Зловещие призраки
Шрифт:
– Ты уверена? Готова, прикоснуться к книге?
– его глаза блестели.
– Выбора-то нет?
Ужас шагнул вперёд.
– Давай я.
– Нет. Это не тво...
– Ты не должна делать этого, Кесс. Я же за этим с тобой пошёл, да?
Пока они с Ужасом смотрели друг на друга, капли громко падали на пол.
– Решайте уже кто, - проговорил Тайсон.
– Это всё мило, но я не стану весь день вас ждать.
Кесс протянула руку, но Ужас оказался быстрее. Он коснулся обложки пальцами левой руки, и книга распахнулась, разбрызгивая капли крови на него, Кесс, стены и мебель.
Но Кесс едва это заметила, не в силах оторвать взгляда от того, как листы переворачивались, лаская руку Ужаса, пока, наконец, не остановились на чистых и белых страницах. Кровь исчезла. По крайней мере, на мгновение. Затем вновь потекла, малиновым потоком заполняя страницы и формируя слова и символы, которые, казалось, парили над бумагой. Ужас тихо застонал, и Кесс это не понравилось. Казалось его рука, которая лежала поверх книги, то сплющивалась, то раздувалась. Кесс поняла, что сейчас на самом деле книга пила... кровь Ужаса. Он закрыл глаза и упал на колени, а его лицо покраснело.
– Ужас? Ужас?
Он потряс головой.
– Не... нет...
– Ужас!
– Кесс потянулась к нему, чтобы убрать его руку от книги, но голос Тайсона остановил её.
– Тебе бы лучше почитать книгу, - сказал он.
– И быстрее, пока она не убила твоего охранника.
Глава 20
"Часто родители осознают свою неуверенность в том, как воспитывать детей. В таких случаях следует просто обратиться к Истине, и найти верный путь. Защита детей - высший путь служения человечеству и Истине".
~ староста Барет, "Семьи и правда", брошюра Церкви
Ужас низко и страшно стонал, будто кто-то тёр фольгу прямо у Кесс в ушах.
– Останови это!
Тайсон пожал плечами.
– Пока ты говоришь, у него кончается время.
Чёрт! Чёрт, чёрт. Где блокнот? И ручка? Слова в книге почти закончили формироваться, растягиваясь по страницам и напоминая кровавые следы от когтей ворон. В центре начало формироваться изображение: руны увеличивались и уменьшались по краям амулета.
– Нет... не меня... не меня...
– Ужас согнулся в конвульсиях, и склонил голову. Все его тело тряслось и дрожало, когда он, скрючившись, упал на пол. Красные символы по спирали покрыли его руку, потом локоть и показались на открытом участке шеи сзади, после чего вернулись на страницу.
Наконец, Кесс удалось схватить ручку и блокнот. Она начала писать, не обращая внимания на содержимое, просто копировала страницы, чтобы всё скорее закончилось. Пусть всё прекратится, пусть ей не придётся жертвовать жизнью человека, чтобы расшифровать этот дурацкий амулет. Слипнот может гнить вечно, какая ей разница, кому какая разница, пусть всё скорее закончится... Да, руна Третсо. Для силы. И другая, Этош, чтобы направлять её. Далее. Ведак, чтобы поймать душу. Аргед - питаться от неё. Кто тот чертов ублюдок, что состряпал столь нарушающее все правила заклинание? Надписи начали быстрее течь по пергаменту, она едва успевала за ними.
– Замечательно, - она услышала тихий голос Тайсона.
– Так много боли... и силы... книга довольна...
– Пошёл ты, - успела сказать она, но Ужас взревел, словно раненый тигр, и заглушил её слова. У Кесс волосы дыбом встали.
Сформировалась последняя руна, становясь больше и толще. Красные метки образовывали руну, потом лицо, потом снова руну. Слова растягивались, а сердце Кесс пропустило несколько ударов. Это было лицо человека из ночных кошмаров, и его имя было Эрешдиран - вор снов.
– Готово!
– закричала она.
– Всё! Я закончила, прекрати это сейчас же, останови, пожалуйста...
