Злодейка требует тортик
Шрифт:
— Нет, — мне улыбнулись. — Неужели ты так и не поняла, что все любят и знают тебя как Милану?
— Но имя..
— Что имя? Всего лишь набор букв. Многие имеют несколько имен… поэтому спрошу тебя еще раз. Кто ты? Милана или Элиана?
Я непонимающе смотрю на мага. О чем он? И тут, в голове, словно что-то щелкнуло, и пришло полное осознание его вопроса.
— Я Элиана.
Арвил улыбнулся, и кивнул, а затем вновь насмешливо усмехнулся:
— Мне незачем сдавать тебя императору, как и твоим родителям. Все принимают и любят тебя такой, какая ты и есть. Просто это останется небольшим секретом межу нами. Остальным, полагаю, это знать не к чему. Все равно ничего не изменит. Перестань боятся, и… пора отпустить Милану.
Отпустить Милану. Но как я могу отпустить саму себя? Однако, я ничего не говорю, и лишь неопределенно пожимаю плечами. Такой ответ мага явно расстроил. Он со вздохом сел на кресло за столом, и с раздражением отодвинул книгу про обмен.
— Я в курсе, что твои родители и император знают про магические способности Энджи, — голос мага звучит сухо и отстраненно, словно разговаривает с чужаком. — Тебе не стоит беспокоиться, мы скоро узнаем, кто прислал письмо. А для тебя есть новая работа.
— Работа?
— Да. В хост клубе мадам Юны.
Хост клуб… Я успела уже совсем забыть про него…
— Удивительно, что меня еще не уволили за столь длительный отдых.
— Мы нашли настоящую Берию. Немного макияжа, и вы почти полные копии, и все это время она «заменяла» тебя. Да вот, к несчастью, на ней уже матка мадам Юны, и она бесполезна в качестве шпиона. Это твоя последняя работа в клубе.
— Это… радует, — упоминание о клубе не вызывает во мне никаких эмоций. Волновало лишь равнодушие мага. Но, пересилив себя, с трудом заставляю себя поинтересоваться. — Кто на этот раз?
Мужчина слегка нахмурился, словно понимал, что ответ мне не понравится, уклончиво ответил:
— Узнаешь завтра. Я открою тебе портал домой.
И это все? Просто спросил про имя, и выслушал немного про то, как я переместилась? Даже не задал вопросы… Неужели это его не интересует? Не нужно? Или не к чему?
Ощущаю в сердце странное неудовлетворение, обиду и потерянность. Словно я жаждала совершенно иного завершения разговора, а не внезапно появившейся холодной стены между нами. Эта стена… ненавижу ее. Но она возникла по моей вине…
И сколько всего я придумала, когда моя тайна раскроется. Казнь, презрение, тюрьма… И ничего из этого не сбылось…
Смотрю на портал, словно на врага народа. Может тоже стоит научиться иногда делать первый шаг? Я… слишком привыкла, что всегда действует Повелитель. И громко выпалила, пока не передумала:
— Закрой портал!
Маг, уже пододвинувший к себе бумаги, едва заметно вздрогнул, и уставился на меня недоуменным взглядом, но портал все-таки закрыл.
— Что-то еще?
— Да, — я подхожу к столу, и кладу жемчужину.
Ну не бросаться с извинениями же? Или объятиями, или всяким там… На такое у меня смелости не хватит. Я могу предложить только это. И призраки намекали.
В глазах мага промелькнуло узнавание. Он осторожно коснулся указательным пальцем жемчужины.
— Жемчужина воспоминаний. Чьих?
— Настоящей Элианы. Она сказала, что у меня два ментальных блока, — поступала пальчиков по лбу. — Один ее, а другой — мой. Эта жемчужина позволит снять блок настоящей Элианы. Тут ее воспоминания в последние минуты жизни.
Арвил нахмурился, задумчиво вертя жемчужину между пальцами, а затем перевел на меня пристальный взгляд. Я пару раз моргнула, не привыкнув видеть мужчину таким серьезным, без тени злости, улыбки или насмешки. От чего становилось не по себе.
— Если это ее блок… To, какой блок у тебя?
— Я… не знаю, — отвожу взгляд. — Но точно не последние минуты жизни, как у Элианы. Я прекрасно помню свою смерть.
Долго рассматриваю паркет пола, но в то же время словно гляжу сквозь него. Было ли мне больно от воспоминаний смерти? Нет. Я давно приняла это, и свет фар грузовика, стремительно надвигающегося на меня, уже давно потускнел, как и образы прошлой жизни размылись. У меня была счастливая жизнь здесь и сейчас.
Пугало молчание Повелителя.
И вот раздался скрип отодвигающего кресла, и, обойдя стол, мужчина прислонился к столу передо мной. Чувствую, как холодные пальцы, касаются подбородка, заставляя взглянуть в алые глаза.
— Элиана, мне искренне жаль, что тебе пришлось пережить подобное, но… я не знаю, что мне еще сказать, — маг возвращает мне жемчужину. — Эту жемчужину ты можешь сама раздавить, чтобы посмотреть воспоминания Элианы. Тут не нужна помощь мага.
Беру жемчужину, и вновь смотрю на мужчину.
— Знаю, но… — я смущенно краснею. — Я не хочу одна смотреть эти воспоминания. Мне бы хотелось, чтобы ты был рядом.
И, увидев, как теплеет взгляд мага, и чувствую, как внутри меня так по-глупому ликует сердце. Порой так приятно делать самой шаги навстречу. И, приятно, что маг не отталкивает, а ведь бы мог.
— Вот как, — на губах мага промелькнула улыбка без тени намека на насмешку. — В таком случае я не могу отказать в столь маленькой просьбе милой леди.
— Арвил, хватит издеваться, — вздыхаю, понимая, что мое замечание не имеет силы.
Горбатого только могила исправит, а хоронить Повелителя я еще не готова. Может быть, через пару часов и похороню из-за его же вредности, а пока он мне нужен. И без раздумий сжимаю жемчужину пальцами. Та, на удивление, легко поддается, и, рассыпавшись, превращается в нескончаемый поток пепла, который погружает комнату во тьму.
Резкая вспышка света на мгновение ослепила меня, и я пошатнулась от неожиданности, и тут же споткнулась. И, если бы не руки Арвила, упала бы.
— Осторожнее. — Повелитель помог мне вновь вернуть равновесие, но, чуть отстранившись, не отпустил руку.
Рядом послышался смех, и мы увидели несколько детей, играющих на поляне. Оглянувшись, я узнала свой дом, хоть маленький сад уже был непривычен. Садовник давно спилил многие старые деревья, и на их месте теперь росли совершенно другие деревья.
Мы неторопливо подходим к шестерым играющим детям, и я с легкостью узнаю Элиану по розовой макушке, и улыбаюсь, когда девочка с надменным видом что-то говорит другой. В ней я, с удивлением, узнаю Хлою.
Мы дружили в детстве?
Рядом играют в куклы три незнакомые девочки. А рядом, лишь равнодушно держа куклу в руках, сидела маленькая Евелика, и внимательно наблюдала за всеми нами.