспомнил древнюю шутку, где собирался купец в дорогу и спрашивал у дочерей, что привезти им из стран заморских.

— Мне зеркальце! — молвила старшая.

— Мне гребешок! — попросила средняя.

— А мне синхрофазотрон в лабораторию! — быстр выкрикнула младшая, пока отец не передумал.

— Замуж, дура! Срочно замуж!

Так и я, прочитав названия живности, почувствовал себя купцом с синхрофазотроном… который цикличный ускоритель частиц… и которого в этом мире существовать не могло, а значит, понятие было приветом из прошло жизни, раз даже успело войти в обиход в качестве шутки.

— Боги с ними, с вивернами. Всё остальное постараюсь вам добыть.

Перед уходом в Вену, я решил совершить налёт на кухню, ведь еда в посольстве меня не впечатлила. То ли дело готовка нашей Алевтины…

Но моим надеждам не суждено было сбыться. В коридоре меня перехватил возбуждённый Леонтьев.

— Юрий Викторович, простите, что беспокою, но у меня вопрос особой важности, — обратился ко мне наш управляющий, чем немало меня напряг.

Что же такого могло случиться, чтобы он меня так разыскивал? Очень многие вопросы он умудрялся решать самостоятельно, стараясь не напрягать меня по пустякам, поэтому я даже напрягся от подобного начала разговора.

— Иван Иванович, не пугайте меня. Что стряслось?

На удивление, тот замялся и даже как-то нерешительно принялся сжимать папку у себя в руках, как будто не решаясь высказать причину, из-за которой он меня задержал.

— Не томите, Иван Иванович.

— Согласуйте приобретение пятнадцати килограмм серебра, — выпалил тот, и лицо его покрылось алыми пятнами.

Я даже слегка опешил, услышав такую просьбу.

— Так, Иван Иванович. Я, признаться, не силён в стоимости драгметаллов, но неужели покупка пятнадцати килограмм серебра может пробить брешь в нашем бюджете?

— Нет. Но вы сами… Вы отдавали указания по поводу приобретения некоторого количества драгоценных камней для работы нашей альбионской гостьи. Про само серебро речи не было.

— Так про него речи не было, потому что у нас свои рудники, — удивлённо уставился я на нашего управляющего. То ли он слегка перетрудился, что упустил наличие рудников из виду, то ли я чего-то не понимал.

— Да, но практически всё серебро, которое мы добываем, идёт на монетный двор, — попытался разъяснить мне всю глубину существующей проблемы Леонтьев.

— Ну так увеличьте добычу.

После этих слов Леонтьев и вовсе смутился и покраснел, а после поднял на меня взгляд и честно ответил:

— Я и предполагал так сделать, но только после получения вами от вашей гостьи однозначного ответа по поводу ваших будущих планов на семейную жизнь. Просто если увеличивать добычу, то это необходимо делать на постоянной основе. Если же сударыня не решится на подобный шаг, то проще пока обеспечить ей занятость покупным сырьём.

Да, логика в словах Леонтьева, как у хозяйственника, была. Теперь понятно, отчего он подобным образом краснел и бледнел: наращивать добычу исключительно под разовые всплески активности, чтобы потом нести ответственность перед императорским монетным двором, — та ещё морока.

— После возвращения из командировки я ещё раз поговорю с нашей гостьей на предмет того, что, возможно, она захочет заниматься ювелирным делом и в случае невступления в брак со мной. Нам ювелирный дом тоже был бы не лишним в качестве прибыльного предприятия. Так что если наша гостья решится, то перекраивать планы добычи мы будем под партнёра, который в дальнейшем может стать моей супругой, а не наоборот.

Кажется, у Леонтьева слегка отлегло от сердца. А у меня же отчего-то проснулось любопытство.

— А что ещё заказала наша альбионская гостья?

Здесь Леонтьев смутился ещё раз.

— Лунный камень она заказала и жемчуг, Юрий Викторович. Иные камни её не заинтересовали. Но если с лунным камнем запрос гостьи удалось удовлетворить, то с жемчугом не вышло. Качество сударыню не устроило, и поэтому нам пришлось краснеть и возвращать его поставщику. Правда, отказ был аргументирован и расписан на двух страницах, так что после ознакомления с ним Лебедевы слёзно умоляли дать им в аренду такого специалиста уже для их собственных закупок сырья.

Откуда-то в памяти всплыла информация о том, что самый лучший жемчуг добывался на территории Японской империи и Океании. Значит, нам следовало отправиться с Эсрай туда, в небольшую командировку, дабы богиня смогла пополнить собственные запасы. Казалось мне, что кайдзю не откажет нам в просьбе и укажет места, где можно добыть редкие жемчужины.

— Что ж, Иван Иванович, если у нас с вами вопросов пока больше нет, то готовьтесь. Через некоторое время привезу вам финансы в оборот. Командировка выдалась весьма успешной.

— Простите, князь, о каких суммах идёт речь? — тут же заинтересовался Леонтьев, готовый вцепиться в меня едва ли не клещом. Уж очень, видимо, тяготила его наша брешь в бюджете.

— Чтоб я знал! В идеале — до полумиллиона золотом, но уж сколько выдадут одним траншем, пока не могу предположить.

Мне кажется, если бы небо упало на землю в этот момент, Леонтьев бы даже не заметил. Я буквально рассмотрел в его глазах калькуляцию цифр и то, куда он собирался вкладывать ещё не полученные деньги.

— Иван Иванович, пожалуй, я пойду, ибо не хочу присутствовать при вашем мысленном дележе шкуры ещё не добитого медведя.

Тот моргнул и отстранённо кивнул, кажется, даже не расслышав, что я ему сказал.

Вернулся в Вену я вовремя. На следующий день меня призвали в Хофбург уже на личную аудиенцию к эрцгерцогу. Кабинет императора меня удивил. Даже у нашего принца кабинет выглядел гораздо более обжитым, что ли, и со вкусом обставленным. Здесь же строгая лаконичность, консерватизм и предельная полезность правили бал. Минимум нефункциональных вещей, максимум полезности: большой письменный стол с идеальным порядком, книжные полки, заставленные атласами, словарями, сборниками законов, карта империи на всю стену. И всего один-единственный портрет, висящий напротив рабочего стола императора. На нём была изображена жгучая брюнетка с карими глазами и очень упрямым, загадочным взглядом. Некоторое внешнее сходство между эрцгерцогом и дамой на портрете прослеживалось, из чего можно было сделать вывод, что это его мать.