Красные чернила покрывали лицо Ужаса, светясь под его кожей, когда он сомкнул глаза.
– Не надо больше, не надо больше, не надо больше, не меня, пожалуйста, нет, прошу.
– Снова и снова эта мольба, которую Кесс больше не могла выносить. Ужас открыл глаза, и Кесс закричала. Белки светились ярко-красным цветом, от глаз остались лишь черные зрачки. Это было в нём, черт, чем бы оно ни было, оно внутри него, пожирает...
Тайсон тихо рассмеялся, когда она, не думая, подскочила к Ужасу и схватила книгу, пытаясь ее отбросить. Дом Тайсона исчез. Вместо этого она была в спальне, похожей на ту, которую не видела много лет. Когда послышались тяжелые шаги, пересекающие комнату, она сильнее натянула на голову покрывало. Ей было всего десять, она не хотела его видеть, не хотела, чтобы он снова делал с ней это... Другая комната, другой отец, его мощный кулак занесен, чтобы ударить её... И ещё. Грузная, потная женская фигура в порванной одежде залезает в её постель. Каждое воспоминание, которое Кесс хотела забыть, проносилось перед глазами. И к ним добавлялись отчаянье, боль, мучение и одиночество, страх... Страх, что все прикосновения будут нести в себе или боль или похоть; что Кесс будет всегда на обочине; что не будет с кем-то; что будет ненавидеть сама себя так сильно, что начнёт задыхаться. Она больше не чувствовала тело, не видела и не слышала ничего, кроме голоса в голове, напоминавшего каждую минуту каждого дня, какой ужасной она была. Голос, который она пыталась приглушить наркотиками и работой, но который на самом деле никуда не уходил. И никогда не уйдёт, пока, наконец, Кесс не умрет и не уйдёт в тишину и холод Города под землей, в место, которое она считала достаточно плохим, чтобы сделать жизнь немного предпочтительнее.
Здесь не было ни утешения, ни мира, только бесконечные дни и ночи...
– Не-е-е-ет, - Кесс всхлипнула, и всё закончилось. Она ударилась коленями об пол. Каждая мышца в теле ныла от боли, но дело сделано: книга закрыта, и Ужас уже успел пересечь половину комнаты. Он схватил Тайсона за горло и поднял его, словно кошка, поймавшая мышь. Тайсон издал приглушенный звук, который мог быть как всхлипом, так и смехом, его глаза вновь заволокло серебром.
– Давай-ка, Кесс, я ему вмажу, - проговорил Ужас хриплым голосом. Мышцы его правой руки сокращались снова и снова, а тело дрожало.
– Просто позволь мне... ты... ты чертов...
– Ты увидел то, что не желал больше никогда видеть.
– Тайсон расплылся в улыбке.
– Плохие воспоминания? Все так плохо?
– Кесс...
– Нет! Нет, Ужас, нет, нет... подожди, - она ударилась ногой об стол, когда шла к нему, оставляя мазок крови, впитавшийся в её джинсы.
– Подожди. Кто ещё видел это, Тайсон? Кто сюда приходил до нас и сделал этот амулет?
– Я не знаю...
– Нет, знаешь. Вот почему ты смеялся, когда увидел, да? Кто это был? Ответь, иначе я позволю ему тебя избить. Дам ему убить тебя, если он захочет, а я думаю, что захочет.
– Она посмотрела на Ужаса, но его взгляд был сфокусирован на Тайсоне с той же напряженностью, с какой голодный волк смотрит на домашнюю овцу.
– Ты хочешь, Ужас?
– Да.
– Ты не сможешь меня убить. Я сильнее, чем ты думаешь.
Ужас зарычал.
– Знаешь, что у меня есть, Тайсон? Мелидийский сорняк. А еще психопомп. Я могу отослать тебя и того, кого ты в себе приютил в одну из духовных тюрем, так быстро, что ты и пощады попросить не успеешь, или для начала позволю Ужасу сломать каждую чертову косточку в твоем теле. Теперь скажи мне, и мы уйдем. Все честно.
Ужас сжал руку на горле Тайсона сильнее. Тайсон выпучил и закатил глаза.