Чтение онлайн

— Милая, я прекрасно понимаю тебя, но тебя не беспокоит то, что он… — виконт неопределенно взмахнул руками, — … пугающий?

— Дорогой, главное, что он не пугающий для Элианы. А столь незначительный недостаток этого милого молодого человека мы как-нибудь переживем.

— Надин, как тебя послушать, так он сама невинность, — виконт удрученно покачал головой, и налил себе еще коньяка. — Я не имею что-либо против него… Хотя, буду откровенен, имею. Он мне не то, чтобы не нравится, просто пугает.

— Просто признайся, что тебя страшит мысль, что дочь взрослая и скоро покинет наш дом. — Надин грустно улыбнулась. — Но теперь скажи, откуда идея с женихами?

— Ты не поверишь, но похоже Повелителю об этом заявила сама Элиана, а я лишь подыграл. Вот только зачем это дочери?

 — Полагаю, для огонька, — фыркнула виконтесса.

— Какого еще огонька?

— О, милый, потом поймешь. А мы в этом ей поможем. У меня есть связи, чтобы это быстро найти ей женихов.

Пэрриш тяжело вздохнул, не разделяя энтузиазма жены, а затем осторожно поинтересовался:

— Надин… напомню, что мы сегодня должны встретиться с твоим отцом. Ты злишься на меня?

Его супруга помрачнела, а голубые глаза гневно сверкнули, а костяшки пальцев побелели, силой сжимая букет. Виконтесса сделала глубокий вдох, и выдох.

— Это в первый и последний раз, когда я позволю тебе сделать подобное. И да, я злюсь на тебя! Как ты мог видеться с отцом без моего ведома? Да еще и столько лет! Я полагала, что после того, что он сделал, ты ненавидишь его!

— Надин, да, но не ненавидел его, скорее злился, но до тех пор, пока у меня у самого не появилась дочь. Его можно понять.

— Не хочу даже пытаться понять его! Пэрриш, я больше не желаю говорить об этом! А пока… пойду, немного поработаю у себя. Накопилось много заказов.

— Как пожелаешь, милая.

Виконт, проводив жену взглядом, задумчиво забарабанил пальцами. А ведь он сейчас ощущает на месте отца Надин, упрямо не желая принимать того человека, которого теперь любит его дочь. Но, опять же, он не маркиз, и ему повезло иметь более мягкий и уступчивый характер, и не быть так крепко связанным оковами мира аристократии.

Про письмо, что он все же передал дочери, пожалуй, пока промолчит. Иначе неделя сна в гостиной вместо супружеской спальни ему обеспечена.

— Берия, что ползешь, как черепаха! Даже моя столетняя бабуля будет пошустрее! — кричала на меня пожилая повариха, однако, славившаяся самыми вкусными блюдами. Пальчики, не то чтобы оближешь, скорее откусишь — повезло попасть на обеденный перерыв, где накормили просто невероятно вкусной едой.

Столетняя бабушка? Представив себе старушку, которая в столь почтенном возрасте может быстро бегать, содрогнулась от ужаса. Если бы все старушки были такими активными… Ох, наверное, мне бы пришлось убегать от собственной бабушки, потому что упрямо не желала надевать зимой страшную ушанку, или валенки зимой… Ну, правда, зачем, если есть более модная и красивая одежда?

Хмыкнув, я осторожно беру тарелки и поднимаюсь по лестнице для работников, где наверху ставлю на красивую тележку. Так, повторив еще несколько раз, я направилась вместе с тележкой к одной из немногочисленных дверей на втором этаже, и постучалась. Услышав разрешение, вошла, и стала расставлять все на столе, украдкой поглядывая на посетителей.

Граф Брам был среднего роста, и очень худым, с залысиной на голове, которую тщательно пытался спрятать, и колючим взглядом карих глаз. Отец Евелики был наоборот, немного выше графа, и, как о таких говорят, добрый толстяк. Виконт простодушно улыбался, постоянно смеялся, а щеки покраснели от вина. Евелика унаследовала от него лишь красивые каштановые волосы.

А вот мачеха Евелики. Взглянув на нее, я почувствовала себе такой дурнушкой.

 Она была такой красивой, с копной ярких рыжих волос, которые свободно струились по спине, цепкими изумрудными глазами, красивой фигурой в форме песочных часов. Темное обтягивающее платье выгодно подчеркивало ее формы, а так же делало рыжие волосы еще ярче.

Заметив, как жена виконта внимательно смотрит на меня, смутилась, и опустила взгляд. Наконец, расставив все, я встала в углу комнаты, чтобы не мешать посетителям. Не смотря на то, что эти комнаты снимали специально для бесед или сделок, все знали, что работники клуба, перешагнув порог заведения, тут же все забывали. Даже лица и подслушанные разговоры.

Посетители так же забывали обо всем, что видели здесь, помня только приятные ощущения, но за исключением комнат на втором этаже. Это было бы странно, если сделки заключались, но о них бы не помнили. И время в этих комнатах стоило особенно дорого.

Магия клуба бы действовала на меня, если бы маг не поставил на мне защиту от его же собственной ментальной магии. Так, и я смогла стать своеобразным шпионом.

Приходилось часто подходить к столу, чтобы наполнить бокалы, и убирать пустые тарелки.

Однако, прислушиваясь к их разговору, все больше недоумевала. Они говорили о старинных вещах, торговле, ругали нынешнюю власть. Пока не промелькнуло одно…

— Ах, как же жаль, что власть столь великой страны находится в столь гнусных руках, граф Брам, — виконт отпил глоток из бокала. — Но, рано или поздно, справедливость победит. И мы не будем марать руки грязным трюкам нынешнего императора.

О чем они?

— У нас все равно мало союзников! — Брам стукнул по столу, и раздраженно выдохнул, а затем хмуро посмотрел на виконтессу. — Ваша часть сделки выполняется весьма отвратительно, и мы еще так и не заполучили тех, трех союзников.

— Прошло слишком мало времени! — женщина напряглась, гневно сверкнув глазами,

— Ты торопишься. Главное, что наследный принц на нашей стороне. Не стоит волноваться, «она»… — мачеха Евелики выделила последнее слово, — … говорит, что они в конечном итоге будут на стороне Евелики.

Что? О чем она? Кто будет на стороне Евелики? Почему здесь замешана подруга?

— Хорошо бы, если бы так и оставалось, особенно с принцем, иначе все, к чему стремилась моя сестра, окажется впустую.

— Помянем императрицу, — грустно вздохнул виконт, и все молча отпили несколько глотков вина.

Императрица? Я уже ничего не понимаю…

Дальше, к моему разочарованию, разговор вернулся к обсуждению скучного антиквариата, но в то же время я ломала голову над тем, как же связана императрица с этой историей.

— Как там вторая Башня? — с улыбкой интересуется виконтесса. — Поговаривают, что она стала принимать самое активное участие на черном рынке.

— Да какое активное, — с досадой махнул рукой граф. — Первая Башня внезапно ворвалась на рынок, и стала буквально сметать все самое ценное. Теперь все главные сделки проходят через Повелителя Первой Башни, и Второю Башню опять отбросили. Ах, вот, я нашел то, что ты просила.