Змей подколодный
Шрифт:
Имеется, судари мои! Ещё как имеется!.. Вот ведь вышла таки польза от наших частных уроков! Ну, и химику спасибо — за паршивый шмон!.. Осталась у меня одна штучка — и весьма полезная. А уж в родном-то квартале ей вообще цены не будет!
Кстати, в родной квартал мне следует просто бегом бежать. Дела у меня там накопились… И не поминайте, господа, про ковбоя Джона! Ковбой джедаю не чета. Внутренним голосом джедая глаголет Сила!
Сон этот, опять же. Ценный сон, знаковый. Сказал бы — вещий, да сглазить боюсь. Вот сбегаю к родным пенатам — и глянем…
Но побегу я во вторник. Сегодня праправнук Оби Ван Кеноби никуда не побежит. Будет он учиться до ночи и трахаться до утра, а прочие… действующие лица… как-нибудь обождут.
Завтра, завтра, не сегодня, так лентяи говорят… Свинство, конечно, но ведь и не я один тут свинья. Хорош и змей мой: вызвать сюда маленькую девчонку для спасения собственной шкуры — куда как благородно! И господа маги хороши: уж им-то бывшего коллегу отследить и меры принять — как два пальца об асфальт! А может, и не два. Может, и все четыре. Но, сдаётся мне, они просто происходящего всерьёз не принимают — что странно. Что возвращает нас к гнусным подозрениям об откорме овец — и тогда уж впору в петлю лезть. Дяденька Шевалье, по крайней мере, со своими хомячками честен…
Да провались оно всё — не хочу я об этом думать! Могу я хоть день об этом не думать?!
Вот день — могу. Если верить Флюку (а я верю Флюку) — господ магов беспредел уже достал: перекрыли они все каналы, порталы и чего там у них ещё… Стало быть, барышне моей в ближайшем будущем уйти к шайтану в зубы попросту не удастся. По крайней мере, самостоятельно — и на том спасибо!
Законы жанра гласят, что с принцессами в конечном итоге всё должно быть в полном порядке… в полном порядке.
Какое-никакое, а утешение. Без утешений мне сейчас никуда. До зарезу нужны. Как вода в пустыне. И пиво с бодуна. Неплохо бы и змеюка моего незабвенного утешить: флаги, мол, подняты, доспехи надраены, курки взведены… слово за слово, белкой по столу…
Милейший анекдот, господа, — не английский, но по поводу:
"Едет ковбой Джон мимо дерева, а внутренний голос ему и говорит:
— Стой! Под этим деревом клад! Копай, лопух! Богатым станешь…
Ковбой копает — в натуре, клад!
Внутренний голос:
— Ни хрена себе!!!"
Вот любопытно: друг мой лепший тоже к внутреннему голосу прислушивался, когда в ученики определялся?.. Не дослушаться бы и мне до пушистой шкурки…
И ещё любопытно: отчего это сказочка наша под завязку набита всяческой фауной? Кролики, белки, тигры… слоны! А также лошади — белого цвета и женского рода. Зоопарк, быть мне белкой! Белкой, белочкой, хомячком, а лучше бы — крокодильчиком, хотя крокодилы в том железном замке навряд ли водятся. Из соображений безопасности. Опять же не смешно. То ли дело — кролик! Глазки пуговками, хвостик шариком, обхохочешься…
ДЕ-Е-ЕРЬМО-О-О!!!!!!!!!
Ничего, ваше величество. Уж в гимназии тебя от хвостика быстро избавят. Мы ещё будем вместе физику зубрить. Я, ты и звезда наша — каков анекдотец, а?.."
Сон, сплетённый на замену мороку, оказался столь глубок, что записку любимой джедай прочитал только в полдень — а значит, поиски барышни были бессмысленны по определению. В отличие от джедая, барышня знала, куда и когда ей нужно явиться. В то же время и в то же место, по слову пушистого подмастерья. О времени можно было только гадать, и Андрей был уверен, что уже опоздал, — но вот место… Попытка не пытка! И он отправился в шляпный салон
С кем джедай имеет дело на сей раз, стало ясно уже на пороге. Впрочем, дальше порога его и не пустили. Тот, кто скрывался под личиной госпожи ведьмы во время частных уроков колдовства, сделал бы честь любому театру: сыгранный им образ совпадал с прототипом до мелочей. Но в мелочах же и отличался — настоящая госпожа Элис послала Андрея гораздо дальше Серой Зоны и в самых непарламентских выражениях. Уповая, что она послала по тому же адресу и барышню, Андрей кинулся на площадь Ленина — к упомянутой Ольгой тринадцатиэтажке.
Лифт работал безотказно: послушно возил джедая по этажам и никакой магической сущности проявлять не желал. Джедай не сдавался около получаса. Давил на кнопки, простукивал стенки, отчаянно матерился и даже нарисовал острием неактивированного меча вторую дверь, следуя примеру принца Корвина и Эдди Дина. Бесполезно!
Потеряв надежду, Андрей покинул лифт и уселся на лавочку у подъезда. Больше идти было некуда; подкуривая одну сигарету от другой, он обдумал плюсы и минусы обращения к преподам. Плюсы были жирными и чрезвычайно утешительными, но первый же положенный на чашу весов минус спровоцировал жесточайший приступ депрессии. "Предположим, что барышня изложила в записке правду — чистую правду и ничего, кроме правды, — рассуждал он. — Тогда у нас выходит так: я, значит, — к преподам, преподы — к бывшему коллеге, а тот, сволочь, — бегом следы заметать. Нет тела — нет дела. Двух тел, точнее…"
Оценив минус, Андрей подошёл к грани истерики, но тут около лавочки появился Флюк.
Флюку джедай был теперь обязан по гроб жизни. Лапки мыть и воду пить — ныне и во веки веков. Флюк был добрый вестник, рыжий в полоску ангел и благодать во плоти, а впридачу к этому — обладатель недюжинного ума и глубоких познаний в области психологии, сумевший вернуть джедая к жизни одной короткой фразой — сообщив, что Ольга в гимназии. Всё, сказанное тигром далее, значения уже не имело. Андрей откинулся на спинку лавочки и по лавочке растёкся, издавая нечленораздельные благодарные возгласы. Достучаться до него тигру удалось с большим трудом.
— Ольга в гимназии, — втолковывал рыжий. — Она была в одном тайном месте, безопасном, как кабинет вашего директора, но там её нашёл куратор. Нашёл и отнёс в гимназию, прямо на руках. Я, мряф, лично за этим наблюдал! И постели ваши прибрал, так что никто не в курсе, где вы ночевали! Но опять свалить из гимназии она может в любой момент. Не проблема.
— Если б я был её куратором!.. — простонал Андрей. — Бронированная камера — и ключ утопить!..
— Не станут ваши преподы этого делать, — сказал Флюк. — Поди ты запри дурака необученного — он тебе такого натворит! Не оберёшься! Да на вас оскалиться не по делу себе дороже — сработает как катализатор, врубаешься?
— Чушь собачья, — огрызнулся Андрей, лелеявший мечту о камере бережней, чем последний заныканный сухарик.
— Нет, — сказал Флюк, — это не чушь. Это принцип свободы личности. Вы же тут все — латентные маги, и все — козявки сопливые! Сила есть, ума — с фонарями не отыщешь! Не игрушки! А пока вы думаете, что сами себе хозяева, ваши способности мирно дрыхнут себе… Тонкий такой мутабор, понял?
— Хрен с ним, с мутабором! — сказал Андрей. — Лучше скажи, с чего ты взял, что Ольга уйдёт опять? Она ведь сегодня не сумела…