Чтение онлайн

Я машинально поднимаюсь и устало тру лоб. Черт возьми, слишком уж много впечатлений для одного дня.

Утром в кабинете Кузьмича я застаю высокую молодую женщину, светлые, с рыжеватым отливом волосы аккуратно собраны в тугой пучок на затылке, на впалых щеках чуть заметный румянец, строгая вертикальная складка залегла между тонкими бровями, серые глаза смотрят сухо и внимательно. Ей бы еще очки в роговой оправе. Типичная "училка", да и только.

Впервые я вижу Лену так близко. Тогда, в троллейбусе, она показалась мне куда симпатичнее.

Кузьмич нас друг другу представляет, деловито и вполне официально.

– Старший лейтенант Лосев Виталий Павлович. Лейтенант Златова Елена Павловна...

Тут он на секунду останавливается, удивленный неожиданным совпадением, оглядывает нас и усмехается.

Мы тоже невольно, хотя и весьма сдержанно, улыбаемся.

– И в самом деле похожи, - говорит Кузьмич.
– Оба длинные, худые, светловолосые. И даже лицом, пожалуй, похожи.

– Обрел себе сестрицу на старости лет, - шучу я без особого, впрочем, энтузиазма.

Лену эта мысль тоже, кажется, в восторг не приводит.

– А что? Такая легенда тоже может пригодиться, - серьезно подтверждает Кузьмич.
– Пока что извольте друг друга по имени величать. С первого раза привыкайте.

– Доброе утро, Леночка, - говорю я чуть насмешливо.

– Доброе утро, Виталий, - сдержанно отвечает она мне.

Нет, я решительно недоволен такой сестрицей. "Синий чулок" какой-то. Что только нашел в ней Игорь? Впрочем, я ей, кажется, тоже не слишком пришелся по душе. Такие ощущения почти всегда взаимны, кстати.

Кузьмич, по-моему, все замечает, но вида не подает.

– Так вот, милые мои, - говорит он.
– Летите вы завтра. День даю на подготовку. Ты, Виталий, сейчас полностью введи Лену в курс дела. Все обсудите. Наметьте легенду, кто вы, откуда и так далее. Это на случай контактов. И помните, задача ваша не только обнаружить и задержать Зуриха. Его там вообще может не оказаться. Надо еще выявить все его связи, найти ниточки, ведущие к убийству, а они там есть, не зря Клячко летал в Одессу. Вечером встретимся и все окончательно уточним. Вот так. Вопросы есть?

– Есть один, - говорю я.
– Вы не звонили больше в Пунеж, Федор Кузьмич.

– Нет, - сдержанно отвечает Кузьмич.
– Ну ступайте.

Мы выходим из кабинета. Я галантно пропускаю Лену вперед.

По дороге я заглядываю в комнату, где сидит Валя Денисов. Он, к счастью, на месте.

– Пойдем, - говорю я ему.
– И захвати свою папку. Надо ввести товарища в курс дела.

Мы уже втроем идем по коридору и заходим в мою комнату.

Пустой стол Игоря вызывает у меня какое-то сосущее, тоскливое чувство. Я бросаю быстрый взгляд на Лену. Серые глаза ее смотрят по-прежнему отчужденно и сосредоточенно. Она вся ушла в себя и не делает никаких попыток наладить хоть какой-то контакт со мной. Ну и особа.

Мы усаживаемся возле моего стола, и Валя раскрывает папку.

– Давай, - говорю я.
– Мне тоже не грех вспомнить все детали.

Валя, кстати говоря, идеальный накопитель всяких сведений. У него не только феноменальная память, он еще умеет сгруппировать, сцепить факты и педантичнейшим образом разложить их по нужным полочкам. В этом смысле одна его таблица чего стоит.

Ровным голосом Валя начинает докладывать все дело с самого начала, от последней кражи в гостинице и исчезновения Зуриха.

Некоторое время мы втроем обсуждаем всякие подробности, и, судя по коротким репликам Лены и ее вопросам, я убеждаюсь, что она прекрасно во всем разобралась и вообще не новичок в нашей работе. Это меня несколько примиряет с ней. Потом Валя выходит, и мы остаемся вдвоем.

– Ну так как, - говорю я, - вариант "брат - сестра" для внешних контактов принимается? Все другое, я думаю, будет сложнее.

– Пожалуй, - соглашается Лена.

– Тогда сразу переходим на "ты", - бодро говорю я и, не удержавшись, прибавляю: - На будущее тоже может пригодиться.

Лена бросает на меня внимательный взгляд и неожиданно спрашивает:

– Откаленко в Пунеже?

– Да.

– Есть что-нибудь от него?

– Пока ничего.

Она смотрит на меня все так же внимательно.

– Почему вас...

– Тебя, - поправляю я.

– Да. Почему тебя это беспокоит?

– Что именно?

– Что он молчит.

– С чего ты взяла, что это меня беспокоит?

– Так мне показалось. Это правда?

– Не совсем.

Лена пристально смотрит мне в глаза и сухо произносит:

– Если не хочешь говорить, не говори. Только обманывать меня не надо. На будущее это тоже имей в виду... Виталий.

Мне становится неловко, и в то же время возникает глухое раздражение. Что это, в самом деле, за менторский тон. Учить меня будет эта "училка", как вести себя.

– Хорошо, - сдержанно отвечаю я.
– Буду иметь в виду, - и добавляю: Давай закончим легенду. Кто наши родители? Твои, например, кто?

– У меня нет родителей, - тихо говорит Лена.
– И я их не знаю. Можем оставить твоих.

– Как так не знаешь?
– вырывается у меня.

Лена отводит глаза и отрывисто говорит:

– Они погибли. Оба. Мама была радисткой. А папа... он был разведчик. Они погибли вместе. Уже после окончания войны. Я не знаю как. Мне было два года...

Она умолкает. Мне вдруг становится неловко. Сам не знаю почему. За свою неприязнь к ней, что ли? Или за то, что у меня есть родители, есть Светка, и вообще я какой-то уж очень благополучный и все у меня хорошо. А у нее...

– Кто твои родители, я знаю, - говорит Лена.
– И как их зовут, тоже. Пусть будут они. Так легче. Давай дальше.

Я собираюсь с мыслями и предлагаю:

– Мы приехали в Одессу на праздники посмотреть город и остановились в гостинице.

– Да. Так лучше.

Словом, мы составляем неплохую легенду. Вечером еще уточним ее с Кузьмичом.

Лена смотрит на часы и прощается. Я провожаю ее и напоследок говорю:

– Знаешь, когда поедем, оденься как-нибудь... полегкомысленней.

Она впервые улыбается. Улыбка у нее хорошая.

– Обязательно...

Не успеваю я вернуться к себе в комнату, как звонит телефон. Взволнованный и какой-то очень знакомый девичий голос просит: